Чтение онлайн

— Да что ты? Жизнь прекрасна только в разгуле! Зачем же тогда боги даровали нам власть над остальным миром? А старики все кряхтят, да поучают нас уму-разуму. Видать, и ты тоже стал таким же назидающим философом, как твой отец?

— И ты не пресыщен удовольствиями?

— Нет! Хотя одни и те же забавы надоедают. Ты прав в этом. Но надо искать новых приключений в бурлящем потоке жизни! Гулял вот на свадьбе Гелия, и каждый день дарил мне еще неизведанные развлечения.

А ты-то сам как оказался в этом трактире? Говорил же, что хочешь пожить спокойно? — спросил вдруг Юлий своего собеседника.

— Шел мимо и даже сам не знаю, как оказался здесь.

Взрыв хохота потряс харчевню. Юлий хохотал пуще всех. Его худое тело и длинные тонкие ноги дергались так, будто он болел эпилепсией…

— Ну, насмешил, друг Мой! Удачно сказано, удачно! Бахус все-таки затащил тебя в «Угрюмый павлин»? Хозяин! Две кружки пива!

— Я не пью этот варварский напиток.

— А зря. Чудесное средство от головной боли. А голова у меня трещит, ты бы знал…

Трактирщик суетливо подбежал к столу, где пировали два патриция, и с раболепием поставил чаши с пенящимся напитком перед своими посетителями.

— Ну-ка хозяин, принеси нам вареного кролика, — тоном, не терпящим возражений, приказал Юлий Исмаилу.

— Не положено, господа. Нельзя. Приказ цезаря.

— Какого еще цезаря?

— Божественного Тиберия, мой господин.

— Да ведь он уже давно отправился к праотцам. Так что Тиберий нам не указ. Ты слыхал, что у нас новый принцепс? Несравненный Нерон!

— Я маленький человек. Что мне прикажут, то я и делаю…

— Внемли мне, ты, презренный трактирщик.

Я приказываю тебе принести сюда именно вареного кролика, а не испеченного, или какого-то другого, как то требует закон. Он мне не указ, исполняй же приказание побыстрее, а не то мои друзья тут позабавятся. — Юлий обвел взглядом харчевню.

Исмаил поклонился и быстро скрылся за занавесками, где готовили еду его жена и две служанки.

— Вот так надо ставить на место этих людишек! — Юлий, довольный собой, улыбался.

За соседними столиками сидели плебеи и рабы. Одни не обращали никакого внимания на веселящихся патрициев, другие, наоборот, с жадностью взирали на шумное гуляние компании.

Если перед знатными римлянами стояли обильные кушанья, то небогатый человек в день имел лишь небольшой кусочек овечьего сыра, миску пшеничной каши, да горстку маслин.

— Послушай, друг. У меня к тебе дело, — Валерий колебался сказать или нет о своей задумке, созревшей у него минуту назад.

— Выкладывай, да не тяни ты! — Юлий, разрывая кроличье мясо зубами, туго набитым ртом торопил собеседника.

Валерий огляделся по сторонам.

— А… — протянул сын сенатора и кивком головы показал своим друзьям на соседний стол, дав понять, что у него важный разговор.

— Хочешь развлечься?

— Ты еще спрашиваешь?

— Тогда завтра ночью я предлагаю тебе море приключений… — Валерий загадочно подмигнул собеседнику.

— И где ты собираешься провести эту ночь? Уж не в лупанарии ли у Торкваты, а может быть ты меня затащишь к себе на виллу, чтобы хорошенько кутнуть с девицами? Тогда возьми вот этих, — Юлий кивнул в сторону двух своих подруг. — Ты не пожалеешь!

— Ты прав. Я хочу провести время на вилле, но мы пойдем развлекаться в другое поместье.

— Скажи к кому? Я заинтригован!

— Пусть пока это будет тайной для тебя. Мы переоденемся в одежду рабов и проберемся под покровом ночи на виллу. А уж там найдем кучу развлечений.

— Я понял тебя, Валерий. Что ж, придумано неплохо. Твоя затея мне нравится. — Юлий дружески похлопал собеседника по плечу. — Но ты так и не скажешь, к кому мы пойдем?

— Нет! Придем, туда, сам увидишь.

— Ладно. Будь по-твоему.

— Конечно. Не вздумай никого посвящать в наши планы. А то ничего не выйдет.

— О! За это надо выпить. Ты не против?

— Давай. За удачу пропустим по чаше фалернского.

Когда Исмаил принес две кружки вина, и друзья осушили их, Валерий, слегка опьяненный напитком и предстоящей встречей с Актис, прошептал на ухо Юлия:

— Никто не должен знать об этом. Об одежде не беспокойся, я принесу сам. До виллы пойдем в тогах, а уж перед самыми стенами облачимся в туники рабов. Встретимся у входа в «Угрюмый павлин». Согласен?

— Да. Я приду перед самым закатом солнца. Не рано?

— В самый раз. А теперь мне надо идти.

Скажи друзьям, что у тебя завтра срочное дело. Найди какую-нибудь отговорку. И хватит пить на сегодня.

Валерий уже хотел подняться из-за стола, чтобы покинуть трактир, но Юлий удержал его.

— Может быть, скажешь, к кому идем развлекаться?

— Нет. В девятом часу пополудни я жду тебя здесь. Не подведи, Юлий. Итак, до завтра!

Пожав друг другу руки, двое молодых патрициев расстались.

Ветер, дувший весь день, к вечеру ослабел. Стало прохладнее. Солнце садилось за горизонт. Римляне прогуливались по мостовой города, обмахивая себя веерами и платками. Прошло уже полчаса, а Юлия все еще не было. Прислонившись к столбу, на котором горел факел, освещавший ночью городские улицы, Валерий с беспокойством ожидал приятеля. «Неужели не придет? Может, быть Юлий пьян? А вдруг проболтался своим дружкам и сейчас прячется где-нибудь и наблюдает, что я буду делать дальше?» — с тревогой в душе думал юный патриций. Вдруг с правой стороны послышалось дребезжание повозки, в которой неистово погонявший лошадей, на месте возницы стоял Юлий.

— Садись, друг мой. Для начала пронесемся с ветерком по городу. Надо вытрясти хмель из головы, — сказал Юлий, когда повозка остановилась. Четверка вороных коней била копытами о мощенный булыжник.

— Ты что, спятил? Нас не должны видеть вместе. И как ты еще не угодил в тюрьму с этой колымагой? Беги в трактир, пусть хозяин присмотрит за твоим экипажем. До виллы пойдем пешком. Юлий разочарованно присвистнул, но тем не менее, вняв доводам Валерия, в то время, пока Исмаил, держа за узду лошадей, повел их во двор дома, в котором помещалась харчевня, двое приятелей уже бодро шагали по узким улицам Капуи.