Чтение онлайн

— Люба, ты не выполняешь заключенного между нами соглашения. Ведь ты пообещала быть более мягкой, а на самом деле из-за чепухи заварила свару.

— Счаз-з! Я привыкла к послушанию. Ничего не поделаешь, блин, такой уж характер. Мне под тридцать, поздно меняться. Заняться этим придется тебе.

— А я — мужчина, глава семьи… Кажется, придется нам с тобой расторгнуть договор… Обидно, конечно, всю жизнь мечтал о такой женщине: красивой, понимающей, доброй.

Костомарова всхлипнула.

— Так… Может быть, в чем-то я и неправа? — заколебалась она.
–

Ладно, блин, постараюсь измениться.

Ручка, играющая с кистью пояса машинально потянула ее. Полы халатика разошлись. Не совсем — слегка. Выглянуло голое тело. Те же аппетитные шарики. Александр про себя праздновал победу. Еще один нажим, парочку интимных комплиентов, легкое прикосновение…

— Ты права, характер придется менять! — твердо произнес он. — Ради сохранения нашего с тобой… содружества. Мне тоже не помешает…

— Значит, ты извиняешься? — с надеждой спросила Люба. — Тогда…

Костомарова сбросила халат. Считая ссору исчерпанной, привычно взяла руку мужчины и попыталась использовать ее в качестве «массажера». Не тут-то было! Любовник с раздражением вырвался и с такой силой сжал грудь женщины, что она вскрикнула.

— Больно…

— Разве? — удивился садист, укусив подругу за шею. — А так?

— Что ты делаешь, Сережка? Больно ведь!

Ах, больно? Сейчас еще не то будет! Он грубо навалился на любовницу и овладел ею с такой яростью, что она застонала. Одеяло сползло на ковер, туда же свалилась подушка. Собков обезумел. Женщина уже не стонала — кричала во весь голос, кусала партнера за грудь, терзала острыми коготками его спину.

Наконец, издала торжествующий вопль и обмякла. Александр в изнеможении перевалился на свое место. Не хватало воздуха, ломило колени, в голове — пустота.

— Спасибо, любимый, спасибо, милый… Прости меня…

— Прощаю, — закуривая, снисходительно ответил он. — Только прошу

убрать своего «топтуна». Ненароком могу пришибить.

— Сереженька, Валера ведь охраняет тебя…

— Сам себя поохраняю, — подумал и снисходительно согласился.-

Впрочем, будь по твоему, но только при моем согласии.

Окончательно отказываться от услуг телохранителя не стоит, он может оказаться полезным. Неизвестно когда появятся свои шестерки.

— Хорошо, сладкий мой, как скажешь, — покорно согласилась Костомарова.

— Я ему прикажу…

— Кстати, еще одна просьба, — Александр торопился насладиться плодами победы. — Понимаешь, криминальная обстановка в Москве довольно сложная. Что ни день — ограбления, убийства, захват заложников… А я безоружен…

— Хорошо, любимый, завтра же все сделаю…

На следующий день Костомарова с улыбкой протянула любовнику небольшой тупорылый пистолет и удостоверние на право его ношения. Ствол — так себе, на три с минусом, обычная женская мухобойка, но все же — оружие. Положил его киллер в карман и сразу почувстввал себя уверенней.

Через день — еще один подарок.

— Видишь, рядом с под"ездом, машину? — запустив жадную руку под

рубашку любовника и ощупывая его грудь, словно доярка — вымя коровы,

прошептала она. — Считай, блин, мой свадебный подарок.

У Сергея перехватило дыхание. Вот что нехватает ему — легковушки! Постарался погасить радость. Равнодушно спросил.

— О какой свадьбе ты говоришь? Если мне не изменяет память, мы порешили: ни регистраций, ни венчаний! Или ты передумала?

Костомарова мучительно наморщила гладкий лоб. Поглаживание мускулистой мужской груди вывело ее из состояния равновесия. Подаренные пистолет и легковушка, дни и ночи, гостиная и спальня — все перемешалось в ее сознании.

— Все равно — свадьба! — с детским упрямством заявила она. — Свадьба и… первая брачная ночь… Каждые сутки — первая… Пойдем, отдохнем? Вид у тебя болезненный…

— Рано спать, — сухо отказался Собков. — Кажется, мы еще не ужинали.

Он стряхнул со своей груди женские пальчики. Пришла пора избавиться от сексуальной зависимости. Потому что не любит бизнесменшу и никогда не полюбит. Она раздражает его.

Все подготовлено: основная и запасная базы, хоть и скромное, но — оружие, легковушка. Остается разыскать Бульбу, получить настоящий ствол и капусту. Первым проглотит пулю Ганс.

— Завтра отправлюсь на поиски приличной фирмы. Надо окончательно переселяться из Сибири в Москву…

Покоренная женщина покорно кивнула и снова запустила руки под рубашку. Ласково и требовательно. Пришлось возвратиться в покинутую постель. Она права: рынок есть рынок, за все нужно платить…

— Сегодня ты мне не нужен… Гуляй! — Собков похлопал телохранителя

по плечу. — Снимешь пухлую телку — побалуйся, захочешь побалдеть наркотой

— ради Бога, никаких запрещений. Я — добрый хозяин, забочусь о подчиненных, — тонко намекнул на возможность перевербовки телохранителя. Так тонко, что тот ничего не понял и расплылся в благодарной улыбке. — От меня еще ни один слуга не ушел, держатся, как бабы за подол.

Легкомысленная улыбка на лице Валеры сменилась озабоченной.

— Но хозяйка…

— Боишься бабу, слабак? Успокойся — разрешила. Отныне я — твой господин, как скажу — так и будет… Не веришь? Спроси у хозяйки. Я пока покурю в холле.

Поколебавшись, парень бодро потопал по лестнице ботинками сорок шестого размера. Казалось, ступеньки скрипят и гнутся.

— Он всегда такой угрюмый? — спросил Собков у коротышки. — Может быть, запоры замучили?

— Какие там запоры? — покачал головой Феликс. — Беда у парня, пацан занемог, операция нужна, а она стоит пять кусков баксов. Откуда взять?