Чтение онлайн

— Ты мог бы обойтись и без сарказма. — Рауль смахнул слезу уголком салфетки для коктейля. — У меня и так достаточно неприятностей. Вместо того чтобы прослыть хозяином, устроившим лучшую вечеринку в этом году, я приобрету сомнительную славу могильщика своих гостей.

Рауль содрогнулся от рыданий и спрятал лицо в салфетке. Малыш подкрался сзади и ущипнул его за ногу.

— Знаю, — глухо произнес Рауль, сглотнув слезы. — Сейчас не время предаваться отчаянию. Я спокоен, совершенно спокоен. Давай посмотрим, что мы можем сделать.

Малыш похлопал по внутреннему нагрудному карману своего плаща, где хранилось его излюбленное оружие: трубочка, стреляющая отравленными стрелками.

— Да, мы можем ликвидировать обоих барменов… Ты говоришь, что они оба убийцы?

Малыш кивнул.

— Но, — задумчиво продолжал Рауль, — нам будет трудно объяснить полицейским причину их смерти, не открыв правду о Дарлин. Таким образом, она лишится прикрытия и ее жизнь подвергнется еще большей опасности — не говоря уже о том факте, что в будущем я вряд ли смогу нанять хороших барменов. Нет, нужно найти лучший способ.

Рауль погрузился в глубокое раздумье.

Малыш внезапно начал подпрыгивать вверх-вниз.

— Что теперь? — раздраженно спросил лотофаг.

Малыш указал в направлении садовой беседки. Дарлин встала с кресла и направилась к бару. Либо улыбка бармена снискала ее благосклонность, либо ей захотелось пить.

Рауль и Малыш обменялись взглядами. В сознании Малыша вспыхнул план, предложенный его другом, но телепат энергично покачал головой.

— Друг мой, у нас нет выбора, — тихо сказал Рауль. — Если Дарлин не умрет этой ночью, то умрут все остальные. Ты знаешь, что мне нужно и что ты должен делать.

Малыш продолжал упрямо качать головой, но потом неожиданно кивнул. Схватив Рауля за руку и крепко сжав ее, маленький телепат метнулся в сторону. Он побежал от кухни к беседке, бесцеремонно расталкивая одних гостей и уворачиваясь от других. Вскоре он исчез в гостиной.

Рауль повернулся к резной деревянной полке с надписью «специи», занимавшей целый угол кухни. Он выбрал один пузырек из обширной коллекции и после быстрой проверки содержимого на подлинность спрятал его в рукаве своего черного камзола.

Рауль поспешно вышел из кухни и углубился в толпу, ловко уклоняясь от тех, кто хотел вовлечь его в разговор. Он отвечал на приветственные возгласы чарующими улыбками и воздушными поцелуями или махал рукой. На его лице застыло отрешенное и радостное выражение лотофага, но глаза, скрытые под опушенными веками, смотрели зорко и внимательно. Его взгляд не отрывался от рук бармена, стоявшего за стойкой.

Дарлин потянулась к одному из бокалов, стоявших на серебряном подносе, но бармен остановил ее. Из-за музыки, игравшей в саду, Рауль не мог слышать их разговор, но догадывался, что бармен говорит: «Это вино уже слишком теплое, мадам. Я налью вам из замороженной бутылки».

Рауль внимательно наблюдал за каждым его движением.

Дарлин не смотрела на бармена. Она ничего не боялась и абсолютно ни о чем не подозревала. Слегка покачиваясь в такт музыке, она облокотилась о стойку бара, глядя на Раджа Ву и его друзей. Бармен что-то сказал ей и опустил одну руку под стойку. Дарлин взглянула на него через плечо, улыбнулась и отвернулась в сторону.

На короткое мгновение обе руки бармена исчезли под стойкой. Секунду спустя на свет появился бокал для шампанского.

— Чистые бокалы стоят на столе за его спиной, — пробормотал Рауль. — Все ясно. Он положил яд в бокал, пока держал его под стойкой.

Теперь бармен наливал шампанское. Рауль пристально наблюдал, но не мог различить в бокале никаких признаков другого вещества. Впрочем, это его не удивляло. По сведениям, полученным от Малыша, яд представлял собой вытяжку из корней луковичного растения, произраставшего на Адонии. Хотя оно имело научное название, в народе было широко известно как «прощальный поцелуй». Яд обладал слабым приятным вкусом и запахом камелий. Он приводил к смертельному исходу, заставляя каждую клетку человеческого тела рассматривать остальные клетки как своих врагов и немедленно атаковать их. Таким образом, организм убивал сам себя.

Яд изготовлялся в разных видах, включая прозрачную жидкость. Одной маленькой капли было достаточно, чтобы начать цепную реакцию взаимного отторжения клеток, приводившую к смерти.

Взяв бокал шампанского из руки Раджа Ву и не обратив никакого внимания на его раздраженные протесты, Рауль скользнул вперед. Он ловко нащупал пузырек, спрятанный в рукаве, вынул пробку и насыпал в свой бокал немного белого порошка. Незаметно выбросив пузырек в ближайший куст орхидей, он двинулся дальше.

Шампанское пузырилось и пенилось. Бармен вручил бокал Дарлин с каким-то шутливым замечанием, отчего она снова рассмеялась. Отвернувшись, она поднесла бокал к губам.

— Моя дорогая! — позвал Рауль. — Я предлагаю тост!

Дарлин была правшой. Сейчас она держала бокал в правой руке и, услышав крик Рауля, опустила ее.

Лотофаг танцующей походкой приблизился к ней. Краешком глаза он видел, как нахмурился бармен. Белокурый красавец поставил бутылку шампанского на стойку, освободив обе руки. Оружие, по всей видимости, тоже находилось под стойкой бара.

Встав слева от Дарлин, Рауль поднял руку, обнял женщину за плечи и развернул ее спиной к бару. Его черно-белая пелерина мешала бармену наблюдать за происходящим. Правой рукой Рауль взял Дарлин под локоть и вынул бокал из ее послушных пальцев, одновременно сунув ей свой бокал, который он держал в левой руке. Затем он ослепительно улыбнулся и отступил в сторону, позволив бармену следить за дальнейшими событиями. Рауль поднес бокал к губам, но не стал пить, а оставил на ободке следы своей красной помады. Затем он взял шампанское у Дарлин и отдал ей первый бокал.

— Меняемся бокалами! — воскликнул он, прежде чем она успела сделать первый глоток. — Каждый пьет то, что предпочитает его сосед!

Соседом Дарлин был Радж Ву, пробовавший какой-то маслянистый розоватый коктейль, в котором плавали ломтики фруктов. Заметив это, Дарлин поморщилась.

— Я лучше буду шампанское, — сказала она и снова подняла свой бокал.

Рауль наклонился к ней и прошептал:

— Это адонианская игра, моя дорогая. Не будьте такой привередливой.