Шрифт:
Владимир Р. Раугул
С ПОЛЬЗОЙ ДЛЯ ОБЩЕСТВА
Если со мной садятся пить, то кто-нибудь в результате помирает. Не то чтобы
каждый раз такое было, но не без этого. Вот, помню, пили мы с Васькой-
электриком. Культурно так сидели, разговаривали. Потом Васька вдруг упал, глаза
закатил, слезы текут. Ну, конечно, поинтересовался я, как наш электрогений себя
чувствует, а тот в ответ только "Мама!" да "Мама!". Так его в больницу и увезли.
Врач тоже стал спрашивать "больного" о самочувствии, да как его зовут, да
сколько ему лет, а Васька в ответ только "Мама!" да "Мама!". Так и помер. Только
перед смертью произнес что-то внятное. Последние его слова были: - "ПОЛИТУРА
НЕ СВЕЖАЯ!". Доктор сильно удивился. Он и не подозревал, что политура бывает
не свежей. А я вам так скажу: мне она была очень даже нормальной! Ну, и кто,
спрашивается, заставлял этого дурака-Ваську, политуру пить?! Я так рассуждаю:
не хочешь пить политуру - не надо. Мне больше достанется. А он взял, и смертью
своей поломал весь праздник души. Пришлось даже на другую работу перейти.
Должен сказать, что на другую работу я переходил очень часто и с непременной
формулировкой "за пьянство и антиобщественное поведение", благодаря чему
освоил практически все ценные профессии, за исключением, пожалуй, юриста, так
как "юрист с антиобщественным поведением" было нечто несоответствующее
моим представлениям о работе. Дело надо делать, а не бумажки писать! И
главное - чтобы дело общественную пользу приносило!
Вот, как сейчас помню, послали нашу бригаду на винный завод трубу
ремонтировать. Не извлечь пользу для общества из такого дела было бы просто
грех! Мы, естественно, заявили, что отремонтировать трубу на месте не
представляется никакой возможности и необходимо отнести ее в нашу
мастерскую. Умело забив в трубу пробку с одного конца, мы залили в нее порядка
двухсот литров портвейна, после чего закупорили другой конец трубы
аналогичным образом. Нести такую тяжесть вчетвером было нелегкой работой, но
содержимое придавало нам силы. Зато какой огромный праздник мы устроили для
всего общества стройплощадки, на которой тогда работали!
Правда, опять не обошлось без нелепого случая. Когда все содержимое трубы
было уже выпито привлеченными к этому делу широкими массами трудящихся,
наш бригадир, кстати, тоже Васька, решил выйти из строительного вагончика. А
тогда стояла зима. Морозы, скажу прямо, были не шуточные, и все ступени
вагончика обледенели самым паскудным образом. Вот с этих-то скупенек Васька и
полетел, и головой прямо об угол железобетонной плиты треснулся. Он наверняка
скончался бы от черепно-мозговой травмы, если бы не успел замерзнуть насмерть
еще до приезда "скорой", которую вызвали только утром.
Но какого черта, спрашивается, его понесло из вагончика? Если бы он лежал
вместе со всеми на столе или под столом, то ничего бы этого не случилось!
Но вы не подумайте, что культурный отдых всегда заканчивается столь нелепым
образом! Ничего подобного! Бывали и прямо противоположные случаи.
Как-то отмечали мы с большой компанией День Советского Радио, который 7 мая
празднует вся прогрессивная общественность, тем более, что в тот год он
совпадал с днем независимости Израиля. Не желая быть заподозренными в
непрогрессивности, мы не могли упустить такой повод. Я имею в виду, конечно,
День Радио, а не то, что вы подумали.
Собрались мы в квартире на девятом этаже у одного из наиболее прогрессивных
наших товарищей. Наш друг, Витя, утомился раньше всех и прилег в соседней
комнате. Когда мы уже выпили и за незабываемый голос Левитана, и за передачу
“Будильник”, и за гениального первооткрывателя радио товарища Попова, и уже
дошли до того, что даже собирались выпить за Эдисона, который, как говорят,
тоже имеет к радио какое-то косвенное отношение, внизу раздались истошные
крики прохожих и радостное пение Вити, который еще минуту назад спал мирным
сном в комнате за стеной. Подбежав к окну, мы увидели укрытого одеялом Витьку,
который на асфальте распевал веселые песни, типа "пусть бегут неуклюже
пешеходы по лужам". Пешеходы, соглашаясь с песней, прямо по лужам
ломанулись вызывать "Скорую". Как выяснилось, Виктор каким-то образом выпал
из окна девятого этажа. Никаких повреждений, кроме двух синяков, прибывшие
медики на пострадавшем не обнаружили. Врач же поставил диагноз - "белая
горячка". Тут я понял, что белая горячка - это очень полезная штука. Ведь не будь
у Вити этой самой горячки, он наверняка бы разбился насмерть.
Был один такой случай. Выпивала одна вполне приличная компания. Это я в том
плане, что выпито было более чем прилично. Одна из присутствующих, с
позволения сказать, дам, высунулась из окна. Воздухом, наверно, хотела
подышать, или что-нибудь в таком духе. Но только высунулась она очень далеко.
Так далеко, что даже не понятно, как она в падении успела ухватиться за оконный
карниз. Она висела на уровне пятого этажа и двадцать минут взывала о помощи.
Никто из представителей ее приличной компании не отреагировал на эти