Чтение онлайн

На лице Гарри отражалась решимость. Он сжал кулаки и с праведной яростью в голосе прошипел:

– Я им покажу, как засуживать! Вот возьму и выиграю! Всем на зло стану победителем турнира!

Ричард был приятно удивлен. В середине марта Артур Уизли сообщил ему, что создан прототип молекулярного 3D-принтера. Раньше, чем маги разобрались с созданием сверхпроводников электроэнергии. Артур говорил, что из-за использования знакомых методов зачарования волшебникам было несложно соединить заклинания левитации, Репаро и Протеевы чары и заставить с ними работать искин. Проблемой стало лишь создание нанороботов, которые будут работать на магловских принципах.

Для разработки первого наноробота были привлечены специалисты по робототехнике. Они собрали из многократно увеличенных деталей простейшего робота с небольшим зарядом энергии, который способен своими конечностями лишь взять что-то и положить на нужное место. В итоге материи вернули прежние размеры, и получился наноробот, способный манипулировать молекулами. Он был многократно размножен, затем размножали чарами сотни тысяч ботов, пока в итоге не вышел шар объёмом в один кубический метр. Он и был зачарован.

Заряда одного бота хватает на перенос одной молекулы, после чего он исчерпывает свой ресурс. Репаро считает это поломкой и воспроизводит "уставшего" бота в точке зачарования, после чего его вновь можно использовать.

За несколько секунд такой молекулярный принтер способен создать предмет или множество небольших предметов с объемом вещества до кубического метра. Чем больше объект, тем дольше он будет печататься. При условии бесперебойной подачи материалов принтер может перерабатывать до двенадцати тысяч кубометров материи в сутки. Но в производстве с учётом того, что материя будет подаваться людьми и товар будет увозиться ими же, реально объем готовой продукции намного ниже: от пятидесяти до семисот кубометров.

Дальше была разработана методика потокового воспроизводства 3D-принтеров. За основу берется копия шара из нанороботов и зачаровывается. И таких фабрик за день один волшебник способен зачаровать до пяти штук. Единственный минус: нанофабрики следует зачаровывать по месту их размещения, а после их невозможно переместить. Но это решается, если зачарование проводить в гигантском контейнере, к которому фабрика привязывается. Это позволяет делать модульные молекулярные заводы, которые можно в уменьшенном виде доставить куда угодно. При этом они будут решать те задачи, которые им будет ставить управляющий искин, а им в свою очередь будет управлять оператор: переработка мусора, метеоритов, нефти, создание готовой продукции.

У такого молекулярного принтера есть ограничения. Идеальной точности от него добиться невозможно. Предельный допуск в девяносто семь нанометров. И если для современной микроэлектроники это много, поскольку современные процессоры, чипы и транзисторы создаются по техпроцессу минимум пятьсот нанометров, то к концу девяностых годов ста нанометров будет не хватать. Зато до тех пор преимущество будет за продуктами Гросвенора. А потом наверняка выйдет усовершенствовать технологии, если это потом для Земли наступит.

Естественно, Ричард тут же приказал отменить копирование техники, переобучить волшебников этого производства на изготовление молекулярных принтеров в портативных модульных боксах. Их понадобится много, очень много.

Такие техно-магические фабрики не отменяют труда человека. Например, создаётся сотовый телефон. Его контроллеры нужно прошить, установить операционную систему, протестировать. И так со всей электроникой. Но процесс производства многократно дешевле классического. Осталось дело за малым – патенты.

В теории молекулярные фабрики Гросвенора способны скопировать любую современную продукцию. Но юридически он не имеет на это права. Нет, в принципе можно использовать копирование для применения на других планетах. Но на Землю такую продукцию поставлять нельзя, иначе засудят. Поэтому нужно много патентов. К тому же, молекулярные фабрики способны создавать более продвинутую и качественную продукцию, чем любое современное земное производство, при этом крайне дёшево. Но для той же микроэлектроники нужны свои программы.

Перед Ричардом встала очередная проблема: где взять столько нужных специалистов? Часть можно переманить, но это не выход. Следовательно, необходимо строить университеты, институты, техникумы на Пурпуре. Не стоит забывать о школах и детских садах. Также жизненно необходимо создать медицинскую инфраструктуру: поликлиники, больницы и госпитали.

Без медицины современное общество невозможно. Ученые будущего доказали, что без медицины люди доживали бы в среднем до тридцати восьми лет, что немногим больше, чем в каменном веке.

В общем, перед Ричардом снова в полный рост встали проблемы, которые требовалось срочно решать. И если с разработкой программного обеспечения отлично справлялись искины, то сами они без участия инженеров моделировать новые продукты не могли. Защита от бунта ИИ, без которой никак. Зато стоит инженеру поставить задачу перед ИИ, как она будет решена невероятно быстро. С ИИ и молекулярными фабриками между началам проектирования и появлением готовой продукции настолько мелкий промежуток, что утром инженер может поставить задачу, а вечером получить готовый продукт.

Например, нужен новый сотовый телефон с большим объемом памяти, доступом в интернет, мощным процессором, цветным дисплеем и емким аккумулятором. Грамотно поставь задачу перед искином и уже завтра можешь начать выпуск самых крутых телефонов в этом времени. То же самое с компьютерами и прочей техникой.

Изначально Ричард пошел по пути выкупа небольших фирм, у которых были патенты на производство различной микроэлектроники. Он собирался продолжать выкуп подобных компаний. Но теперь в этом отпала необходимость. Все, что нужно, может быть уже в ближайшем будущем получено на предприятиях Гросвенора.