Чтение онлайн

— Опять он собаку одну оставил, голодную. Живодер. Нате вам ключ, покормите ее или ко мне приведите, я сама покормлю.

Кирилл, кивнув, взял ключ, вставил его в замочную скважину. Соседка все не уходила. Наверное, хотела забрать собаку.

Мы вошли внутрь. На середине комнаты на полу лежал Глеб с простреленной головой.

Позади нас раздались тихие всхлипывания соседки.

— Успокойтесь. Вызовите лучше милицию, — посоветовала я.

— Конечно, конечно, — закивала она головой.

Женщина еще раз всхлипнула и исчезла за дверью своей квартиры, а я быстро осмотрела место происшествия. Маленький клочок светлой ткани лежал рядом с собакой. Я хорошо разглядела его, но брать не стала. Видно, овчарка пыталась защитить своего хозяина, но не смогла.

Нам пришлось задержаться до того момента, пока приехала милиция, и отвечать на вопросы оперативников. Когда нам наконец разрешили уйти, был почти полдень. Мы сели в машину и поехали домой. Всю дорогу меня колотил озноб. Не тот, который бывает при простуде, а такой, который появляется от страха и неведения.

Как только мы оказались в доме, я быстро потащила Григорьева наверх, в его комнату.

— Андрей, подумай хорошенько, кому ты перешел дорогу? — Я села рядом с ним на кровати и закурила. — Вспомни все свои провинности за несколько недель до первого покушения на тебя.

— Да ты что? Думаешь, есть кто-то еще? И он все еще преследует свою цель? — В глазах Григорьева стоял неподдельный страх.

— Да. Я считаю, что кто-то очень близкий желает тебе смерти. Я пока не могу сказать кто, сама не знаю, но почти уверена, что этого человека ты знаешь как облупленного. Потому что тебя он знает именно так. И пользуется этим.

— Говори яснее, — опустил голову Андрей.

— Куда ж еще яснее! Во-первых, мне с самого начала бросилось в глаза одно обстоятельство. Но я не учла его и поплатилась за это.

— Какое?

— Этот человек знал, что я твой телохранитель. Причем с самого начала. Или почти с самого. Помнишь, кто-то позвонил сюда и попросил меня к телефону? Тогда мне сказали, что с тетушкой плохо, и таким образом меня выманили. Вот скажи, откуда твой конкурент мог узнать, что ты нанял телохранителя, выяснить мои имя и фамилию, да к тому же узнать про тетушку?

— У него мог быть здесь, в моем доме, разведчик, — вполне логично заявил Григорьев.

— Так… — отметила я правильность направления его мыслей. — Или же он сам у тебя в доме.

— Но…

— Может, не в доме, но совсем рядом. Понимаешь, ты наверняка с ним несколько раз общался уже после того, как было совершено первое покушение. Он следит за каждым твоим шагом, он знает мою роль, только вот не до конца выяснил мои способности. Но я думаю, теперь, после нескольких неудачных попыток убрать тебя со своего пути, он разозлился. Поэтому и начал убивать тех, кто не смог выполнить его поручение и кто способен его выдать. Глеб был первым, а кто следующий?

— У меня голова идет кругом от твоих догадок, — Андрей встал и начал нервно расхаживать по комнате. — Давай переберем всех моих близких людей и подумаем, что плохого я мог сделать кому-то из них.

— Или, наоборот, не сделать того, чего они от тебя ожидали. Это тоже может стать причиной. Допустим, ты не женился на Наташе, и она без зазрения совести предала тебя при первой же возможности.

— Но она убита.

— Я привела ее как пример. Желающий избавиться от тебя сам не действует. Это еще раз подтверждает мое предположение, что ты знаешь его в лицо. Рисковать он не может.

— Послушать тебя, так все складно получается. И просто. Почему только раньше это в голову не приходило?

— Неважно. Хорошо, что пришло сейчас, — я снова закурила.

Григорьев осуждающе посмотрел на меня, а потом на стол, где в пепельнице уже лежали три окурка. Что-то действительно я слишком много курю в последнее время.

— Ну вот. Ты сбил меня с мысли, — огорчилась я.

— Мы с тобой хотели по очереди разобрать моих близких, — с трудом произнес Андрей. — Слушай, а как же я буду жить, зная, что кто-то из дорогих мне людей…

— Это не твоя забота. Об этом волноваться должен он. Или она.

— Она?

— Почему нет?

— Действительно, — совсем сник Андрей.

— Рассуждаем дальше. Этот человек должен иметь деньги. Нанять киллера — дорого стоит. И еще: он должен знать Наташу. Есть среди твоих близких такие?

— Нет, я не могу об этом думать! — схватился за голову Григорьев. — Давай завтра. Мне надо побыть одному.

Я поразилась перемене, произошедшей в нем. Наверное, он кого-то заподозрил, но не хочет мне говорить. Хорошо, не буду мешать. Пусть сам немного подумает. А уж завтра я заставлю его воспринимать действительность такой, какая она есть.

— Закрой за мной дверь, — ласково попросила я. — И хорошенько выспись.

Я лежала в постели и раздумывала над тем, кто же мог все это проделать. Но сколько ни старалась, все равно не смогла вычислить человека, столь настойчиво стремившегося избавиться от Григорьева. Зато пришла к мысли, что он сейчас уже может сделать, потому что ему известны все обстоятельства. Главное, чтобы он захотел это сделать.

По своей работе я не раз сталкивалась с самыми разными людьми, попавшими в трудные ситуации. Сталкивалась и с предательством. И теперь вполне представляла, что происходит с людьми в столь непростой ситуации.

Иногда бывает, что предает тот, от кого ты этого никак не ожидаешь. В такие моменты некоторые люди просто теряют способность сопротивляться. Они настолько подавлены предательством родного или близкого человека, что им проще умереть, чем выносить мучения от постоянно свербящих вопросов наподобие: «Почему?» и «За что?».

Кажется, именно в такую ситуацию попал сейчас Андрей. Вместо того чтобы выложить мне правду, он будет сидеть и ждать… Чего? Когда ему пустят пулю в лоб?

Незаметно для самой себя я провалилась в сон. Но ненадолго. Сквозь него прорвался какой-то посторонний звук, от чего я буквально выдрала себя из объятий Морфея. Да, как бы крепко я ни спала, я все равно могу услышать то, что кажется мне подозрительным. Вот и сейчас так произошло.