Руины Ада
Шрифт:
Несмотря на продолжавшийся ливень, в Городе Золотых Врат стало заметно светлее, что не могло укрыться от внимания попрятавшихся по домам жителей. Те стали робко выглядывать на улицу: сначала из узких окон, затем из приоткрывающихся одна за другою дверей. Наконец, первые люди стали выходить на улицы прямо под дождь — всё их внимание было приковано к небу.
Что совершенно неудивительно, ведь там было на что посмотреть. Из облаков вынырнули две громадные сущности, теперь над городом разыгрывалось настоящее сражение света и тьмы.
Вспышки молний освещали совершенно невообразимых созданий: слепленного из теней драконоподобного монстра и куда менее крупного, но яркого человекоподобного существа с большими белыми крыльями. Не было нужды пояснять, кто какую сторону добра и зла представлял, это казалось само собой очевидным.
Пламенным волнистым мечом светлый ангел рассеивал мрак, исходивший от его супостата. Каждый успешный удар сопровождался особенно яркой вспышкой молнии и раскатами грома. Дракон отвечал не менее яростно, пытаясь разорвать белые крылья противника и загасить излучаемый ангелом свет. Действительно эпичное представление.
Вскоре едва ли не все жители города, напрочь забыв о ливне, стояли на площадях и улицах города. Люди, словно заворожённые, смотрели на пульсирующее от кипящей энергии небо. Тот самый Свет, о котором им непрерывно твердили последние годы, наконец-то сошёл с Небес, дабы повергнуть великое зло! Кто смог бы после стольких проповедей и такого наглядного доказательства ещё сомневаться? Шах и мат, господа светоненавистники, Свет Небес существует!
Даже стража светопоклонников, похоже, всерьёз поверила в масштабную иллюзию, на создание которой у Рифата ушла кровь не только подсудимого пухлячка, но и подвыпивших охранников, убитых Буером ранее. Писать пришлось действительно очень много. Ведь чем подробнее Рифат излагал свои пожелания, тем реалистичнее казалась иллюзия.
Однако результат того стоил: теперь он мог вместе с Буером спокойно подобраться по краю заполненной людьми площади к стене дворца-храма. Обрадованные их появлением одержимые на фоне грохота грома и восторженных криков толпы казались тихонями. Сражение на небесах было в самом разгаре, на примелькавшихся за многие месяцы пленников никто не смотрел.
Выбрав наиболее отдалённый от Золотых Врат участок стены, Рифат повернулся так, чтобы лицо на его бедре могло видеть ближайшего одержимого. Прикованный к стене худой, словно скелет, мужчина дико задёргался, но подошедший к нему вплотную Буер велел управлявшему телом бесу угомониться.
Рифат подбросил в воздух связку с болванками для ключей — нарезанные на них бородки позволяли открывать широкий спектр замков одного типа. Им удалось опробовать купленный на чёрном рынке предмет на цепях пока что единственного освобождённого одержимого, но Рифат не сомневался, что остальные замки тоже откроются без проблем. Никто в здравом уме не станет замачиваться, чтобы изготовить для удержания одержимых сложные замки. Ведь от таких замков требовалась исключительно прочность. Освобождение бесившихся человекоподобных существ едва ли могло прийти кому-нибудь в голову.
Телекинез маркиза и графа Ронове подхватил связку, быстро перебирая болванки для ключей в поисках нужных бородок. Менее чем через минуту одержимый оказался свободен. Рифат двинулся вдоль стены к следующему пленнику.
Приноровившись, маркиз и граф Ронове с каждым разом открывал замки всё быстрее. Освобождённые одержимые шли вслед за Рифатом, до поры до времени сдерживаемые Буером с Астаротом. Из их ртов в буквальном смысле слова капали слюни, они были очень, прямо до чрезвычайности голодны.
Что ж, еды для них столпилось на площади много. Осталось лишь чуть-чуть потерпеть.
Под ликующие крики толпы теневой дракон в небе оказался повержен. Сотворив из чистого света крест, ангел приступил к распятию чудища. Шипящими молниями он прибивал рваные крылья дракона к поперечной перекладине, такими же молниями небесный воин приковал шею и хвост монстра к световому столпу. Чем ещё могло это быть, кроме чистой победы?
И хотя некоторые зрители уже начали понимать, что зрелище выглядит уж слишком фантасмагоричным, чтобы быть правдой, большинство искренне радовалось. Многие вставали на колени или складывали руки в молитвенном жесте, приветствуя своё божество.
Одолев врага, светящийся ангел погасил пылающий меч, затем наклонился, словно взирая на своих почитателей. Его лицо было невозможно рассмотреть из-за ярчайшего света, льющегося из глаз небесного воина, но всем показалось, что он или оно улыбается. Несмотря на холодный ветер и ливень, на душе у зрителей стало тепло.
Вновь повернувшись к поверженному созданию тьмы, ангел широко развёл белые крылья в стороны, после чего каким-то образом накрыл ими своего оппонента, превышавшего его размером в три раза. Ну что ж, для потусторонних созданий физические законы и не должны быть преградой. Две переплетённые сущности закружились в вихре, спускаясь по спирали на землю. Промокшие до последней нитки люди внизу благоговейно поднимали навстречу световому смерчу свои дрожащие руки.
Именно в этот момент послышались первые крики боли и ужаса. Но ведь это нормально, ведь спускавшийся с небес свет…
Вот только причина паники была вовсе не в свете, который, так и не достигнув земли, стал постепенно рассеиваться.
Вопли имели вполне материальное и земное, вернее даже подземное обоснование.
Это около полусотни одержимых наконец-то приступили к обеду.
Глава 18. Дворец-храм
И посему были невинные попраны вместе с виновными, но не вследствие какого-то недомыслия, а исходя из жестокого, но мудрого знания о том, что невозможно их отделить друг от друга.
Ричард Скотт Бэккер
Ксерсия, Город Золотых Врат
Хаос.
Когда иллюзии наконец разрушаются, на место порядка всегда приходит хаос.
Многие люди всё ещё с надеждой смотрели на почерневшее небо, в то время как их соседей раздирали на куски одержимые. Многие, опустившие взор на грешную землю, всё равно до последнего не верили в зверства, происходящие прямо у них под носом, предпочитая фактам чудеса свыше. И слишком многие начинали реагировать на ситуацию слишком поздно, когда бежать уже было поздно.