Чтение онлайн

— А что ей будет угрожать?

— Через два года узнаешь, — лаконично пообещала хозяйка Серых гор. И перестань топтаться вокруг шкатулки, никуда она не денется. Пойдем в мои покои, я угощу тебя вином, которое здешние садоводы изготовили по моему приказу. Хоть узнаю, насколько оно удачное.

— А ты сама не пробовала? — удивился Найл.

— Пробовала, — кивнула Мерлью, — но ведь я Магиня, на меня никакие яды не действуют.

— И вкуса ты не чувствуешь?

— Не знаю, — пожала она плечами. Никак не привыкну. Пойдем, все равно раньше, чем через два дня я тебя не выпущу. Пусть смертные думают, что тайна ларца велика и труднопостижима. Надеюсь, ты не откажешься провести пару дней со своей старинной знакомой?

Больше всего Найлу хотелось отказаться от навязанного Мерлью почетного караула.

С того злосчастного для Земли года, когда примчалась из далекого космоса радиоактивная Комета, сменились сотни поколений озерных жителей. Прячась от проникающего излучения в глубине вулканических озер, в темной и холодной воде, щедро обогащенной кислородом, обитатели ученого городка вряд ли предполагали, что их далекие потомки уже не смогут дышать обычным земным воздухом. Спасшиеся в воде люди попали в ловушку, став из скрытников пленниками.

Обитатели Серых гор каждые пять-шесть часов должны или погружаться на некоторое время в любой водоем, или хотя бы заливать в свои легкие воду, смачивая их. Иначе — смерть от удушья. В общем-то, вполне понятная особенность строения организма — но уж очень противно выглядели со стороны люди, то заливающие себе в глотку огромные фляги, то выташнивающие из себя потоки жидкости. Вдобавок обитатели Серых гор отчаянно трусили, находясь на воздухе, и излучали свой страх далеко во все стороны. В общем, не самые приятные спутники в долгом переходе. Однако — Магиня снарядила гостей с поистине царской щедростью, выделив в дорогу две повозки с провиантом и еще три нагрузив короткими копьями с зазубренными костяными наконечниками. Не на себе же тащить все это добро посольству из девяти «братьев» — четырех человек и пяти смертоносцев!

— Передайте Дарующей Дыхание, что мы искренне благодарны ей за заботу, — тяжело вздохнув, улыбнулся Найл. — Мы восхищены ее разумом и предусмотрительностью.

— Мудрость Хранительницы Вечности беспредельна, — с гордостью ответила девчушка, исполнявшая при Магине обязанности дворецкого.

Явное наследие долгой жизни в городе пауков: став властительницей Серых гор, принцесса Мерлью на всех руководящих постах заменила мужчин молодыми девушками. «Сильному полу» дозволялось теперь только носить оружие, да таскать тяжелые повозки.

— Кто будет командовать обозом? — поинтересовался правитель, оглядываясь на столпившихся вдоль дороги людей.

— Живущая в Свете отдает их в полное твое распоряжение! — голос девочки, озвучившей великую милость хозяйки, звучал звонко, торжественно-радостно. Наверное, Мерлью приблизила ее к власти не за хозяйственные способности, а именно за мощные голосовые связки. Ты волен сам вести отряд, как пожелаешь нужным, и куда сочтешь необходимым.

Посланник опять вздохнул — призрачная надежда отправить повозки вперед, а самим двигаться на отдалении растаяла как дым. Он нашел глазами Нефтис, кивнул в сторону дороги: «командуй», а сам растянул губы в приторной улыбке:

— Передай мою благодарность Дарующей Дыхание за ее доверие и щедрость.

Глупо, конечно, по десять раз рассыпаться в любезностях после того, как все уже давным-давно обговорено с Магиней, но ничего не поделаешь — оказавшись во владениях прекрасной Мерлью приходится играть по ее правилам.

— Пребывающая в Прошлом, Настоящем и Будущем не нуждается в благодарности смертных, — вскинула подбородок девчушка. Ее мудрость беспредельна, а решения безошибочны. Следуй словам ее, и радуйся милостям ее, Посланник Богини.

Самодовольство щуплой малолетки начало раздражать. Правитель, не оборачиваясь, послал смертоносцам короткую мысленную просьбу. Восьмилапые согласованно ударили по девчонке лучом страха — тем самым, с помощью которого во время охоты они «выпугивают» из зарослей затаившуюся дичь, а то и «диких» людей.

«Дворецкая» мгновенно посерела, шарахнулась назад, ударившись о стенку Комплекса, из-под волос на лицо выкатилось несколько крупных капель пота.

— Не твое дело обсуждать, в чем нуждается Магиня, а в чем нет, — раздельно объяснил правитель. Твоя обязанность просто передать ей мои слова. Понятно?

Девочка, начисто утратившая свой звонкий голос, часто-часто закивала.

— Вот и умница, — на этот раз Найл улыбнулся совершенно искренне. Приятно было поговорить. До будущих встреч.

Тем временем, под грозные окрики широкоплечей Нефтис, озерные жители разобрались по повозкам и обоз медленно тронулся в путь.

— Вы не желаете отдать мне свою котомку, мой господин? — поинтересовалась стражница.

— Спасибо, Нефтис, — покачал головой правитель, поглаживая завернутую в одеяло шкатулку. Но дару Магини будет намного спокойнее, если в твоих руках будет не котомка, а оружие.

— Да, мой господин, — стражница зарделась от похвалы и вытянула из-за спины копье. — Я буду наготове.

Впрочем, никаких опасностей в Серых горах путникам не грозило. Восемь дней неспешной дороги, четыре ночи с Нефтис, еще три ночи — после установления мысленного контакта с Парящей Башней — с Кавиной и Аполией.

Озерные жители доволокли повозки до самого моста через пропасть, за которым, на площадке перед станцией фуникулера, уже ждали присланные советником Борком земледельцы.

Единственная задержка вышла с переправой подарков Магини по натянутым над бездной тонким паутинкам: и жители Провинции, и обитатели Серых гор панически боялись даже приблизиться к обрыву. Перетаскивать оружие пришлось братьям по плоти — люди охапками хватали копья, а людей подхватывали пауки. Втроем справились примерно за полчаса — груз таскали девушки, а Найл сидел на платформе и нежно обнимал котомку с драгоценным грузом.

На этот раз ночевать рядом с пропастью не имело смысла — путники точно знали, что в Провинции их ждут друзья. Обоз сразу тронулся в путь и незадолго до сумерек Найл поднялся на каменный вал, перегораживающий дорогу в Провинцию. Посланник бросил взгляд на раскинувшийся перед ним простор и со щемящим душу восторгом увидел выгнутые крылья парусов, устилающие темное вечернее море.