Чтение онлайн

Мысли Глорианы были абсолютно четкими, она надеялась, что ей удастся убежать, надеялась, что кто-нибудь поможет ей. Она отчаянно звала про себя Дэйна, Эдварда, Гарета. Ее засунули в повозку, но не грубо, а наоборот, очень аккуратно. Сверху ее накрыли соломой, которая кололась и мешала дышать.

Беспокойство Глорианы все росло, и она призывала на помощь все свое мужество, чтобы совладать со своими чувствами. Она должна думать. Может быть, это просто дурацкая выходка Эдварда и его приятелей? Да нет, этого не может быть. Эдвард никогда бы не посмел так поступить с ней.

Если только друзья Эдварда не действуют без его ведома.

Дрожь охватила Глориану, когда она припомнила все жуткие истории, которые рассказывали друг другу слуги, сидя поздно ночью у огня. Ее похитителем мог быть Мерримонт, злейший враг рода Сент-Грегори, или какой-нибудь бандит, который продаст ее как какую-нибудь шлюху. Ее увезут за море, и остаток своих дней она проведет в султанском гареме.

Глориана все же надеялась на лучшее. Повозка подпрыгивала на ухабах, а это значило, что они едут не по главной дороге, не в деревню. Нет, сейчас они ехали по берегу озера. Глориана слышала слабый плеск воды и даже с трудом, но различала ее запах. Выходило, ее похитители движутся в сторону Кенбрук-Холла.

Если бы не веревки, Глориана подскочила бы от неожиданности. Так вот куда ее везут, в Кенбрук-Холл — официальную резиденцию Дэйна Сент-Грегори, пятого барона Кенбрука! Как же она не догадалась, что вся эта напускная любезность Кенбрука, начиная с поцелуя и заканчивая танцами, были лишь частью его коварного замысла. Она-то наивно рассчитывала, что перемирие будет длиться до утра! Но этот подлец, ее муж, был хитер и нашел возможность разделаться с ней уже сегодня.

Ярость захлестнула ее.

Кенбрук заплатит за это. Глориана поклялась отомстить, поклялась святыми мощами, хранящимися в церемониальном мече Гарета, поклялась всеми ангелами на небесах и чертями в преисподней.

Глориане казалось, что прошло несколько часов, прежде чем повозка достигла наконец древних развалин. Люди Кенбрука старались не спешить, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Повозка остановилась на мощеном дворе. Глориану вынули из соломы и развязали глаза. Луна скрылась за тучей, и кругом было темно.

Глориана не могла разглядеть лиц своих похитителей, но теперь это уже не имело значения, потому что она знала, по чьему приказу они действуют. Без сомнения, люди Кенбрука наслаждались ночной забавой, к тому же хорошо оплаченной.

Глориану взяли на руки, как ребенка, и понесли в дом. Пройдя через двор, заваленный каменными обломками, они поднялись по знакомым ступенькам. Они с Эдвардом часто играли здесь, когда Глориана только поселилась в Хэдлей. Он представлял короля Артура, а девочка — его даму, леди Гиневер.

Милые сердцу детские воспоминания принесли некоторое утешение, и Глориана перестала сопротивляться. Нет, она не сдавалась, просто, берегла силы. Чтобы сбежать от Кенбрука и расстроить его замыслы, ей понадобится вся сила воли, весь ее ум.

Пройдя несколько пролетов ступеней и отворив несколько больших деревянных дверей со скрипящими железными петлями, они очутились в залитой светом комнате. Оказавшись после темноты на ярком свету, Глориана заморгала.

— Посади ее аккуратно, мерзавец, иначе я прикажу так высечь тебя, что ты не сможешь выпрямиться! — От этого жесткого приказания сердце Глорианы упало, потому что голос, отдавший его, принадлежал отнюдь не Кенбруку. Это был голос Гарета!

Глориану усадили на стул так нежно, будто она была какой-то необычайно дорогой и хрупкой вещью. Она во все глаза уставилась на Гарета. Потрясенная, она не могла слова вымолвить. Но это было и к лучшему, потому что все пришедшее ей на ум в эту минуту было недостойно молодой леди.

— Оставьте нас, — приказал Гарет хриплым голосом, Он ходил взад-вперед по комнате. Сначала Глориане показалось, что было невыносимо светло, но постепенно ее глаза привыкли, и она поняла, что комната едва освещена.

Люди Гарета вышли один за другим.

— Бог свидетель, — сказал Гарет, — тебе не сделают ничего плохого. Я пошел на это только потому, что у меня не осталось выбора. — Он подошел к ней и аккуратно вытащил кляп у нее изо рта, а потом развязал руки и ноги.

Силы оставили Глориану, и она даже не попыталась бежать, кричать или требовать объяснений. Глориана, ожидавшая увидеть Кенбрука, собиралась высказать ему все, что она о нем думает. Но теперь, лицом к лицу с Гаретом, она даже не знала, что делать. Гарет был ее защитником, ее опекуном, ее братом, к которому она всегда могла обратиться за помощью и советом.

И вот этот человек оказался предателем.

Гарет на секунду скрылся в тени и тут же вернулся с бокалом вина. Глориана дрожащими руками взяла бокал и отпила глоток.

— Зачем ты сделал это? — прошептала она наконец, все еще дрожа от нервного напряжения, но не испытывая больше страха.

— Тебе придется побыть здесь некоторое время, — мягко проговорил Гарет, придвигая табурет и садясь напротив Глорианы. — Но надеюсь, что недолго, — добавил он, увидев ее беспокойство. — Ты не в чем не будешь нуждаться, обещаю тебе.

— Мне нужна моя свобода, — сказала Глориана, и по щеке ее пробежала слеза.

У Гарета был такой вид, будто он и сам вот-вот заплачет. Это потрясло Глориану, потому что Гарет отнюдь не был слабовольным человеком. Даже его непримиримый враг, барон Мерримонт, признавал его силу и храбрость.

— Я не могу объяснить сейчас, — с горечью сказал Гарет. — Поверь мне, Глориана, на то есть очень веские причины. Доверься мне, только об этом молю я тебя.

— Как я могу верить тебе после того, что ты сделал?