Рубаи, Хайям Омар - читать онлайн

Рубаи

на обложку

Хайям Омар

Шрифт:

303

Муж ученый, который мудрее муллы, Но бахвал и обманщик, – достоин хулы. Муж, чье слово прочнее гранитной скалы,- Выше мудрого, выше любой похвалы!

304

Кто урод, кто красавец – не ведает страсть. В ад согласен безумец влюбленный попасть. Безразлично влюбленным, во что одеваться, Что на землю стелить, что под голову класть.

305

Небо – пояс загубленной жизни моей. Слезы падших – соленые волны морей, Рай – блаженный покой после страстных усилий, Адский пламень – лишь отблеск угасших страстей.

306

Хоть мудрец – не скупец и не копит добра, Плохо в мире и мудрому без серебра. Под забором фиалка от нищенства никнет, А богатая роза красна и щедра!

307

Я к неверной хотел бы душой охладеть, Новой страсти позволить собой овладеть. Я хотел бы – но слезы глаза застилают, Слезы мне не дают на другую глядеть!

308

Когда песню любви запоют соловьи – Выпей сам и подругу вином напои. Видишь: роза раскрылась в любовном томленье? Утоли, о влюбленный, желанья свои!

309

«Ад и рай – в небесах», – утверждают ханжи. Я, в себя заглянув, убедился во лжи: Ад и рай – не круги во дворце мирозданья, Ад и рай – это две половины души.

310

Попрекают Хайяма числом кутежей И в пример ему ставят непьющих мужей. Были б столь же заметны другие пороки – Кто бы выглядел трезвым из этих ханжей?

311

Для того, кто за внешностью видит нутро, Зло с добром – словно золото и серебро. Ибо то и другое – дается на время, Ибо кончатся скоро и зло, и добро.

312

Вновь на старости лет я у страсти в плену. Разве иначе я пристрастился б к вину? Все обеты нарушил возлюбленной ради И, рыдая, свое безрассудство кляну.

313

Дай вина! Здесь не место пустым словесам. Поцелуи любимой – мой хлеб и бальзам, Губы пылкой возлюбленной – винного цвета, Буйство страсти подобно ее волосам.

314

Если жизнь все равно неизбежно пройдет – Так пускай хоть она безмятежно пройдет! Жизнь тебя, если будешь веселым, утешит, Если будешь рыдать – безутешно пройдет.

315

В этом мире не вырастет правды побег. Справедливость не правила миром вовек. Не считай, что изменишь течение жизни. За подрубленный сук не держись, человек!

316

Каждый молится богу на собственный лад. Всем нам хочется в рай и не хочется в ад. Лишь мудрец, постигающий замысел божий, Адских мук не страшится и раю не рад.

317

Вы, злодейству которых не видно конца, В Судный день не надейтесь на милость творца! Бог, простивший не сделавших доброго дела, Не простит сотворившего зло подлеца.

318

Без меня собираясь в застолье хмельном, Продолжайте блистать красотой и умом. Когда чашу наполнит вином виночерпий – Помяните ушедших чистым вином!

319

Бели вдруг на тебя снизошла благодать Можешь все, что имеешь, за правду отдать. Но, святой человек, не обрушивай гнева На того, кто за правду не хочет страдать!

320

Стоит царства китайского чарка вина, Стоит берега райского чарка вина. Горек вкус у налитого в чарку рубина – Эта горечь всей сладости мира равна.

321

Не моли о любви, безнадежно любя, Не броди под окном у неверной, скорбя. Словно нищие дервиши, будь независим – Может статься, тогда и полюбят тебя.

322

В мире временном, сущность которого – тлен, Не сдавайся вещам несущественным в плен, Сущим в мире считай только дух вездесущий, Чуждый всяких вещественных перемен.

323

Не завидуй тому, кто силен и богат. За рассветом всегда наступает закат» С этой жизнью короткою, равною вздоху, Обращайся как с данной тебе напрокат.

324

Горе сердцу, которое льда холодней, Не пылает любовью, не знает о ней. А для сердца влюбленного – день, проведенный Без возлюбленной, – самый пропащий из дней!

325

Пусть я плохо при жизни служил небесам, Пусть грехов моих груз не под силу весам – Полагаюсь на милость Единого, ибо Отродясь никогда не двуличничал сам!

326

Утром лица тюльпанов покрыты росой, И фиалки, намокнув, не блещут красой. Мне по сердцу еще не расцветшая роза, Чуть заметно подол приподнявшая свой.

327

Не давай убаюкать себя похвалой – Меч судьбы занесен над твоей головой. Как ни сладостна слава, но яд наготове У судьбы. Берегись отравиться халвой!