Чтение онлайн

— Да, — устало произнесла Ванайя, — Миранда моя дочь, но она смелая девушка и стойко вынесет все, что выпадет на ее долю. Ей трудно, невыносимо трудно, но в ближайшие дни нам всем будет нелегко, мы не можем бросить остальных женщин ради одной, пусть даже столь дорогой мне.

— Я слышу голос настоящего Проматриарха, — сказала Махала. — На наших оружейных складах есть оружие, которое мы использовали против хищников, осваивая землю внутри материка. Мужчины уже не замечают ударов бича, думаю, что десятка зарядов хватит, чтобы вернуть их на место.

Ванайя в ужасе посмотрела на Махалу.

— Сестра моя, но ведь это же война.

— Мужчины сами навязали нам ее, — злобно ответила Махала. — Ты погрязла в своей религиозной дребедени и не понимаешь, что нам грозит. Мы вынуждены применить оружие!

Ванайя сложила руки на груди и пристально посмотрела на Махалу.

— Нет, сестра моя. Чего будет стоить наш Матриархат, если мы при первом же испытании нарушим его основные этические принципы? Все прошлые годы ты была против того, чтобы к нам приезжали ученые из Сообщества. Ты постоянно говорила, что мужские миры разрушаются и исчезают, поскольку общество, организованное мужчинами, безусловно скатывается к применению силы и войне, за которой следует деградация и исчезновение. И теперь ты хочешь, чтобы таким путем пошли и мы? Нет, моя дорогая сестра, если для того, чтобы заставить мужчин жить по нашим правилам, мы должны их убивать, так уж лучше отдать им власть сейчас же. То, что ты предлагаешь, делается только в мужских мирах, Матриархат до этого не опустится!

Махала раскрыла рот от изумления. Она смотрела на Ванайю, и постепенно до нее доходила горькая правда, сказанная старой мудрой женщиной.

— Ты права, — прошептала она. — Мы уже начали жить по правилам мужских миров. Что бы мы ни делали, они уже здесь, с нами, в нас. Но тогда что нам делать?

Ванайя вытянула руки, и оба Проматриарха обнялись. Цендри показалось, что плечи Махалы поникли и задрожали в тихом плаче. Она посмотрела на Ванайю, лицо ее было бесстрастным и бледным, невидящие глаза смотрели куда-то вдаль.

— На твой вопрос есть только один ответ, Махала, — наконец сказала Ванайя своим теплым, ласковым голосом. — Пойдем в «Нам-указали-путь» и спросим совета у тех, кто мудрее нас. Они приняли нас и помогали, теперь они же подскажут, что мы должны делать.

Махала подняла голову и посмотрела на Ванайю покрасневшими от слез глазами.

— Это противоречит здравому смыслу, но я согласна, потому что никакой здравый смысл не подсказал мне, как я должна поступить сейчас. Если помощи больше ждать неоткуда, я готова пойти с тобой, хотя и сомневаюсь, что мертвый город может сказать нам что-нибудь стоящее.

Ванайя тихо возразила:

— Если ты не найдешь там ответы на свои вопросы, то как только мы выйдем из «Нам-указали-путь», я тут же отдам тебе все полномочия по ведению мирских дел в Ариадне. Клянусь тебе, и ты знаешь, что мое слово нерушимо. Прошу тебя только пойти со мной и послушать голоса мудрых, тех, кто помог мне найти кольцо и накидку Редзали.

— В такую минуту я готова пойти за помощью к кому угодно, хоть к самому привидению, — ответила Махала.

Подготовка заняла несколько минут. Когда процессия вышла из дома Проматриарха, уже наступал вечер. Цендри и Дал шли позади Проматриархов, которых с обеих сторон поддерживали их сторонницы. Вскоре процессия, преодолев извилистую, крутую тропинку, вступила на гулкие камни площадки и очутилась перед громадами мертвого города «Нам-указали-путь». Цендри шла опустив голову, печально вспоминая, как она приходила сюда с Ванайей и слушала таинственный голос, идущий из космического корабля. Она совсем забыла, что рядом с ней находится Дал, его присутствие она ощутила только почти на самом верху, когда, споткнувшись, он тихо чертыхнулся.

— Дал, я так волновалась за тебя, — сказала Цендри. — Они не били тебя?

— Били? — насмешливо переспросил Дал. — Что ты, дорогая. Они из меня чуть не сделали живого бога. Постоянно просили рассказывать о Сообществе. Ты представляешь, мужчины здесь даже не верят, что где-то есть миры, в которых все равны. Я поразился тому, как они хотят учиться, они просто жаждут знаний. Мне даже показалось, что свободы они хотят меньше. — Дал задумался. — Они часто говорили, что, обладая знаниями, смогут доказать свое равенство с женщинами и быть достойными свободы. Видела бы ты, Цендри, с каким благоговением, представляешь, Цендри, именно с благоговением, они смотрели на меня, когда узнали, что я — ученый магистр. Да они заботились обо мне не меньше, чем мать о своем ребенке, — Дал внезапно засмеялся. — Но некоторым из них успели-таки забить головы. Знаешь, один из мужчин, услышав, что я всю жизнь занимаюсь наукой, спросил, не отразилось ли это на моей потенции. Шарриоз! А я еще подозревал в этом Ру!

— Дал, это ты спровоцировал восстание?

Он вздохнул и покачал головой.

— Видит Бог, я отговаривал их от этой затеи. Ты же знаешь, что меня ничто не интересовало, кроме Руин, и я не протестовал против местных порядков. Просто я стал катализатором, появился здесь в нужное время, мужчины уже давно были готовы к бунту.

Наступила ночь, темная и жаркая, по небу тихо плыли два полумесяца. Цендри медленно двигалась вперед, не выпуская из виду факела Ванайи.

— Но зачем ты пошел сюда, Дал? — спросила Цендри. — Тебе же не нравится воспринимать Руины как место религиозного поклонения.

В темноте она не видела выражения его лица, но голос Дала прозвучал слегка насмешливо.

— Хочу посмотреть, что произойдет с Махалой. Интересно, что она будет делать, ведь ситуация, по правде говоря, не слишком приятная. Нужно знать, к какому решению склонится правительство Изиды. — Он кивнул в сторону идущих впереди двух Проматриархов — Все, что здесь происходит, очень важно для Сообщества. Хотя, объективно говоря, их время заканчивается. Хотят они сдавать свои позиции или нет, Матриархат идет к своему концу. Махала, конечно, держится неплохо, она чем-то напоминает мне ди Вело. Да и Ванайя тоже.

Цендри понимала, что имел в виду Дал. Ауру уверенного в себе человека, силу личности.

— Я понимаю, о чем ты говоришь, — ответила она и почувствовала, как Дал взял ее за руку.

— В тебе это тоже иногда проявляется, Цендри, — прошептал он. — Особенно когда на тебя находит. — Дал обнял Цендри, и они, прижавшись друг к другу, продолжили путь. В слабом свете факелов женщины медленно прошли в город, называемый «Нам-указали-путь», и миновали величественные, таинственные структуры. Стояла мертвая тишина, изредка нарушаемая тихим свистом ветра, шумом крыльев ночных птиц и далеким шелестом волн.

— Что тут обычно происходит? — спросил Дал.

— Я не могу тебе описать это. Просто смотри, — ответила Цендри, вспоминая слова Ванайи.

"И ни разу за все эти годы те, кто живет в «Нам-указали-путь», не заговорили с мужской особью".

Процессия медленно подходила к космическому кораблю. Цендри начала чувствовать первые приливы благодатного тепла.

"Я здесь, я люблю тебя… Я приветствую тебя…"

На этот раз Цендри решила противостоять своему чувству, не поддаваться этому сладостному упоению, не давать восторгу охватить ее.