С.С.С.М.
Шрифт:
— Здравствуй, Курт! — сказала Кунигунда.
Лишь по голосу он смог узнать "жену". Куда делись длинные косы, где модные наряды из журналов? Откуда на груди значок передовой организации и, главное, этот решительный взгляд, так непохожий на выражение глаз поклонницы Шпицрутена?!
— Не узнал? Изменилась? — спросила баронская дочка.
— Изменилась, что и говорить… — признал Краслен.
— Долго мы не виделись, да, милый? Сколько воды утекло! Как все поменялось с пох пор! Война, революция. Реквизиция, экспроприация. Разбаронивание, перевоспитание. Папа не выдержал, застрелился. Ганс в детдоме. Старший брат погиб. А я — перековалась. Много думала. Читала. В авангардовцы вступила. Пошла в техникум. На фабрике работаю.
— Молодец! Уважаю! — одобрил Краслен. — Вот, не ждал, если честно…
— Старалась я, милый. Хотела достойной тебя быть. Возьмешь ли обратно? Учиться, работать — не брошу! И стану хорошей подругой и верным товарищем!
— Да видишь ли, как бы сказать-то… — замялся Краслен, покосившись на пузо "жены". — Не один я уже…
— Что ж, пусть так! — сказала Кунигунда. — Будем жить по-современному! Приверженность устаревшему институту брака я в себе изжила! В половом вопросе стою на самых передовых позициях!
— Стало быть, ты теперь красная?..
— Да! Навсегда!
— Эх… Ну, Труд с тобой!.. Милости просим!