Рядом
Шрифт:
Стивен уже должен был уехать на своем лимузине, и, как примерный жених, ждать ее у алтаря.
Кэти поправила корсаж, слишком туго затянутый, и, не оборачиваясь, кивнула выходящей Деборе.
— Жду внизу, милая. Как жаль, что твой отец не смог приехать и повести тебя к алтарю…
— Да, мне тоже жаль…
Кэти на секунду представила, как бы ее не просыхающий с того дня, как начал получать пенсию за инвалидность, папаша повел ее к алтарю, и усмехнулась.
Нет уж.
В чертовом городке никто не знает о том, что она замуж выходит.
Никто, кроме Рика.
Кэти расправила несуществующие складки на корсаже, опять мазнула взглядом по окнам, выходящим на улицу.
И замерла.
Он стоял, опираясь на свой потрепанный байк. В кожаной куртке, наверняка (она была в этом уверена!) дурно пахнущей бензином.
В потертых джинсах.
Легкая небритость, черные небрежные волосы. Ухмылка.
Влажная мечта всех старшеклассниц и их мамашек.
Как был, так и остался.
Бедбой.
Навсегда застрявший где-то там, в ее прошлом.
Стоял и смотрел прямо на ее окна.
Откуда узнал только?
Как понял, что она именно здесь, в этом номере?
И, главное, зачем?
Ведь все ясно, предельно ясно!
Кэти нервно отшатнулась. Зашагала по комнате, путаясь в длинном подоле.
Они не виделись с тех пор, как она сказала ему о своем замужестве.
А он поздравил.
Бешеным сексом, в тот раз особенно бешеным. Таким, что потом все кости ломило.
Все-таки отвыкла она от его темперамента.
А ведь когда-то…
Кэти, не рискуя подходить к окнам, отыскала шампанское, налила полный бокал, залпом выпила. Газ ударил в ноздри, вызвал кашель. Сильный, до слез.
Кэти с проклятиями побежала в ванную комнату за салфетками.
Над ее лицом визажисты тоже трудились долго, придавая особую утонченность простым чертам. Чтоб не проглядывала девочка из бедного пригорода.
И теперь все пошло прахом.
Кэти застыла, глядя в свои, полные слез глаза. От шампанского, конечно же.
Надо вытереть, надо убрать.
Руки дрожали, размазывая косметику по щекам. А слезы все текли и текли.
Наконец, Кэти остановилась, ухватилась за край раковины и с остервенением посмотрела на себя.
— Прекрати, сука! Ты слышишь? Прекрати, бл*ть! Сегодня лучший день в твоей жизни, бл*ть! Лучший!
— Сегодня лучший день в моей жизни, Рик! — Кэти, нацепив смешную дешевую фату прямо на всклокоченные волосы, кинулась на шею парню, счастливо и пьяно смеясь.
— Ты этого хочешь, малыш? — Рик подхватил ее, привычно подбросил под попу, усаживая себе на бедра. Кэти неосознанно потерлась о него, чувствуя, как живот сводит от желания.
Господи, как он так действовал на нее? Ведь по дороге в Лас Вегас они останавливались раз пять, набрасывались друг на друга прямо на обочине, трахаясь, как кролики, пьяно и весело.
И вот опять, стоило только руки его на себе почувствовать.
— Да, хочу! Хочу! Хочу быть твоей! Навсегда! Хочу тебя! Сейчас прямо!
Кэти начала кусать его за шею, пытаясь заставить отодвинуться, зайти обратно в примерочную кабинку дешевого супермаркета.
— Эй, нимфоманка ты чертова, погоди, давай хоть выйдем отсюда… — он смеялся, уворачивался, но руки сжимались все крепче, голос становился все ниже. И двигался Рик именно туда, куда Кэти хотелось.
— Нет, давай здесь, давай, хочу тебя, хочу!!!
Кабинка была тесной, но зато закрывалась на хлипкую задвижку.
Рик едва успел зайти, защелкнуть замок и прислониться к обратной стороне двери для надежности, как Кэти вывернулась из его объятий и упала на колени, обеими руками расстегивая ремень на джинсах.
— Сейчас твоя невеста тебе отсосет, — бормотала она, ломая ногти о тугую молнию, — хочешь этого? Хочешь? Бл*ть, говорила, надевай другие джинсы, у этих молния заедает…
Рик смотрел на нее сверху вниз, не отвечая, не помогая, зарывшись обеими ладонями в небрежный пучок на ее голове, расширенными от кайфа зрачками оглядывая ее возбужденное лицо, мокрые губы, нелепую фату в волосах.
Кэти, наконец, добралась до того, что ей было так необходимо, восхищенно выдохнула. Как всегда, готов. Стоит только дотронуться.
Кэти облизнула губы, глянула снизу в темные, жестокие глаза, и вобрала член в рот. Сразу во всю длину. И почувствовала, как сжимаются на ее волосах пальцы, направляя, насаживая до глотки.
Жестко, как и всегда. Так, как ему нравилось. Так, как нравилось ей.
В этот раз много времени не понадобилось, буквально несколько движений, от которых Кэти давилась и слезы текли из глаз.
А затем Рик долго целовал ее, вылизывал рот, кайфуя от собственного вкуса и трахая ее пальцами до оргазма.
И это было пьяно, безбашенно и восхитительно.
Кэти кричала на весь супермаркет, кабинка ходила ходуном, а привычные ко всему консультанты понимающе жали на кнопку вызова охраны.
Кэти, убрав, наконец, следы слез со щек, подкрасила губы, успокаивая себя.
Зачем вспомнила? А он? Зачем он сейчас приехал?
В тот раз, сразу после окончания колледжа, они вместе рванули отдыхать. Эта дорога в Лас Вегас была их медовым месяцем. Если бывают, конечно, медовые месяцы перед женитьбой. Безумством, отрывом, непрекращающимся кайфом. В перерывах между сексом Рик говорил про будущее, про то, как планировал выкупать долю в автомастерской. Обсуждал, какого метража квартиру они могут себе позволить. Как он будет работать, а она будет рядом.
С его баллами ни о каком универе речи, конечно, не шло.
Кэти к тому времени уже пришел ответ из Хьюстона.
Но Рик об этом не знал.
Она уехала через два дня. Молча, утром, оставив его одного очередном дешевом мотеле на окраине Вегаса.
А через неделю переслала документы на развод.
Все, что произошло в Вегасе, остается в Вегасе.
Рик подписал.
И потом пропал из города. Она так и не знала, чем он занимается. И до сих пор не знала. И не хотела знать. У нее своя жизнь, свое будущее. Без него.