Рыцарь и Ведьма
Шрифт:
Столкнувшись с ним лицом к лицу, не мог
В нем не признать противника достойного.
Впустую не растрачивает сил,
Без суеты и с ритма не сбиваясь,
Он все мои удары отразил,
На провокации совсем не поддаваясь.
Вот раскрывается, ударить в корпус мечу
В надежде, что удастся зацепить,
Он вовремя мне сделал шаг на встречу,
И мне пришлось его покрепче обхватить.
Стучит в висках...
от напряженья мышцы стонут,
Никто победу не желает уступать,
Мы намертво в сплетенье рук закованы,
В неразрушимый на двоих стальной захват.
Туман из тьмы мне застилает очи,
Сопротивляюсь, хоть еще пока не сдал,
Победу ребятня вокруг пророчит,
Он все на них глядит промежду прочим,
А мне исход известен... проиграл.
Ослабла хватка, он немного отступил,
В мгновенье ока все переменилось,
Его я на лопатки уложил,
Толпа мальчишек от души заголосила.
Я возвышаюсь над поверженным врагом,
Он принял руку и с земли поднялся,
Склонили головы, и он покинул холм,
И так никто-никто не догадался…
И не заметил, что он мне поддался…
***
С собой не так-то просто примириться,
Что происходит, до конца не понимал,
Я сердцем не готов простить убийцы,
Но вот в душе его как война уважал.
Сомненья прочь из мыслей изгоняю,
Теперь судьбу его вверяю власти звезд,
За руку с ведьмочкой по лагерю гуляю,
Теплом согретый пламени волос.
Сжимая нежно хрупкую ладонь,
Считал себя счастливейшим на свете,
Я таял словно лед, попав в огонь,
И краски мира представали в новом цвете.
Дыханье все же у меня перехватило,
Остановилось сердце на период краткий,
Потом усиленно в груди заколотило,
Когда предстала взору неожиданно картина,
Он робко топчется у вспоротой палатки.
Но тут примчался мой знакомый паренек,
Принес нам хлеба на двоих краюху ,
Вручил, а вот сбежать от нас не смог,
Поскольку когда жал мальчишке руку,
Моя принцесса разглядела шрам,
Доставшийся ему при нападенье,
Чего-то прошептав своим рукам,
Его растерла за одно мгновенье.
Наверно, привыкаю к чудесам,
Но что меня и вправду поразило,
Похоже, можно доверяться небесам,
Держал в объятиях убийца малыша,
Он с ним играл и по щекам слеза катила.
Малыш смеялся, в палец уцепившись,
А воин слезы искупленья лил,
Когда же с «жертвами» своими распростившись,
Он поравнялся и сказал, остановившись,
«Теперь я знаю, почему ты победил».
Когда в палатке с ней вдвоем остались,
Я нежно обнял милую за плечи,
И из вопросов, что не унимались,
Спросил: — Под сердцем шрам мне почему не лечишь?
Она ответила горячим поцелуем,
Лишь когда воздуха обоим не хватало,
Ответила, прижавшись : — Чтоб целуя,
Как счастье дорого далось, не забывала.
Наверное, не быть мне королем,
Не управлять великим королевством,
Но всё же я уже нашёл свой трон
И занял его прямо в ее сердце.
***
Мне снится сон, как грозовые тучи
Берут в осаду горизонта небеса,
А я один стою на самой горной круче,
И только пыль швыряет ветер мне в глаза.
Что ж, никогда я не боялся бури,
И в этот раз промчится стороной,
Но тучи горизонт весь затянули,
Мир опоясав крепостной стеной
Меня с вершины зря прогнать пытаются,
Грозя обрушить стрелы молний с градом,
Не напугают, без толку стараются,
Я не боюсь, со мною ведьма рядом.
Нас непогодою двоих не испугать,
Друг друга держим крепко мы за руки,
И мой приятель не боится рядом встать,
Чтоб угостить куском своей краюхи.
Шторма наивны, попросту смешны,
С троими разом вздумали тягаться,
Он незаметно подошел из-за спины,
Тот, на ком больше не лежит вины,
Тот, кто нашел, за что ему сражаться.
Я обернулся, посмотрел через плечо,
Мне улыбнулся ангел мой хранитель,
Расправил крылья и взмахнул мечом,
Нам все напасти вместе нипочем,
Уж лучше сразу нам победу уступите.
Но сколько б молний сверху не метало,
И как надрывно ветер не ревёт,
Известно буре — схватку проиграла,
За нами солнце на борьбу встаёт.
Проснулся — она спит в моих объятьях...
Я понял — есть мне в жизни что терять....
Смотреть, как она спит — такое счастье,
Что хочется весь мир взамен отдать.
И лишь сейчас я понял с опозданьем,
Нет толку жить в плену чужих идей,
Приходит смысл только с осознаньем,