Чтение онлайн

— Мисси, — голос Старика звучал тоскливо, и моя ладонь на ручке двери дрогнула — старый алариец растил меня с пеленок, но ждать больше нельзя. Нужно успеть, пока дознаватели в поместье. Менталисты лучшая гарантия того, что даже совет старых алларийских хрычей трижды подумает, прежде чем уменьшить число избранных на одну конкретную Блау.

***

Вестник от Гладси прилетел, когда я уже готовилась ко сну, в самое тихое время. Архивариус начал с общих фраз и положенных по этикету выспренных приветствий. Я пропустила всё не нужное, дойдя до сути — моим списком книг, запрошенным из архива интересовались дважды, и один раз поступил запрос точно аналогичный моему, но трактата Вериди библиотека предоставить не смогла — последняя копия всегда остается в библиотеке, а исследования Морро и Басти у них были в избытке.

Мистер Гладси пространно намекал обратить на это пристальное внимание, именно поэтому копии карт Керна он передаст отдельно, и не с Нарочным. Старика испугали лишние вопросы?

То, что писал архивариус далее, было более полезно — снять немилость можно только используя божественное вмешательство. То есть идти на поклон либо к Немесу, либо к Великому. Мара слишком толерантна и далека от таких вещей, а у Нимы… у Нимы просто не достанет силы. Гладси настоятельно рекомендовал посетить храм Великого — именно там я могу найти ответы на свои вопросы.

Сноска снизу стояла — ЗСА. Запретная секция архива — свитков и книг на руки мне не выдадут, но Гладси явно не поленился посетить закрытую часть. Нужно будет поблагодарить Старика.

Я схлопнула и уничтожила Вестник, так, чтобы не осталось следов, развеяв остатки плетений. За окном темнело, если Серые достали все книги и трактаты, и уже сложили первое и второе, сообщение от них должно прийти сегодня или завтра. Прошлый раз, найдя решение, Серые не устояли, чтобы проверить формацию немедленно.

Я хмыкнула, глядя в зеркало — статуэтка Немеса скалилась мне, и я развернула её к себе, вытащив из пасти кольцо-артефакт.

— Мне это сейчас нужнее, но не переживай, — погладила острый змеиный клык кончиком пальца. — Подвеска Я-сина очень красивая… мои новые дары тебе обязательно понравятся.

Красные камешки-глазки змея предвкушающе сверкнули.

Я накручивала змейки на ладони — тщательно, привычно проверяя, насколько свободно двигаются пальцы, виток за витком, виток за витком. Затянуть зубами, закрепить, заправить хвостик особым узлом. Правая рука — есть.

С левой было сложнее — пришлось распускать дважды, но я справилась. Затянуть зубами, закрепить, завязать и заправить узел.

Я пошевелила пальцами, выплела несколько базовых чар — идеально. Можно надевать кольца. Горка артефактов сияла передо мной в свете магического светляка, переливы света от граней камней ложились длинными цветными полосами на стены лаборатории. Тишина оглушала — всё поместье давно видело десятые сны.

Вестник от Серых пришел глубокой ночью, пропитанный нетерпением и жаждой — они решили, что решение близко. Были готовы торговаться и обсуждать условия — «породнившийся», любой из, им нужен был непременно.

Я надела первое кольцо на правую руку — защитный купол. Второе, третье, все защитные. Если я буду играть — мне нужно выиграть время, пока придут твари. Следующее кольцо и следующее. Задумавшись, я все-таки добавила один атакующий артефакт.

Девятнадцать защитных и один атакующий — кольца успокаивающе переливались на пальцах. По два артефакта на каждом. Теперь у Серых будет великолепная возможность пройтись на тему — "юная сира, которая до дрожи в коленках боится идти в катакомбы".

Я натянула низ от охотничьего костюма — теплый, зимний, и долго прыгала, пытаясь одной ногой влезть в узкую штанину — нижний комплект должен прилегать очень плотно. Развернула, ласково погладив кончиками пальцев доспехи Лидсов, и начала надевать деталь за деталью.

Последней я защелкнула защиту на запястьях, попрыгала, чтобы хорошо село, покрутилась, подвигалась — сойдет. Будем считать это первой боевой проверкой Укрепителя. Высокие мягкие сапоги со шнуровкой сели, как влитые. Один ритуальный кинжал я засунула за голенище и, поколебавшись, добавила ещё один во второй сапог — лишним не будет.

Защитный пояс с нефритами и халцедонами я долго держала в руках и даже застегнула, но… подвески предательски звенели при каждом движении, и от дополнительной защиты пришлось отказаться.

Кругляш печати с литерой V, пристегнуть флейту к поясу и закрутить третью змейку в волосы. Широкий жесткий кожаный пояс с несколькими небольшими флаконами самых необходимых эликсиров и катализаторами — обернуть вокруг талии.

Число катализаторов я высчитывала долго, пытаясь вспомнить количество несущих колонн в самом большом зале Серых, даже достала старые карты, пытаясь прикинуть расположение Храма Великого и катакомб.

Готово?

Я покружила по лаборатории, убирая следы ночного присутствия. Ещё раз прошлась от стены к стене, чтобы проверить, насколько удобно мне двигаться. Алхимическая печь приветливо подмигивала мне сигнальными огоньками. Окон в лаборатории не было, но и так знала, что ночь сегодня просто отвратительная — поднялась метель, и я предпочла бы остаться дома, в тепле, и варить эликсиры.

Вестники дяде и Акселю я плела долго, переделывая по два раза. Я учла всё, но жизнь обычно всегда преподносит сюрпризы и… если что-то пойдет не так… Щелкнула кольцами, определяя время отправки Вестников — позднее завтрашнее утро, если я не вернусь вовремя… дядя и брат получат сообщения.

Я прикусила губу, отгоняя мысли — если ты заранее думаешь, что проиграл — ты уже проиграл. Себя.

Насчёт дознавателей — я сомневалась, но в итоге Вестник Бутчу тоже был запечатан.

Цепочку малой печати Блау на шее я поглаживала долго. И всё-таки сняла, отложив в шкатулку на ближайшем стеллаже.

Накинула верхний плащ от формы охраны Блау, который притащил сын Старика, погасила магические светильники и скользнула за дверь, в подземелья, чтобы нижними переходами выйти за заднем дворе около конюшни.

— Мисси…, — хрипло позвали меня из под навеса. Я сразу накинула капюшон — метель выла и ярилась так, как будто это ночь середины зимы.

— Готово?

Старик появился справа и кивнул на пару неприметных лошадок, привязанных в глубине под навесом. К седлу одной из них был приторочен алларийский лук.