Чтение онлайн

— Н-но как такое возможно? Ведь она не настолько стара.

— Помните, она рассказывала о бурной молодости. Сейчас прилагает усилия, чтобы продлить свой век. Ну и я ей в этом помогаю, как могу.

— Вы об оружейном заводе и о производстве кульманов?

— О них. А когда у нее появятся оборотные средства, еще кое-что подброшу.

— Из вас получился хороший сын, — хихикнула девушка. — значит, вы были обречены израсходовать один заряд, а потом вам пришлось бы решать, кого из детей спасть, — потухшим голосом, произнесла она.

— Катя, давайте оставим прошлое в прошлом, и жить настоящим и будущим.

— Согласна. Кстати, о будущем. Батюшка решил. Что пора устраивать мою жизнь. Хочет сосватать меня за княжича Глеба Ахтырского. Днями ожидает его в гости.

— А что же вы?

— Мне о замужестве думать рано. Но батюшка считает, что взрослый и умудренный опытом муж сумеет вскружить голову его молоденькой дочке, и та выгодно выйдет замуж, — вновь хихикнула она.

— Он в чем-то прав.

— Был бы прав, я уже не та самоуверенная девчушка. Но теперь у меня есть защита. Она дала было трещину, но сейчас все в полном порядке и я готова к любым осадам. Батюшка обещал не выдавать меня за муж своей волей, пока мне не исполнится двадцать пять. Так что у меня в запасе еще почти шесть лет.

Нужно было быть полным тупицей, чтобы не понять смысл ее слов. И это не у нее, а у него остались не полные шесть лет. Но это ерунда. Главное, что они опять вместе, пусть и разделенные океаном.

Спал Борис недолго, но как младенец. И хотя проснулся с первыми лучами солнца, чувствовал себя полностью отдохнувшим. Его буквально переполняла энергия, которая требовала выхода. Он хотел было наброситься на работу, позабыв о завтраке и отменив тренировку. Что делал крайне редко, и только в случае непредвиденных обстоятельств. А так, хотя бы минимум, но непременно каждый день.

Он уже вооружился ведерком с краской и кистью, чтобы начать размечать на «Страшном» точки привязки для будущего камуфляжа. Но едва подступившись, отказался от этого намерения.

Никаких сомнений, если он самолично возьмется его прорисовывать, то получит искомый результат. Бог весть с какими статами, но получит. Была у него такая уверенность. И что теперь? Ему самолично раскрашивать корабли? Даже с миноносцем придется помучиться. С эсминцем все куда сложнее, о крейсере лучше и не вспоминать.

Поэтому пересилив зуд, он переоделся в робу для тренировок, и начал гонять себя до седьмого пота. Как-то не хотелось поднимать людей ни свет, ни заря, из-за собственных хотелок. Оно как бы польза несомненна, но и причин для подобной поспешности ведь никаких.

Как он себя ни гонял, но тренировка закончилась, а до подъема личного состава оставался еще целый час. Да потом еще утренний туалет, завтрак. Словом, в его распоряжении еще битых два часа, и нужно себя чем-то занять. Есть категорически не хотелось. Кусок в горло не лез, от переполняющего его нетерпения.

И тогда он встал к чертежной доске, дабы сделать копию чертежей. Благо при его талантах это не было такой уж большой проблемой. Да и строгие размеры выдерживать не было необходимости. Главное обозначить точки привязки и соединить их ломаными линиями под различными углами. Дело спорилось, и к окончанию завтрака все было готово.

Перед утренним построением, Борис вызвал к себе Фролова, выполнявшего обязанности боцмана, и Варгушева, оказавшегося на должности механика. Ему нужно было разделить команду на две равные части и посмотреть, что из этого получится, при самом минимальном его участии.

— Значит так, братцы. Вот каждому из вас по комплекту чертежей. Фролов, берешь половину личного состава, и раскрашиваете «Страшного». Варгушев, на «Удалом» команды пока нет, так что ты со второй половиной займись им. Если возникнут вопросы, зовете меня. Но мое участие самое минимальное. Вот бумаги, действуйте так, как указано здесь. Пояснительная записка одна на двоих, переписать не успел. Но если начнете с разных бортов, то ее можно без труда разделить на две части.

— А более подробный инструктаж будет? — с явной нерешительностью всматриваясь в чертежи, поинтересовался Фролов.

— Разумеется. Сейчас отправляйте людей переодеваться, готовить краски, кисти и валики. А сами ко мне, для более подробного инструктажа.

— Слушаюсь, — в один голос ответили боцман с унтером.

Вообще-то, подробно проинструктировать как-то не получилось. Преподаватель из Бориса получился откровенно плохой. Поэтому он прошелся по основным пунктам, показав как нужно совмещать работу чертежей и пояснительной записки. В остальном оставалось надеяться на смекалку подчиненных. Опять же, их ведь от сохи оторвали, вручив непонятные бумаги. Все члены команды проходили вдумчивое обучение, и в настоящий момент уже получали высшее образование. Так что, работать головой для них не в новинку.

Начало вышло сумбурным. Пока определялись с опорными точками. Потом нанесение разметки, которую приходилось вести далеко не только по сплошной поверхности борта, но и по надстройкам, мачтам, трубам и палубе. При этом рисунок не должен был прерываться, а переходить из одной плоскости в другую.

При этом ни раз и ни да дергали Бориса. Он старался минимизировать свое участие, и чтобы не влезть самому, демонстративно держал руки за спиной. Но совсем уж без него было не обойтись. Тем более в ситуации, когда какая-нибудь линия терялась, вклиниваясь между двумя соседними, которые сходились в определенной точке. Так что, пришлось Измайлову поскакать между двумя миноносцами.

Пока шла разметка, назначенные матросы пытались разобраться с колером. И тут так же не обошлось без вмешательства Бориса. Правда его участие сводилось только к тому, что он тыкал в пояснительную записку и выкрашенные в качестве образцов листы бумаги. Сами ребятки. Все сами.

Не менее тяжко пришлось когда дело дошло до непосредственного нанесения краски. Необходимо было строго выдержать границы полос. Для обычного камуфляжа подобные неровности были не критичны. Но для артефакта являлось непременным условием.