Чтение онлайн

Борис говорил так, будто ждал, что мы с дедом ахнем и повалимся ниц — не перед ним, но перед раритетным трудом господина Кальне.

— Я дарю вам эту книгу, — сказал дед.

— В-вы ведь это — не серьёзно? — пролепетал Борис, прижав книгу к груди. — Это… невероятная библиографическая редкость, вы не представляете, должно быть…

— Я не смогу унести её с собой в могилу, так пускай она по крайней мере останется у человека, который её ценит! — махнул рукой дед.

— Хватит уже про могилу, а? — поморщился я. — Если ты не будешь так нервничать по пустякам, меня переживешь.

— Клянусь, вернувшись во дворец, я отблагодарю вас за этот дар! — с жаром заявил Борис.

— Не сомневаюсь, — буркнул дед.

Как-то быстро у него иссяк запал, и я поспешил этим воспользоваться:

— К нам приехала Клавдия Тимофеевна, я хочу показать ей Бориса…

— Да неужели! — всплеснул руками дед. — Ты хочешь показать больного мальчика, которого лишил надлежащего ухода, целителю?! Какая здравая мысль — для разнообразия!

Первым делом я отвёл Бориса в свою комнату. Дед следовал за мной.

— Кроме тебя и Нины кто-то знает? — спросил я, когда мы вышли из комнаты.

— Нет, — заявил дед. — За кого ты меня принимаешь?

— Уверен? — настаивал я. — У прислуги длинные уши!

— Мы применили все магические и немагические средства, чтобы скрыть этот немыслимый инцидент! — вскинул гордо голову дед.

— Угу, молодцы. Только вот если бы вы не полезли в мою комнату за каким-то чёртом — не понадобилось бы вообще ничего применять, — буркнул я. — И что же теперь выходит? Выходит, что в этом доме у меня нет и быть не может никакой личной жизни. Как, впрочем, и у Нади.

Дед вновь начал наливаться багрянцем.

— Так ты вменяешь мне в вину… — начал было он.

— Да ничего я никому не вменяю, — отмахнулся я. — Просто смотрю и делаю выводы. Дом — твой, правила в нём — твои. До сих пор меня всё устраивало. Но вот с таким порядком вещей я мириться не намерен. Как только закончим с этим делом, я вернусь в Академию. Там в мою комнату тоже могут войти когда угодно, но вошедшие при этом хотя бы не являются моими родственниками.

— «Закончим с этим делом»? — переспросил дед. — Да когда мы с ним «закончим», ты переедешь не в Академию, а в тюрьму! Правда, ненадолго. На тот короткий период, который будет отделять тебя от виселицы.

— Вряд ли, — коротко сказал я. И двинулся к лестнице.

Дед пошёл за мной. Тон его несколько изменился.

— Костя, — обеспокоенно окликнул он. — Ты, что же — хочешь сказать, что больше не намерен жить с нами?

— Не намерен, и никакой трагедии в этом не вижу. Академия даёт мне жильё на весь период обучения. А по окончании курса я буду взрослым и полноценным членом общества. Насколько я успел заметить, весь род Барятинских не ютится под одной крышей.

— Но ты… — ахнул дед. — Ты — это другое…

— А вот об этом нужно было подумать до того, как входить без разрешения в мою комнату, — отрезал я. — Всё, закрыли тему.

Надо же. А ведь сам не так давно думал, что будь у меня ребёнок со странностями в поведении относительно комнаты, я бы поступил именно так, как поступил дед… Вот они — двойные стандарты в действии. Хотя — почему «двойные»? Если мой ребёнок уже подрос бы, я бы после такого спокойно воспринял его переезд. Поступок — следствие. И ни к чему лишние эмоции.

— Знаешь, меня на самом деле даже не так возмущает тот факт, что вы с Ниной зашли в мою комнату, — сказал я, спускаясь по лестнице, — сколько то, как вы в очередной раз обошлись с Надей. Отобрали у неё ключ… Знаешь, если бы не я, вы бы эту девочку наверняка уже просто поломали бы своими педагогическими методами.

— Это твоё влияние её испортило! — прогрохотал дед. Но мне показалось, что он при этом поставил глушилку. — На забывай, кто воспитывал вас с сестрой — когда ваш отец…

— Ой, да ладно тебе! — Я остановился и повернулся к деду лицом. — Не мог же ты нас бросить. Если бы поступил так, от тебя отвернулся бы весь свет. А уж про твою жемчужину я и вовсе молчу.

— Долги твоего отца… — снова начал было дед.

—…погасил я, — напомнил я. — Я вернул роду Барятинских место в Ближнем Кругу и скоро продлю это счастье ещё на год. Я ликвидировал проклятье белых магов. Я вот-вот схвачу за жабры того, кто стоит за этим проклятьем! Так что, при всём уважении, но приютив двух сироток, ты, мягко говоря, в накладе не остался. Думаю, что я давно с лихвой оплатил и своё проживание, и проживание Нади. Так что предлагаю не считаться, кто кому и сколько должен, а просто почаще вспоминать о взаимном уважении.

Дед смолчал. Небывалый случай. Я думал, он припомнит, как выручил меня в Париже, но — нет. Если и вспомнил об этом, произносить вслух не стал.

— Наверное, ты прав, — пробормотал он. — Я должен извиниться…

Это было что-то уже вовсе неслыханное.

— Передо мной извиняться не надо, — мотнул головой я. — Я выводы сделал и поступлю так, как считаю нужным. А вот извиниться перед Надей — следовало бы.

И, убедившись в том, что дед проглотил и это, я спустился с лестницы и вошёл в столовую — где Нина и Клавдия пили чай. Нину, похоже, немного отпустило, она разговорилась.

— Отвлеку вас ненадолго, дамы? — сказал я. — Клавдия Тимофеевна, прошу, пойдёмте со мной.

Со мной пошли все. Клавдия пару раз с удивлением оглянулась на следующих за нами по пятам деда и Нину, однако вопросов не задавала. Хм-м, а вот я бы на её месте уже забеспокоился. Подумал бы, что меня ведут в какое-то очень нехорошее место, где сделают со мной что-то скверное. Но я — это я, мне полагается думать таким образом. У Клавдии была совсем другая жизнь — которая сформировала совсем другие представления о людской порядочности.

— Прежде чем мы войдём, — сказал я Клавдии, остановившись возле своей двери, — я хочу, чтобы ты поняла: ничего страшного не происходит. Всё… нормально. Может быть, выглядит это и не совсем так, но в действительности…

— Константин Александрович, я ровным счётом ничего не понимаю, — робко улыбнулась Клавдия, — но, поверьте: от ваших объяснений мне становится только ещё страшнее.

— Извини, — вздохнул я. — Ладно, прошу.

Я открыл дверь. Клавдия переступила порог и остановилась.