Чтение онлайн

Аварии следовало придать вид естественный, чтобы не спугнуть Здравко. Пожар на палубе, который предлагал устроить Стоянов, или слезоточивый газ в воздухозаборнике баржи обязательно бы Славича насторожили, и он мог принять решение на срочную эвакуацию. Конечно, отвязавшееся соседское судно, ударившееся в его баржу, суета и толпа зевак на набережной заставят Здравко тщательно оценить обстановку прежде чем являться на свет из недр своей «движимости». Но ему придется это сделать.

Авария будет иметь вид достаточно естественный. Баржа то ли оторвалась, то ли отвязалась. К тому же столкновение произойдет не по вине Славича, без сомнения, документы его в порядке, частной собственности будет нанесен ущерб. А если он проигнорирует разбирательство, то французская полиция может заинтересоваться владельцем пострадавшей баржи. Так что по всем законам здравого смысла в интересах Славича не убегать с места происшествия, а выйти из своего убежища, принять участие в разбирательстве и, вероятнее всего, спустить дело на тормозах. Тем более что ущерб обещал быть незначительным.

Владельцами баржи, которой предстояло столкнуться с «Доминик», или, возможно, ее арендаторами были люди немолодые и, видимо, небогатые. За двое суток наблюдения Станислав изучил их распорядок дня. Они уходили рано утром и являлись уже к вечеру, вероятно, были заняты на работе. В настоящее время на барже их не было, Стас зафиксировал в оптику в семь утра, как супружеская пара покинула свое плавучее жилище. А потому остановить судно после обрезки швартового каната и предотвратить столкновение соседи Славича, естественно, не могли. И вряд ли им предъявят претензии по факту аварии, найдя следы обреза на швартовом канате.

Стоянов сделал свое дело, и теперь оставалось лишь пассивно наблюдать, как поведет себя баржа. Станислав напряженно смотрел в тонированное окно салона микроавтобуса, переживая за то, как разворачиваются события. Стас понимал, что они с Димитром ввязались в авантюру, за которую Веклемишев их точно не похвалит. Единственным оправданием перед генералом могло послужить задержание Славича. Победителей, как известно, не судят...

Первые минуты баржа вела себя так, будто ничего не произошло. С одной стороны, это было хорошо, хулиганские действия Димитра продолжали оставаться незамеченными. Но, с другой стороны, статика словно примерзшего к стенке набережной судна очень сильно напрягала нервную систему. У Стаса появилось острейшее желание сорваться с места, выбежать на набережную и оттолкнуть баржу от причальной стенки.

Однако его вмешательства не потребовалось. Течение потянуло суденышко назад, кормовой трос сначала ослаб, но потом опять натянулся; нос баржи стал медленно уходить влево. Настал тревожный момент, от которого зависел исход задуманного. Электрический провод, тянущийся от столба к барже, натянулся струной и остановил движение судна. Обрезать кабель Стоянов не мог, для этого ему пришлось бы взбираться на столб, а такие действия поставили бы под срыв всю операцию. Оставалось надеяться, что провод лопнет под натиском тяжелой баржи.

Станислав почувствовал, как холодный пот заливает его глаза. Тонкий кабель удерживал нос судна на расстоянии примерно двух-двух с половиной метров от стенки набережной, не давая ему развернуться по течению. Пока еще никто не спохватился, не увидел, что баржу уносит от причала. Но если она будет оставаться в таком положении, два человека без особого труда смогут предотвратить столкновение, подтянув суденышко за обрезанный канат к набережной. Кстати, уже один прохожий, похоже, издали разглядел неладное и скорым шагом направился к оторвавшейся барже.

Не менее минуты, показавшейся Станиславу вечностью, длилось противостояние электрического кабеля и течения Сены. В конце концов, провод все же не выдержал и оторвался от столба. Баржа под напором воды сдвинулась с места и стала по радиусу разворачиваться, удерживаемая лишь кормовым швартовым канатом. Вот ее носовая часть уже в считанных сантиметрах от «Доминик». Касание!..

Удар был достаточно сильным, однако столкновение судов не привело к катастрофическим результатам. Вмятины обеим баржам были обеспечены, но не более того. На набережной стало заметно оживление. Тот первый прохожий, заметивший, как баржу уносит от стенки, уже стоял на парапете рядом с «Доминик», кричал и размахивал руками. На его вопли со всей набережной потянулись люди. А вот и Стоянов вынырнул из-за угла дома и скоро зашагал к месту аварии. Уже через пару минут у столкнувшихся барж собралось не менее десятка зевак.

Станислав продолжал сидеть в микроавтобусе. Палуба «Доминик» оставалась пустой. Славич, если он прятался на барже, не спешил появляться на общее обозрение. Возможно, Здравко оценивал обстановку и с помощью видеоаппаратуры изучал собравшуюся у баржи толпу. Время шло, посторонние люди подтягивались, правда, на столкнувшиеся баржи никто из них лезть не спешил.

Прошло никак не менее пяти минут после аварии, прежде чем распахнулась металлическая дверь рубки. Человек, выбравшийся на палубу, внимательно и нервно осмотрелся по сторонам. Можно было поклясться, что он готов испепелить взглядом каждого из полутора десятков зевак в толпе, собравшейся у баржи.

Микроавтобус был припаркован в стороне, и Станиславу был виден лишь профиль этого человека. Зачесанные назад длинные волосы, щеки, поросшие густой черной щетиной, солнцезащитные очки были неважной маскировкой. Станиславу не составило труда идентифицировать того, за кем они охотились. Это был Здравко Славич собственной персоной и никто иной. Вот и пересеклись их пути-дорожки.

Стас отодвинул стекло форточки, и ему в лицо пахнуло зноем. Открытая форточка была сигналом Стоянову, что Станислав узнал Славича и готов действовать. Однако спешить и горячиться он не стал. Достав мобильный телефон, Стас набрал «горячий» номер, который продиктовал им генерал Веклемишев. Передав установленный сигнал, он уточнил координаты места и принял подтверждение. Ну, что же, французская кавалерия из-за холмов скоро явится сюда.

Станислав оповестил полицейских не для того, чтобы переложить на их плечи задержание Славича, а для подстраховки. Кто знает, как сложится ситуация. От Здравко можно ожидать что угодно.

Он выглянул в окно. Обстановка вокруг столкнувшихся судов кардинально не изменилась. Народ толпился, спорил, махал руками, видимо, выдвигая предложения по ликвидации аварии. Стоянов не выделялся из толпы и принимал активное участие в дискуссии. Славич, похоже, немного успокоился. Он все еще недоверчиво и остро поглядывал на зевак, однако было видно, что особых подозрений у него никто не вызывает.

Стас наметанным взглядом обшарил фигуру Славича. Явных признаков наличия оружия, в первую очередь – огнестрельного, не наблюдалось. Здравко был одет в джинсы и майку, под которыми спрятать пистолет было довольно проблематично.

Славич подошел к борту и осмотрел повреждения баржи. Похоже, ничего катастрофического он не обнаружил, потому что оглянулся на сочувствующих на набережной, небрежно махнул рукой и что-то крикнул.

Небольшой катер, идущий по Сене, привлек внимание зевак. Точнее, они стали привлекать его внимание криками и размахиванием руками. Не требовалось большого ума, чтобы догадаться, что ликвидировать последствия столкновения барж, то есть растащить их, можно лишь с помощью постороннего самодвижущего плавсредства. То есть зацепить другим судном оторвавшуюся баржу канатом, отвести ее от «Доминик», и затем уже вручную подтянуть к причальной стенке.