Чтение онлайн

— Сень, не расстраивайся, верь в чудеса, — Женя ловко воткнула иглу в вену.

— Для меня первым и последним чудом было моё рождение. Всё, на этом чудеса закончились, — грустно произнесла девушка.

Женя посмотрела на подругу и покачала головой. Как же её было жалко. Такой красавице жить да жить. Длинные чёрные как смоль волосы, миндалевидные карие глаза, тонкий нос, красивые губы. А уж такому стройному телу и длинной шее могли позавидовать многие. Арсения была настоящей восточной красавицей, но слегка смуглая кожа выдавала в ней смесь русской девушки и знойного восточного мужчины. А может быть и наоборот, отец был русским.

— Скоро вернусь, но если что, жми на кнопку, — сказала Женя, настроив капельницу.

Неожиданно в палату ворвался профессор.

— Арсения, у меня отличная новость. Сейчас начнём подготовку к операции. Завтра с утра вам пересадят сердце. Молодая женщина погибла в аварии, а у неё договор на трансплантацию органов. Благодарите её мужа, что не стал оспаривать решение жены, — сказал профессор.

— Как его зовут? А её? Кого благодарить? — спросила девушка тихо.

— Простите, но мы не можем разглашать такую информацию. Евгения, зайди ко мне, дам рекомендации по поводу пациентки.

Врач убежал, Женя обняла подругу и упорхнула за ним. Арсения была в смятении. Стало жалко какую-то неизвестную ей женщину. Она-то никому не нужная, а у той был муж и, возможно, ребёнок. Наверняка, и любящие родители имелись. Почему-то казалось всё несправедливым, будто она специально отобрала жизнь у той, которая была нужной, чтобы сохранить жизнь себе.

Родители и младший брат Кати сидели в столовой и пили чай. Мать всхлипывала, отец утирал ладонью слёзы. Миша шмыгал носом. Валентина Георгиевна родила сына поздно, и парню было всего пятнадцать лет.

— Мы деньги привезли, если нужно, — прошептала Валентина.

— Что вы, Валентина Георгиевна, ничего не нужно. Сейчас должен агент из похоронного бюро приехать. Выберем всё по каталогу. Не хотелось ничего решать без вас. О деньгах не думайте, выбирайте для неё всё самое лучшее, — произнёс Володя грустно.

— Спасибо, Володя, — ответила женщина дрожащим голосом. — Как Максимушка?

— Можно будет увидеть его. Через два дня выпишут. Нужно няню нанять, чтобы днём сидела с ним.

— Если бы мы жили рядом, я бы помогала. Возможно, с работы ушла. Как-то не хочется доверять такую кроху неизвестно кому.

— Проблему нашла. Поживи тут какое-то время, если зять позволит. У тебя отпуск ещё не отгулян. Я предупрежу твоё начальство, заявление отдам. Няня дело не быстрое. Надо хорошую женщину нанять, — высказал своё мнение Дмитрий Иванович.

— Оставайтесь, я буду только рад. А в будущем подумайте о переезде. Продадите дом, я вам до квартиры добавлю. Мише нужно в институт поступать, — Володя откинулся на спинку стула.

— С переездом не сейчас. Мишке ещё три года учиться. У него в школе друзья хорошие. А как переедет в новую школу, сразу гнобить начнут. Знаю по себе, хоть и в советские годы учился, — нахмурился Дмитрий.

— Что ж, буду ждать вашего решения. Пойду открою, наверное, из похоронного бюро пришли, — Владимир поднялся и направился к выходу.

У калитки действительно стоял похоронный агент, мужчина средних лет, простецкой внешности. Володя пропустил его во двор. Потом они полчаса сидели с родными Кати и выбирали всё, что необходимо для похорон.

Похороны пришлись на солнечный тёплый день. Как по заказу, распустилась поздняя болгарская сирень. В ногах у Кати лежал целый ворох цветов. Володя положил охапку сирени, а стоящая рядом мать две скромные розы. Элина пришла в дорогом вычурном платье от Гуччи и шляпке с вуалью. «Хоть в чёрном — и то ладно», — подумал сын, глядя на мать. Отец оделся скромнее, чёрная рубашка и такого же цвета костюм. Катины подруги тоже в тёмном, с траурными кружевными полосками гипюра на голове. Скромнее всех выглядела родня Кати, в одежде явно не первого года носки.

Элина сухо поздоровалась со свёкрами. Сергей что-то пробурчал в качестве приветствия. На этом всё, будто и не породнились в прошлом. В церкви стояли по разные стороны от гроба, словно никогда не знались.

Так, собственно, и было. Полонские познакомились с родителями Кати на свадьбе, как и положено, общались, играя на публику. После даже к себе домой не пригласили ни разу. В последующие годы, когда Любимовы приезжали в гости, никто общаться не спешил. Лишь Володя и Катя привечали у себя с радостью, а Полонские старшие воротили нос как от дерьма.

Собственно, для Элины Любимовы и были тем самым дерьмом, достойным только коровам хвосты крутить. Элина Полонская, в девичестве Хилкова, происходила из княжеского рода. В семье часто пересказывались семейные истории. Муссировалось то, какие сволочи коммунисты, расстрелявшие одного из семьи при Сталине. Советская власть втихую ненавиделась. В восьмидесятые отец Элины заделался цеховиком, ловко воруя у государства и превращая деньги в золото. Это пригодилось позже, когда стали открывать бизнес. А потом и вовсе вошли в моду титулы. Разрешено было возвращать свои регалии, никого не боясь. Хилковы сразу заявили о себе, как и семья Полонских. Элина познакомилась с Сергеем на одном из званых вечеров и влюбилась. Этому способствовала не только внешность красавца, но и бизнес с титулом.

Володя глянул на мать, стоящую у могилы. Как всегда чопорная, с гордо поднятой головой и прямой, как палка, спиной. Истинная аристократка, любящая играть на рояле и слушать классику. Отец был чуть менее заносчив, но всё же от матери не отставал. Володе оказались куда милее простые люди вроде тёщи и тестя, с которыми у него были тёплые отношения.

Кинув горсть земли в могилу, Володя отошёл к автобусу не в силах смотреть, как закапывают любимого человека. К нему изящной походкой подошла мать.

— Что думаешь с этим делать, которого Катька родила? — спросила она спокойно.

— Мама, он не этот, а мой сын, Максим, — тихо, но злобно сказал Володя.

— Это — выродок деревенской клуши, рождённый от аристократа. Думаешь, я буду с ним возиться? Вот сейчас всё брошу и стану примерной бабушкой? Если бы у тебя были дети от девушки из нашего круга, я бы ещё подумала. Отдай его бабке в деревню, вырастят. Опять же свежий воздух и коровий навоз способствуют здоровью. Ну, будешь им деньги подкидывать, — шикнула женщина, поправляя шляпку.