Чтение онлайн

– Давай без слёз, дивная, - как можно тише шепнул в острое ушко. Розовенькое, нежное... такое... м-м-м...

Закрыв глаза и досчитав до десяти, медленно выдохнул. Вроде попустило.

– Ник...
– Горячее дыхание щекотно шевельнуло волосы за ухом.
– Я не достойна... пути Разума...

– Спокойно, красавица, - ободряюще шепнул, всей своей небогатой мимикой показывая бросающим взгляды исподтишка членам команды, что это у нас своё, девичье, заигрывания, р-р-романтика и всё такое.

Дварфы засопели и дружно отвернулись от нас, Сорак, даже при приёме пищи не отрывавшийся от пластины оператора, продолжал залипать в только ему одному видимые данные, и только Карина, почувствовав изменения в состоянии Шанти, чуть напряглась, опущенной рукой незаметно совершая лёгкие пасы.

– Я...
– а голос уже почти спокоен, по крайней мере, подступающих слёз в нём не чувствуется.
– Я слишком слаба...

– Шанти, если хочешь, я с удовольствием предоставлю свою жилетку на поплакаться и выговориться, но - позже. Соберись, чудо, мы, вообще-то, в походе. Вот после него можешь почувствовать себя хоть слабой, хоть беззащитной, хоть вообще ребёнком с юбкой на подтяжках. А пока - забудь. Ты за отряд отвечаешь, и слёзы и рефлексии тут совершенно неуместны. Договорились?

Прерывистое дыхание сменилось ритмичным, размеренным - явно какие-то дыхательные методики применяет. Карина, подмигнув, прекратила партизанскую поддержку храмовницы и с аппетитом набросилась на подостывшую похлёбку.

Продышавшись, девушка чуть-чуть сдвинулась - едва заметно, но так, что стало понятно - теперь ей уютно и комфортно. Прислонившись щекой к моей щеке, шепнула:

– Благодарю, Ник. Я... твоя должница.

– Вот ещё, - тихонько фыркнул я, стараясь не оглушить девушку.
– Нашла из-за чего в долги влезать.

– Всё, всё, я спокойна, - хихикнула Шанти и отстранилась, попутно мазнув мягкими губами по щеке.

Вот и сиди теперь, думай, то ли поцеловала, то ли просто задела, то ли вообще подкалывает и стебётся, маскируясь флиртом.

Ладно, замнём для ясности. Хотя бы до тех пор, пока на галеон не вернёмся.

– Так всё же - зачем Карина фасовала по пузырькам?

Шанти, вздохнув, без тени улыбки проговорила:

– Многофункциональная биомасса. Питание для оранжерей, один из ингредиентов для базового раствора внутривенного питания, после термической обработки с некоторыми алхимическими компонентами вполне пригодно в пищу. А основное применение - регенерационные мази и составы. Странно, что в Империи об этом не знают, тут и биомантом быть не обязательно, и обыкновенный лекарь-алхимик, получивший высшее образование, справится.

Я пожал плечами:

– В Империи, может, и знают. А Паучнику сие знать не обязательно.

Эльфийка прищурилась, оценивающим, враз ставшим жёстким и колючим взглядом окинула меня, хмыкнула:

– Всё же егерь?

– Пиратский капитан назвал меня так, увидев рюкзак. Перед тем, как выбросить его за борт, вместе со мной. Неплохое, в принципе, прозвище, как думаешь? Раз сразу бояться начинают и штаны при одном только упоминании уже готовы обпачкать?

Биомант, на которую мельком глянула Шанти, отрицательно качнула головой, и храмовница с заметным облегчением перевела дыхание.

– Ну и странный же у тебя вкус к прозвищам, хуманс.

Оглядевшись, Сеяшантери легко вскочила на ноги и негромко хлопнула в ладоши:

– Всё, отдохнули, прибираемся и выходим. Сорак, на тебе - подготовка люка к открытию, Хизтерх, Груддон, Краппа, свои задачи знаете. Остальные - не мешаемся под ногами и помним про маски. После открытия створок - прежний порядок передвижения.

Выражение детской обиды на лице Карины, первой снявшей маску, многого стоило. Огромные голубые глаза, характерный излом подрагивающих губ, прерывистое короткое дыхание носом. Ну серьёзно - ребятёнок, хоть и с более чем взрослым телом.

Шанти тихонько шипела ругательства на каких-то совсем уж древних языках, непрерывно постукивая костяшками сжатого кулака в стену. Иртак в задумчивости чесал вихрастую макушку, и только дварфы, поделившись со мной табаком и запасной трубкой, сидели на булыжнике и курили.Что называется - приплыли.

Коридор, идущий от шлюза, проскакивал насквозь огромную искусственную пещеру и... завершался горой обломков, начисто заблокировавших дальнейшее продвижение. Словно камней было мало - между ними неподвижно застыла ледяная вода, совсем чуть-чуть не добравшаяся до уровня пола.

Но, в целом, если принять за данность, что дальше по коридору мы не уйдём, то и так минимум две хороших вещи есть: вода - пресная, к питью пригодная и, по заверениям штатного биоманта, весьма полезная, ну а кроме воды - сама пещера. Она представляла собой что-то вроде хаба, посаженного на магистраль сквозного коридора, разбросанные по периметру через равные промежутки отнорки только усиливали создавшееся впечатление. Ну и, лично для меня, тут имелся и третий хороший момент - След Создателя ощущался совсем рядом, он словно вибрировал силами, недоступными опознанию разумом, но, тем не менее, более чем ощутимыми тем, для чего у человеков просто нет ни слов, ни понятийно-смыслового аппарата. Впрочем, отсутствие понимания отнюдь не означает отсутствие нужных органов восприятия.

Может, Арагорн чего накрутил с моим телом, может, это результат Слияния, а может, врождённая особенность организма. В любом случае, я слышал песню-зов Следа, и понимал, что остальным эта непередаваемо-прекрасная и совершенно непонятная мелодия-мысль не слышна. Её не услышат, пока не будет снято защитное поле, полог, скрывающий артефакт, названный Шанти Слезой Творца.

Перестав методично долбить стену, Сеяшантери резко развернулась и, грустно улыбнувшись, обратилась к нам:

– Что ж, без спецтехники и поддержки магов мы глубже не пройдём. Карина, насколько ты смогла просканировать?

– Два вглубь. Вода и камень, без воздушных пузырей. Дальше, увы, дотянуться не могу, прости, леди Сеяшантерианайя, - биомант уныло склонила голову, буквально транслируя вовне ауру собственной ничтожности и бесполезности.аммас

Дварфы же, переглянувшись, в полнейшем восхищении уставились на девушку.

– Карина, а ты знаешь, что максимальная глубина сканирования, зафиксированная Храмом, составляет два с половиной аммас?
– Голос у Шанти тихий, вкрадчивый, но почему-то при каждом слове волосы на затылке пытаются шевелиться.