Чтение онлайн

— «Но где он, этот Грааль?»

— «В Пещере Друидов, под развалинами храма Аполлона Белена. В прошлом году мы там столкнулись с готами».

На другой день Эгидий и Квириний с дюжиной дружинников и несколькими пленными армориками тайно выехали из Суассона. Я ехал с ним и думал об одном: успеет ли Герислейф опередить Эгидия? Изворотливого магната надо было уничтожить прежде, чем он станет полубогом в глазах крестьян. Еще накануне я послал гонца к Герислейфу. Тот находился со своим отрядом в Арморике, где его знали со времен восстания багаудов.

На шестой день мы прибыли к развалинам храма. Квириний велел разобрать пол под главным святилищем, и вскоре открылся ход в Пещеру Друидов. При свете факелов мы спустились в зал с дольменом. Квириний в белом плаще друида принялся перечислять всех галльских вождей — предков Эгидия, затем с театральной торжественностью рассказал, как ему будто бы явился Белен-Солнце и велел посвятить наместника в короли Грааля, потом читал заклинания… Арморики застыли с видом суеверного почтения. Герислейфа все не было. И тогда я решил сам убить Эгидия. Но командир его охраны давно уже присматривался ко мне. Как только я схватился за меч, меня повалили наземь и оглушили.

Когда я очнулся, пещеру залива голубой свет и все, кроме Квириния, лежали мертвыми. В белом плаще, с мертвенно бледным лицом, он походил на привидение. Вдруг легат сорвал жреческий плащ и хрипло засмеялся: «Белен, Юпитер, Христос — все обман! Боги не могут быть так несправедливы. Умнее и благороднее Эгидия я не знал никого, а кто я сам? Лишь надежный меч в верной руке!». Мое воскресение (я остался жив, даже когда встал на ноги и увидел Грааль) вызвало у него лишь горькую усмешку: «Еще один достойный бессмертия! Варвар, шпион…».

И тут наверху послышались шаги и голоса людей. У входа появился Герислейф — немолодой, но крепко сложенный, в панцире и полинявшем зеленом плаще. Рядом стоял король Хильдерик — длинноволосый, нахально-красивый, в дорогой одежде. Как я узнал потом, он тоже следил за Эгидием и обрадовался случаю расправиться с ним. По пути к храму король встретился с Герислейфом, и они сразу нашли общий язык.

Герислейф быстро понял, что произошло, и сделал своим людям знак не спускаться дальше.

— «Ну что, король, — иронически обратился он к Хильдерику, — бессмертие рядом, возьми его!»

— «Пусть Хель поглотит это галльское колдовство!»

— «На твое бы место Зигфрида Победителя Дракона! Я сражался вместе с ним. Он бы не отступил… Подойди ко мне, Эвервульф. Солнце выбрало тебя своим бессмертным воином. Пусть же твой меч обнажается только за свободу и справедливость. Возьми мой амулет. Это монета Савмака, царя рабов Боспора. Он тоже был воином Солнца, хотя и не видел Грааля. А тебе, легат, бессмертие будет наказанием за кощунство. Броди по свету волком-оборотнем и проклинай Солнце за то, что оно учит людей добру и правде…».

Так мы с Квиринием стали рыцарями Грааля. Примерно раз в полтора столетия мы пробираемся в Пещеру Друидов за новой дозой бессмертия. Сами друиды, возможно, знали свойства камня лучше нас. Замок над пещерой построен в двенадцатом веке. В свое время я в качестве капитана гугенотов оборонял его и тогда же велел проделать ход из башни в подземелье, которым и воспользовался этой ночью. Легат о нем не знал.

— Но почему же вы не сделали Грааль достоянием науки, человечества?

— Какой науки и какой части человечества? Для бедняка бессмертие — не благо. А «избранные» обратят его в страшное зло. Согласитесь, даже в вашей стране далеко не все достойны вечной жизни. Ведь это счастье, что реакционеры не могут жить вечно, подобно Квиринию. Так что подождем, пока бессмертие не станет по плечу человечеству.

— Когда же это будет?

— Когда к коммунизму придет хотя бы одна страна. Вполне возможно, что вы будете первыми. Хотя бы потому, что начали раньше всех. Если только не собьетесь с пути, как французы при Реставрации. Что за тоскливое было время!

— А вдруг капиталисты раскроют секрет Грааля раньше?

— Не думаю. Для этого нужны опыты на людях с таким размахом, какой может обеспечить лишь фашистский режим. А Франция от этого теперь надолго застрахована. Но если в Пещере Друидов снова начнутся какие-нибудь «исследования», я прерву свое молчание.

Мы расстались в Париже, и с тех пор я не видел ни Эвервульфа, ни Квириния. Потом было августовское восстание, приход союзников, лагерь для перемещенных лиц… Иногда я думаю: где теперь эти двое? В Никарагуа, Анголе, Палестине? В одном я уверен: вечная жизнь им не надоела. Слишком много для них дела на нашей беспокойной планете.