Чтение онлайн

– Собиратель! – раздался сочный бас незнакомца. Он обращался к Клео, но смотрел на Бегущих. – Расскажи, что собрал на дороге, кого привел за собой?

– Расскажу, Пещерник, только ты сначала дай мне и моим спутникам кров и отдых.

Клео тоже добродушно улыбался. Сразу стало ясно, что эти два человека близкие знакомые, если не друзья, что они рады встрече, но старательно исполняют какой-то ритуал.

– Что ж, – согласился темнокожий, – будьте мне гостями, добрыми и благодарными.

Они внезапно повернулись друг к другу, и слегка поклонились, потом темнокожий развернулся к гостям и удостоил их таким же поклоном. Выпрямившись, он безмолвно застыл, строго посматривая на Бегущих. На шаг позади него стоял Клео и смешно гримасничая, помахивал ладонью на поднятой руке: мол, давайте, кланяйтесь тоже. Адамс склонил голову и краем глаза увидел, что его друзья сделали то же самое. Видимо, все необходимые процедуры были на этом закончены, потому что хозяин снова белозубо улыбнулся и забасил:

– Заходите, располагайтесь, – он указал на стол и стулья. Больше в комнате ничего не было, разве что большая электрическая лампочка под потолком.

– Давайте я вас познакомлю, – наконец-то вмешался Клео. – Наш гостеприимный хозяин – это Пещерник, а зовут его Глимс. А моих спутников зовут… – Собиратель подошел к ним и стал их представлять: – это Бенни, он в команде старший, а это Чарли и Георг. Я назвал их Бегущими.

– Что ж, пусть будут Бегущие, хотя я бы им дал статус везунчиков.

– Почему? – не удержался Проквуст. – Что в нас такого особенного?

– Да ничего. В вас самих ничего. А вот в том, что вы здесь, не голодные, не оборванные, не покусанные крысами, с глазами, наконец, вот это дело особенное. Не часто, но Бегущие к нам забредают, так вот таких молодцов, как ваша троица, еще не было. – Глимс отошел в глубь комнаты, к другой двери. – Бросайте свои рюкзаки в угол и ступайте за мной. У меня здесь за дверью чудесный душ с теплой водой. Прошу.

Через час, с наслаждением чувствуя чистоту своей кожи, оттертой жгучей мочалкой, они упали на железные кровати в одной из комнат и провалились в сон. В этот раз Адамсу ничего не снилось.

Бенни проснулся первым. В комнате было темно, но из двери по полу стелился свет. В тишине слышалось мерное дыхание спящих товарищей. Адамс попытался осмыслить последние события. Он никак не ожидал увидеть под землей гидроэлектростанцию, а уж тем более темнокожего человека. Неужели их мечты сбылись, и они дошли до альтернативной цивилизации? Но как такое возможно?! Выходит, Клео лукавил, когда расписывал местные ужасы?

Бенни тряхнул головой. Нет, соображал он пока плохо. Стараясь не шуметь, он приподнялся и сел на край кровати. Нащупав свои ботинки, надел их и крадучись двинулся к выходу. За дверью был все тот же коридор и несколько дверей. Кажется, из этой они вышли, после того как оставили свои вещи. «Стоп! – осенило вдруг Адамса неприятным открытием. – Они же оставили за этой дверью все, в том числе и оружие!» Бенни рванулся к двери и распахнул ее. Их вещи лежали нетронутыми там же, где они их оставили. Адамс торопливо подошел и прощупал вещмешки. Точно, все на месте. Под ладонь попался приклад автомата. Тут же возникло желание схватить его, опереться на его непререкаемую силу… Но это стало бы предательством по отношению к их гостеприимному хозяину. Адамс выпрямился и решительно вышел обратно, он даже не стал заходить в спальню, где под подушкой остался ремень с пистолетом и ножом. Подумал, что, может быть, это безрассудно, но так хотелось верить людям!

Бенни подошел к третьей двери коридора, всего их было четыре. Осторожно потянул на себя и оказался в небольшом помещении с двумя креслами и громадным пультом перед ними, с циферблатами, кнопками, рукоятками. А над ним висел метровый телевизионный экран, на котором было восемь квадратных картинок. Некоторые из них Адамс узнал сразу: это сам водопад, две площадки над тоннелями и гидроузел. Остальные изображения были незнакомыми, но все они явно относились к подземному миру. Над спинкой кресла торчали голова и плечи Пещерника. Отталкиваясь от пола, он покачивался на крутящемся кресле и что-то мычал про себя. Неожиданно, не оборачиваясь, он проговорил:

– Бенни, вы не стесняйтесь, заходите. Садитесь в кресло.

– А-а…

– Вы о Клео? Не волнуйтесь, Собиратель спит в моей постели и храпит так, что с него постоянно падает одеяло. Я устал его поднимать. – Пещерник засмеялся. – Ох, и утомили же его последние находки.

– Какие? – не понял Адамс.

– Так вы же сами и есть находки! – оглушительно загоготал Глимс.

Не рассмеяться с ним заодно было невозможно, хотя шутка не показалась Бенни очень удачной.

– Ну, не обижайтесь, – почувствовал это Пещерник. – Вы меня должны понять, я ведь здесь по месяцу живу безвылазно. К концу дежурства выть от скуки хочется.

– А в чем суть дежурства, Глимс? Если, конечно, это не секрет.

– Да какой тут секрет. Электричество делаю и за тоннелем смотрю.

– Но откуда…

– А вот этого, – бесцеремонно перебил Адамса Глимс, – я пока сказать не могу. Нет, не подумайте, что не доверяю, просто вам статус Собиратель дал, а потому ему и решать, что рассказывать, а что нет.

– Да, он нам тоже не все рассказывает, – вздохнул Бенни. – Говорит, что рассказывать будет Монах.

– Как?! – Пещерник аж подскочил в кресле. – Клео ведет вас к Монаху?

– Да, он так сказал.

– Всех троих?!

– Да.

– Странно, – Глимс задумался. – Впрочем, Собирателю виднее, на то он и посланник Рока.

– Простите, кто он?

– Посланник Рока. А он вам этого не говорил? – Темнокожий человек опять засветился улыбкой. – Вот скромняга. Но и это он должен вам сам объяснить.

– А о чем же можно вас спросить?

– Спросить можно о чем угодно, – опять хохотнул Глимс. – А вот ответить… – Ладно, условия принимаются.

Адамс чувствовал за веселостью Пещерника холодный и трезвый ум.

– Глимс, ответьте, почему вы темнокожий? Ведь в полицейской академии нам говорили, что ваш народ исчез.

– Так вы полицейский? – брови Пещерника от удивления выгнулись дугой.

– А Клео не сказал вам?

– Нет. Он очень устал.

– Да, я бывший полицейский, имел начальный разряд старшего офицера, учился в академии. – Адамс запнулся и замолчал. Не любил он вспоминать о прошедшем, тут же почему-то тоска наваливалась.

– Понимаю, – задумчиво отозвался Пещерник. – Но все-таки удивительно, что вы, оплот режима, и вдруг здесь, на Свалке.