Чтение онлайн

– От, пан Ромцю, вчитьс! Пьтдест лт ходиш, ходиш, як той бузька по спасу, а воно - гоп!– мавпа! [Прим.
– игра слов: "бузька" - аист, "мавпа" - обезьяна]

– Ну, не прибедняйтесь, Роман Ивановыч! Вы же всех и надоумили.

– Та то та-а-ак... Но молодьож!..

– Ха! Ребята, а ведь теперь придётся переносить границу Боргушской зоны!

– А ну-ка, ну-ка...
– "зубры" склонились над картой, едва не столкнувшись головами.

Видимо предполагалось, что Люда будет топтаться у них за спинами, заглядывать через плечо, дышать в ухо невысказанными вопросами... Когда-то, в другой жизни, так бы оно и было, но в теперешней, едва паника, вызванная повышенным вниманием улеглась, сейчас же вернулось уныние и ощущение давящей пустоты в душе. Потоптавшись еще для приличия и, посчитав программу подвигов на сегодня выполненной, Люда грустно поплелась за свой стол - может хоть там посочувствуют?

Но и там до неё никому не было дела. Стол задумчиво поскрипывал деревянными "суставами", загадочно шуршал под руками дермантиновой столешницей, но не отзывался. Люда в который раз тяжко вздохнула и, оставив заслуженного "пенсионера" предаваться собственным воспоминаниям, пошкандыбала вон из комнаты. Никто её не остановил и даже не заметил.

Людыно появление Костик по обыкновению встретил строгим взглядом поверх монитора. Никакого видимого эффекта это не произвело. Она проследовала мимо, взобралась с ногами на лежанку и уткнулась носом в колени.

– Унылая пора, очей очарованье, - прокомментировал её позу Костик.
– Приятна мне твоя... э-э-э... твоей депрессии краса!.. Что на этот раз?

– Шо?
– Люда подняла глаза, но видеть при этом не начала.

– Чего грустим, говорю?
– пояснил Костик.
– На дворе ещё лето, а у тебя уже осень наступила.

– Осень...
– задумчиво повторила Люда.
– Да, осень...
– и неожиданно вынув нос из колен, продекламировала в абстрактное небо:

– Осень наступила, высохли цветы...
– Она подумала немного, прислушиваясь к чему-то своему, и завершила могильным тоном: - Подожди немного, будешь там и ты!

– О, как!
– отметил Костик несомненное превосходство её вариации, и они опять надолго замолчали, настолько надолго, что даже легендарного терпения сисадмина не хватило.

– Мне, конечно, неудобно прерывать твоё инфернальное погружение, но-о-о... я тут, понимаешь, сам слегка офигел...

Предполагалось, что Люда хотя бы заинтересуется, ибо если "офигел" даже Костик, это должно быть "офигительно" интересно!

– Так вот, - не дождавшись реакции, продолжил он, - Я тут сравнил кое-какие карты... глянь сюда, пожалуйста!

"И этот туда же... Как вы мне надоели!" - подумала Люда, но глаза на монитор подняла.

– Вот это - карта мощностей титон-берриаса [прим.
– пограничные яруса юрской и меловой систем мезозоя] того района, про который ты говорила...

С третьей попытки Люда вспомнила, что речь идёт про достопамятную пьянку, после которой её жизнь так круто изменилась... А теперь вообще кончилась!

– Вот это - ваш любимый барьерный риф, который тянется через весь регион...
– бубнил своё Костя.

– Не "наш", а "ваш"...
– буркнула Люда.

– Кто из нас геолог?
– картинно поднял бровь Костик.
– То-то!.. Так вот, обрати внимание на это сгущение изолиний - здесь у нас самый крутой рифовый массив в титоне. А теперь посмотрим на ярус ниже, в киммеридж. Тут барьерчик был поменьше, зато - ОП!
– "блямба" на том же месте! Смотрим ещё ниже - в оксфорд: рифчики, рифчики, рифчики...
– ОП!
– такая же "блямба"! Смотрим ещё ниже! Ну, тут фигня всякая... Переходим в палеозой, и сразу - в силур. Видишь линию биогермов [прим.
– "рифов"]? Ориентация совсем другая... а "блямба" на том же месте. Да ещё какая - больше, чем в титоне! Но это ещё не всё...

Люда "внимательно" слушала, и если бы Костик хоть раз оглянулся, то выражение её унылого лица отбило бы ему всякий энтузиазм. Но он не оглядывался и поэтому увлечённо продолжал развивать идею.

– Сама понимаешь, такой перспективный участок не остался без внимания. И кроме бурения тут поставили хорошую геофизику. Вот данные сейсмики и - бздынь!
– всё на том же месте имеем могучий выступ фундамента. А вот тебе гравиметрия и - хляпс!
– там же имеем сурово отрицательную аномалию, считают, что это гранитный батолит. А вот ещё ко всему геохимия: марганец, ванадий, хром, никель, кобальт, медь и всякая другая хренотень. Микроэлементов - хоть ложкой черпай! Но и это ещё не всё...

Он, наконец, оглянулся и обнаружил у Люды такой несчастный вид, что сейчас же сбавил пафос, но излагать не перестал.

– В этом районе есть государственный заказник - ну, там, эндемики всякие, редкие виды. И где, ты думаешь, он расположен? Правильно, над нашими "блямбами" и "хренотенями". Но даже ЭТО ещё не всё...

Костик ещё раз оглянулся, нахмурился и потянулся за чайничком. Увидев заботливо протянутую пиалу, Люда поняла, что от неё ждут какой-то другой реакции, а не то мрачно-набыченое выражение, каковое она на себе обнаружила. Поэтому, она безропотно взяла чай и принялась его тихонько отхлёбывать. Возможно, стало легче.

– Ну вот, - продолжил Костик, убедившись, что "клиент" вменяем и способен воспринимать окружающую действительность, - а теперь самое интересное. Ты, наверное, слышала, когда училась, что ваш Пониженский университет - самый крутой в стране? И наверняка думала, что это просто трёп. А зря! Я сам проверил - из Понижена происходит чуть не треть нашей культурной и научной элиты, и среди них - десяток мировых знаменитостей, гораздо больше, чем из Столицы! И уж совсем интересно, что именно отсюда происходят воззрения о панбионике.