Роман с вампиром

Наступил апрель. Пьянящий запах набухших от гуляющих соков почек разносился в воздухе. Журчащая талая вода весело устремилась напитать собой выглядывающую из-под остатков бурого снега землю. Птицы оживленно свистели, пели, щебетали, привнося в шум города жизнелюбивые ноты. Мрачный, сумеречный месяц март с мокрыми метелями, грязными лужами и косым дождем, размывающим серые бугорки, пролетел. Солнце ласково и настойчиво припекало, давая понять, что весна-красавица, сулившая нежную зеленую поросль, тонкие трепетные ароматы и обилие соцветий наконец-то наступила.

Дворники старались вовсю, убирая накопившийся за зиму мусор, приводя в порядок дворы и улицы. Заботливые хозяйки начисто намывали стекла и протирали подоконники, выставляя многообразие цветочных горшков. Все невольно улыбались друг другу, радуясь, что нет больше метелей, холодов, серых сугробов, темных вечеров, превращающих город в сказочное подземелье, полное мрака и тусклых огней, ночного лая собак и резких криков галок – все закончилось. Весна, пролетая над каждым домом, успела заглянуть, постучаться в каждое окно и нежно, звонко пропеть: «Вот и я! Радуйтесь, люди! Посмотрите, как все изменилось».

Веселая и беззаботная молодежь пестрела на улице, выделяясь среди толпы новыми нарядами: модными сапожками, куртками с множеством клепок и карманов, короткими юбками, дорогими джинсами с мощными металлическими ремнями, яркими, контрастными сумками и еще кучей всего, что украшает и наполняет жизнь приятными хлопотами.

На вахте, в одном из офисных зданий сидела женщина, лениво наблюдая за всеобщей суетой на улице. Ее взгляд время от времени останавливался на засаленной, с множеством пятен от чая и невзначай разлитого супа книге, потом снова, помимо воли, возвращался туда, где кипела и бурлила жизнь. «И откуда у молодых девчонок на такие наряды деньги?» – немалая доля досады мелькнула на широком, морщинистом лице, и, вздохнув, она печально посмотрела на свои старые стоптанные до дыр туфли и поношенную кофту на пуговицах.

– Здравствуйте, мне на седьмой этаж к аудиторам. Вам что нужно показать? Паспорт? – на нее вопросительно смотрела молодая, интеллигентного вида девушка. Словно припечатала взглядом.

Женщина, не заметившая ее появления, от неожиданности вздрогнула. Рука потянулась за предложенным паспортом. Выписав пропуск, внимательно оглядела посетительницу, прикидывая, сколько той лет. «Лицо совсем молоденькое, а взгляд как у нашего Семен Даниилыча», – не могла не отметить она, вспоминая цепкий взгляд своего начальника и еще раз заглянула в паспорт. «Двадцать шесть. Понятно. Эффектная девица», – и загляделась на высокую, стройную, длинноногую фигуру.

Поднявшись на нужный этаж, девушка выпорхнула из лифта и через секунду раздался негромкий стук в дверь.

– Здравствуйте, – поприветствовала она секретаря, привставшего навстречу. – Я к Геннадию Иосифовичу. Мне назначено. На одиннадцать.

Через секунду она оказалась в небольшой, светлой, заставленной шкафами и папками комнате. Из-за стола энергично поднялся худощавый мужчина чуть старше среднего возраста, одетый в льняные светло-серые брюки, несмотря на утро понедельника, мятые в гармошку и грязно-белую рубашку, застегнутую наглухо на все пуговицы.

– Вика Колесникова. Главный бухгалтер из «Свиттрейд». Я звонила секретарю.

Для пущей убедительности она указала движением изящной головки в сторону соседнего кабинета и тут же поймала на себе сканирующий взгляд полный подозрений.

– Откуда Вы узнали о нас? – мужчина, которого никак нельзя было назвать красивым (хотя что-то привлекательное в нем все-таки есть. Может, тонкость черт, говорящая о породе?), смотрел в упор, жестко буравя черными глазами.

– От знакомых. Вы проводили проверку на химическом заводе. Девушка назвала фамилию. – Вас порекомендовали.

– Вы где-то учитесь?

– Институт закончила.

– На бухгалтера?

– Да.

– А сколько лет работаете главным бухгалтером?

Ей стало не по себе. Направив недоумевающий, а через мгновенье испуганный взгляд на презрительную, словно выточенную из камня физиономию, стала судорожно вспоминать, засомневавшись в том, что она вообще когда-то работала.

– Пять лет.

Мужчина выразительно поднял густые широкие брови.

«Брежнев отдыхает!», – пропел внутренний голос.

– Когда это Вы успели?

– Я заочно училась и работала. С четвертого курса пошла работать главным.

– А сюда зачем пришли?

«Сейчас выгонит! Как под дулом пистолета! Ну и приемчик!»

Посетительница склонила голову, стараясь незаметно спрятать под модной черной сумкой занервничавшие вдруг тонкие пальцы и придать нежному, хрустальному голосу исчезнувшую как дым уверенность.

– Я переделала учет, хотела, что бы Вы проверили – все ли правильно.

– А чем фирма занимается?

– Производство. Пищевое.

Внимательные глаза проложили дорожку по красивому кукольному лицу, затейливо обрамленному каштановыми с медным отливом завитками волос, огромным, широко расставленным карим глазам с ресницами, которым могла позавидовать любая киноактриса, чуть вздернутому носу, спустились к амфорной фигуре, туго перехваченной широким черным поясом, к соблазнительно приоткрытой вырезом блузки груди, отметились на обтянутых дорогим капроном круглых коленях, высокой изящной шпильке, выглядывающей из-под стула и так же медленно вернулись обратно. После этого недолгого, но детального осмотра мужчина самодовольно хмыкнул и еле уловимой ноткой высокомерия произнес:

– Заеду завтра в районе обеда. Устроит? Посмотрю объем документов, там же договоримся о цене, о ,кей?

Машинально отметив про себя, что последнее «о ,кей» никак не вяжется с его образом интеллигента в седьмом колене, она кивнула и покачивая бедрами прошла к выходу. Дверь со щелчком захлопнулась.

Через пять минут Вика уже сидела в недорогом кафе, вскользь читая витиеватые надписи на предложенном буклете, – в ее изящной головке жужжали роем мысли. Слава Богу, что встреча закончилась! Можно выдохнуть! Тщательно, по полкам, разложила состоявшийся разговор и тонкие брови, изгибом напоминавшие крылья бабочки, сошлись на переносице. Ей не нравилось, когда судили только по внешности. А кому понравится? Она не может себе не признаться, что побаивалась визита – в первый раз все-таки! И как пялился аудитор, когда уходила! Ну и пусть! Маленький точеный подбородок тут же приподнялся, по-девичьи хрупкие плечи откинулись назад и, выбрав понравившуюся строчку в меню, Вика жестом попросила официанта подойти. В поле зрения случайно попала светловолосая женщина лет за сорок, сидевшая неподалеку, волосы у нее замечательные – длинные, густые косы густого пшеничного оттенка.