Чтение онлайн

Григория проводила лесника долгим взглядом, но правой рукой намеренно взялась за первую бусину в четках, собираясь произнести «Аве Мария». Она распознала, что Господь послал ей Жана Шастеля в испытание, чтобы она привела его назад в паству верующих. Только так можно объяснить ее растущий интерес к этому необычному человеку. Все остальное ей воспрещено.

Внезапно Григория вспомнила про Флоранс. Выйдя из шатра, она подозвала к себе двух послушниц, чтобы отправить их на поиски воспитанницы, которая, конечно же, заблудилась в лабиринте ларьков, прилавков и расставленных шатров. К немалому своему удивлению, она наткнулась на Жана Шастеля, в нерешительности стоявшего у входа.

Не успела она спросить, почему он здесь задержался, как на площадь вылетел всадник, развернул лошадь и, не обращая внимания на толкущихся людей, которые отпрыгнули, ругаясь, потрясая кулаками и сыпля угрозами, закричал:

— Пропустите! Я приехал за помощь! Бестия схватила Маргариту Мартен! Там на поле! В сторону Сен-Привадю-Фо!

Сорвав с плеча мушкет, Жан бросился бежать к околице деревни. И тут же за ним последовал десяток разъяренных мужчин, поспешно похватавших вилы, пики и молотильные цепы.

Место они нашли сразу. У ворот деревни, откуда дорога уводила в поля, лежала в луже собственной крови красавица Маргарита. Ее когда-то отличавшееся правильностью черт лицо было искажено невообразимым ужасом и страданием. Сразу под подбородком, на месте горла молодой женщины зияла огромная дыра. По оставленным когтями прорехам в платье было видно, с какой силой бестия повалила ее наземь.

Истошный, исполненный ярости вопль заставил всех вздрогнуть. Протолкавшись между мужчин юный Жак Дени бросился на колени перед мертвой подругой и разразился рыданиями. Все его тело сотрясалось. Всхлипывая, он непрестанно сыпал проклятиями.

— Что-то ей помешало, — раздался вдруг за плечом у лесника голос Малески. Сделав шаг вперед, молдаванин тоже опустился на колени рядом с телом. — Тварь разорвала бедной девочке горло, но ей привелось бежать, прежде чем она сожрала ее внутренности. — Он посмотрел снизу вверх на Шастеля. — Мы можем пойти по следу.

Жак отер слезы и с ненавистью поглядел на рану.

— Бестия Намеренно это сделала, — прорычал он. — Она издевается надо мной! — Вскочив, он посмотрел на собравшихся. — Сегодняшний день станет для нее последним! — хрипло выкрикнул он, и взрослые громогласно его поддержали.

С десятком собак появились псари Данневалей, чтобы раздразнить их перед предстоящей охотой и дать им взять след.

— Данневали сейчас подойдут. Они седлают лошадей, — объяснил один.

— Нет, так долго я ждать не стану, — возразил Жак. — Мы отправляемся сейчас же! — Он вырвал у одного из псарей поводки.

Три пса кинулись возбужденно обнюхивать труп Маргариты и сразу же взяли след ускользнувшей бестии. Жак побежал за ними следом, к нему присоединились крестьяне Мальзье и Жан с Малески, а псари остались нерешительно ждать у околицы.

След вел в сторону Амуретта.

— У нас неплохие шансы получить награду, — сказал на ходу молдаванин. — За исключением petit monsieur тут ни у кого при себе нет ни ружья, ни пистолета.

В мыслях лесника царил полный хаос. В новом преступлении могли быть повинны лишь Пьер и истинная бестия, Антуан лежал пьяный под одеялом и не был способен на такой поступок. «Только не Пьер!» — молился про себя Жан.

— Да, возможно, нам наконец повезет, — вяло ответил он.

— Вы не смогли отыскать Пьера?

— Нет.

— Зато он, наверное, нашел свою любовь?

Тон знакомца был дружелюбным, и вопрос был явно задан не со зла, но лишь посыпал солью рану.

— Довольно шуток, — рявкнул Жан. — Моему сыну следует держаться подальше от воспитанницы монашек. Она не для него, она балованная и мало что понимает про жизнь в Жеводане. Она сломается, стоит ей поднять тюк сена.

— Какая в том печаль? — не сдавался Малески. — Возможно, она хорошая партия, мсье Шастель, и принесет деньги в дом вашего сына. Как она попала в монастырь? У нее было приданое?

— Им не бывать вместе, и делу конец, — резко проворчал лесник.

Молча они пошли по следу через поля. Вскоре они уже покинули земли Мальзье и наконец приблизились к деревне Амуретта.

Раздавшиеся впереди крики ужаса подсказали им, что сегодня случилась еще одна беда. Подойдя ближе, охотники увидели двух плачущих матерей: они кричали, не переставая, что-то совершенно непонятное. Одна то поднимала над головой разорванную и окровавленную рубашку, то прижимала ее к себе, точно ребенка.

— Дальше, — подстегнул крестьян из Мальзье Жак Дени, поскольку некоторые готовы были остановиться, чтобы позаботиться о перепуганных женщинах, и пробежал мимо них. — Если потеряем ее след, это будут не последние матери, плачущие по своим чадам.

Малески с жалостью глянул на женщин, рухнувших на землю на краю пшеничного поля, чтобы с новыми сетованиями оплакивать утрату.

— Господи милосердный, — горестно выдохнул он и заставил себя смотреть на ухабистый проселок, чтобы не споткнуться и самому не упасть. — Почему ты допускаешь такое?

К их группе присоединились несколько мужчин из Амуретты, заменив тех из Мальзье, кого оставили силы. Охота на бестию превращалась в эстафету, которая еще через полчаса приблизилась к землям Мазэ.

Здесь бестия оставила своим преследователям новый след. Посреди разбитого проселка они обнаружили ужасно изуродованный труп девочки лет тринадцати, радом валялась большая корзина, хлеб, смятая жестяная миска и глиняные чашки. Наверное, девочка относила домой остатки еды и приборы с обеда работников в поле, когда бестия напала на нее и убила, вырвав горло и прокусив лицо. И снова тварь распорола жертве живот и вытащила кишки. Из-за преследователей ей опять пришлось отказаться от того, чтобы насытиться свежатиной.