Чтение онлайн

Вайнст наблюдал за каждым действием Главы, включив свой особый дар. Любая атака этого Избранного будет бессмысленной.

– Я думаю, из тебя выйдет отличный фюрер, – усмехнулся Куракин. – Фюрер подземелий. Звучит, да?

Он протянул руку, собираясь применить пленяющие чары. Вайнст резко вильнул в сторону и активировал смертельное заклятие. Куракин только развернул выставленную вперед ладонь, активируя защиту. Его заклятие было похоже на самый настоящий щит, только в отличие от металла сияющий энергией.

Вайнст чуть прищурился, сделал еще шаг назад, ближе к воде. Он готовил свое отступление. Рискованное, даже чересчур, но… Если удастся, он выживет в черных водах озера.

Куракин шагнул ближе.

– Дуэль? – насмешливо предложил он.

Фашист полминуты обдумывал его предложение, а потом утвердительно кивнул.

– В стороны, – спокойно велел Глава своим Стражам.

Нарышкин, наблюдавший за этой сценой с края поляны, обеспокоенно нахмурился. Очередной план друга ему совсем не понравился. У Вайнста уникальный дар предвидеть атаки, да еще этот чертов перстень… На что рассчитывает Михаил?

А Глава только выпрямился, погасил защитные чары, опустил руки вдоль тела, как того требовали древние правила. Вайнст тоже собрался и уставился на Главу. Он только чуть встряхнул левой рукой, будто случайно…

Но Михаил именно этого и ожидал, потому, повинуясь мгновенной мысленной команде, вокруг Главы выстроился силовой барьер, отсекающий любое влияние. Так работал браслет Стражи.

Дану, внимательно наблюдавшему за поединком, показалось, что губы Вайнста дернулись в улыбке. Победной улыбке. Благодаря своему дару, он знал, что Куракин активирует браслет. У фашиста был свой замысел. Он резко дернулся вперед. Никакие заклинания сейчас не достанут Главу, а вот клинок… Выкидной нож прятался у Вайнста в рукаве правой руки. Он попытался ударить Куракина в грудь.

Михаил лишь спокойно повернулся, подставляя под удар ножа левое плечо. А правым кулаком Глава заехал фашисту в челюсть. Вайнста от удара отбросило назад, он чуть не упал и пару раз дернул головой, видимо, пытаясь прийти в себя. Этой заминки Михаилу хватило, чтобы выхватить шпагу.

Фашист, понимая, что теряет силы и время, хотел положиться на силу своего артефакта. Он выставил руку вперед, направив красный камень в перстне на Главу. Михаил не стал ждать, пока Вайнст отдаст кольцу приказ, и рубанул шпагой наотмашь, буквально отрезая кисть врага от запястья. Его враг дико закричал то ли от боли, то ли от отчаяния.

Придерживая раненую руку, он резко отшатнулся назад, к самому краю обрыва. К озеру. Глава отбросил оружие, поспешив за противником. А фашист уже развернулся и, оттолкнувшись от камня, прыгнул вниз. Михаил пытался схватить Вайнста, дернуть назад. Но его рука лишь скользнула по плечу, ухватила шеврон Аненербе.

Дан испугался, что по инерции Михаил сам сейчас свалится в воды озера. В холодную темноту, скрывающую все те же острые камни, только на дне. Он рванул через небольшую поляну, стал оттаскивать Главу от обрыва. Раздался негромкий треск ткани. Вайнст исчез в темноте, Стражи услышали плеск, когда его тело ушло под воду. Михаил остался на самом краю, сжимая в руке шеврон.

– Черт, – расстроенно буркнул он. – Не люблю грубые методы и сбежавших врагов.

– Он не выживет здесь, – заметил Нарышкин. – Но мы можем попробовать выловить его.

И повернувшись к остальным Стражам, столпившимся в двух шагах за спиной, он скомандовал.

– Свет! Ищем Вайнста. Или живого, или его труп.

Потом он снова обратил внимание на друга.

– Миша, ты ранен. Давай я пока хотя бы займусь твоим плечом…

Они продолжали поиск до рассвета, высматривали фашиста в воде, потом исследовали берег, ожидая найти то место, где он мог выбраться. Использовали поисковые чары. Но Вайнст бесследно исчез где-то в глубине озера.

После своей скромной свадьбы Ева Куракина и Даниил Нарышкин мечтали о медовом месяце. Пусть тоже очень скромном. Но пока им не удавалось вырваться даже на недельку. После замены в Кругу Хранителей Равновесия семье Куракиных пришлось пережить массовое нашествие желающих поздравить Еву с совершеннолетием, каковым считался девяносто девятый день рождения у Избранных.

После этого мероприятия молодожены, как и все их близкие, еще пару дней приходили в себя. А потом… Счастливый момент приблизился. Уже послезавтра они смогут наконец-то бросить все и исчезнуть из столицы. Ева с Даном сразу договорились, что не отправятся в путешествие. Деревня, тихая глухая деревня – единственный шанс отдохнуть по-настоящему.

До отъезда Ева жила в имении своего кузена Михаила. Она счастливо бездельничала, читала, изучала свои старые записи, составляла конспекты лекций, которые все еще вела в Магической Академии Москвы по курсу истории артефактов. Она наивно верила, что все будет хорошо. Но…

В принципе Ева Куракина отличалась невозмутимостью и спокойствием. Все же ее считали лучшим магом-артефактором страны, а потому у Евы просто по определению должны быть стальные нервы. Но была одна вещь, способная вызвать у девушки панику. Младшая кузина Куракиных, Флора, имеющая просто маниакальную тягу к магии огня и любящая эксперименты, могла позвонить магу и мило, почти беспечно пропеть в трубку сладким голосом: «У меня тут проблема…» В этот момент не просто можно, а нужно начинать паниковать.

Потому, когда солнечным майским утром Ева, сидящая в библиотеке имения, приняла такой звонок, она тут же опрометью бросилась в лабораторию Фло. Маг чуть ли не кувырком скатилась по лестнице, пробежала нижний коридор, перепрыгнула несколько ступенек, ведущих в подвал, и рывком распахнула двери убежища кузины.

Фло стояла там, между столами, покрытыми пластиком, и с покорным ожиданием смотрела на Еву большими, удивительно синими, проникновенно невинными глазами.

– Вот, – жалобно указала девушка на нечто, висящее в воздухе над одним из столов.