Чтение онлайн

«Сканирует, не иначе».

— Очень интересно и в то же время непонятно, — через некоторое время пернатый змей отстранился от Владьки и потряс головой, словно отгоняя бредовые мысли, — Ты знаешь, что твой друг червив? Я бы ни за что не стал делать его джинном.

Вот те раз. Владька червив? Конечно, для меня было потрясением его откровение прошлым вечером, но я принял терзания друга как должное. Ведь всем нам свойственно желать лучшего. И если Руфус это называет червоточиной, то тогда я сам испещрен грехами похлеще жителей Содома.

— Твой друг Маркус тоже не ангел, — я вспомнил разговор Раваны с Руфусом, — А что это за история на Тунгуске, из-за которой он впал в особую немилость?

— Тунгусский метеорит? — вклинился в разговор Маззи держа в руках огромную тарелку пельменей, — который где-то в Сибири упал, да?.

Я искренне улыбнулся широким познаниям своего друга и ухватил пельмешек вилкой.

— История весьма примечательная, — кивнул головой секундижжин, тоже подвигаясь ближе к тарелке, — Я так и не нашел времени списать её из воспоминаний крылатого льва, да и сам он не особо горел желанием.

— Ну так а в чем суть? Деревья повалены, а метеорита нет. — Владька подсел к нам и взял последнюю вилку.

— В жизни каждого джинна наступает период, когда ему все приедается, — Руфус заглотил пельмень и зачавкал, — Надоедает абсолютно все — еда, приключения, открытия, воины, мужчины, женщины. Некоторые просто тихо уходят, а некоторые, как наш Маркус, стараются изменить мир.

Я внимательно посмотрел на Руфуса. Ведь в том воспоминании которое он мне преподнес, была не только история о новом сказочнике. Там еще была история о старом, УСТАВШЕМ, сказочнике. Интересно Руфус просто тихо уйдет или будет менять мир?

«А разве он его уже не меняет? Он привел тебя, ты привел семиликого, а что будет дальше?»

— И после долгих скитаний по миру, в одной из деревушек где-то в тайге он нашел уникального человечка, — Руфус продолжал историю насаживая еще один пельмень на вилку, — Девочку — пятнадцати лет. И вся её уникальность заключалась в том что она всегда знала в какой стороне что находиться. Где например спит медведь-людоед в зимнюю спячку, в каком районе леса малина уродилась на славу или даже что лихой человек идет в десяти верстах. Все могла указать с точностью до метра.

— Байки бабкины какие-то, — Маззи с расстроенным лицом посмотрел в быстро пустеющую тарелку.

— Может и байки, — хитро улыбнувшись пернатый змей отложил столовый прибор в сторону, — да вот только Маркус сделал из неё джинна и она в первый же день смогла попасть в Саанд. И не просто перенеслась. А всю деревню целиком перенесла, с кошками да с собаками и со всей живностью.

— Ух ты, — Гошка забыв о том что только что назвал Руфуса баюном, придвинулся поближе, — и что вся деревня джиннами стала?

— Нет, конечно, — весело расхохотался секундижжин, — на вопросы Маркуса, где же находятся ракшасы, девочка отвечала что повсюду. Но Маркус так ничего и не обнаружил, решив что девченка врет или же её дар в мире ракшасев не работает.

«Ну правильно отвечала, и не врала вовсе — Рики в моей голове тоже хохотнул, — только там они никакие не ракшасы».

— Теперь то мы знаем, что случись в той деревне кому умирать, — Руфус лукаво посмотрел на Владьку, — может и вышло бы у Маркуса что, а так только зря девчонку сгубил.

— От обиды всех покромсал? — осторожно спросил Маззи.

— Дурень ты Гошка, — без злости ответил пернатый змей, — никого он не покромсал. Вернулась вся деревня до последнего таракана обратно, и зажила себе спокойно как это водится у них — «Не вынося сор из избы». И Маркус плюнув пошел дальше, да вот только не заметил старый джинн что девчонка в него по уши втрескалась. Что души в нем не чаяла, что хотела всеми силами доказать что не соврала она тогда про мир Саанда.

Все мы затаив дыханье ждали развязки. Шутка ли дело, прикоснуться к одной из неразрешенных тайн прошлого. Руфус видя наш интерес криво усмехнулся, и для пущего задору кинул совсем неуместную фразу.

— Поэтому и запрещено у нас людей младше двадцати пяти годов в джинны производить, больно много эмоций да амбиций у малолетних.

— Да что ж она сделала то? — Маззи неосознанно перешел на крик.

— Она решила, что если не получается ракшасев найти в мире Саанда, то можно кусочек Саанда принести на Терру, чтобы они материализовались. Отошла она от деревеньки подальше да и ухнула, словно, ядерная бомбочка.

— Ну, дела — восторженным шепотом Маззи откомментировал разгадку, — и что? Всех подорвало? Не вышло ракшасев перенести?

— Ракшасев нет, вот кой чего другого с лихвой, — Руфус встал разминая затекшие ноги, — вся охранка и все каратели потом по округе полгода нечисть гоняли. У Шаммы спросите потом, как он стаю двухметровых белок на рынок Кванокиума притащил..

— Жесть — подытожил Маззи и грустно повертел пустую тарелку, — А девчонку жалко. Что же этот, твой великий Маркус, совсем не заметил любовных терзаний?

— Вот ты Георгий, — хитро спросил секундижжин, — в любовь веришь?

— Верю.

— А в какую ты веришь? В ту которая огнем пламенным, да до самой смерти сердца страстью наполняет?

— Ну нет конечно, — Маззи улыбнулся и посмотрел на нас с Владькой, — такая любовь для школьниц. А настоящая любовь — это уважение и принятие другого человека целиком с изъянами и несовершенствами.

Мы с Кустом улыбаясь переглянулись, вспоминая памятную ночь когда учили разрыдавшегося Гошку уму разуму, после окончания его очередной роковой любви.