Рейс 307
Шрифт:
Расположившись в кресле Атласный достал из внутреннего кармана пиджака стопку небольших фотографий с изображением самого себя, «совершенно случайно» прихваченных с собой и приготовив ручку заискивающе спросил:
– Как вам лучше подписать?
– Для Веры. Немного смутившись, ответила девушка.
– Понятно. Пробурчал Семен Яковлевич, подписывая фотографию на обороте.
«Лучшей стюардессе международных авиалиний – Вере от Семена Атласного» – Гласила надпись, подкрепленная подписью автора.
Прочтя ее бортпроводник обрадовалась как ребенок и поблагодарив артиста поспешила на свой пост.
– А вы, видимо и правда, популярны. Заметила Ольга после дачи Семеном Яковлевичем автографа.
– Щто вы! Очень! Очень! Перейдя на одесский диалект, с улыбкой согласился комик.
С очередной группой пассажиров в самолет вошел атлет Никита.
– Привет аэрофлоту! Воскликнул он, разогнувшись после прохождения дверного проема. На фоне группы пассажиров, вошедших вместе с ним, он казался недостриженной травинкой, на ровной лужайке.
– Низковата у вас дверка. Смеясь посетовал он стюардессе. – А мороженое у вас дают? Ну, или сливки? Мне белок нужен для поддержания спортивной формы.
– Хорошо. Ответила Надежда – второй бортпроводник. Мы это учтем, а сейчас пройдите, пожалуйста, на свое место – третий ряд, справа.
– Без проблем. Бросил атлет и сняв с плеча спортивную сумку прошел по салону.
Галантно пропустив вперед себя двух женщин, на борт вошел Красовский. В дорогом костюме и лаковых туфлях врач походил на артиста больше чем Атласный. Запах дорогого, французского одеколона, нанесенного на него без меры, тут же вытеснил свежий воздух из салона.
– Напрасно вы так сильно надушились. Сделала замечание Вера. – На борту могут лететь люди с аллергией, и им может стать не хорошо.
– Пусть напишут жалобу на гоблина, который отобрал у меня одеколон на досмотре багажа. А без него я не могу. Меня ждут на важной конференции, соврал он и я должен соответствовать. И потом аллергия – это не самый страшный дефект здоровья. Это я вам как хирург говорю. Диабетики возят же с собой инсулин, так почему бы аллергикам не прихватить с собой таблетки, ведь раздражитель может быть где угодно. Впрочем, зачем я вам это все объясняю, вы же не врач, а бортпроводник. Вот и проведите меня к моему месту.
Вера посмотрела на его худенький дипломат. С багажом у него явно проблем не было, пассажир просто требовал к себе внимания. Вера окинула взглядом скопившуюся за ним очередь и поспешила сопроводить скандального пассажира на его место.
– Ну и тип! Возмущенно заметила Вера, вернувшись на пост.
– Да, согласилась Надежда. На каждом рейсе есть кто то подобный.
– Он наверное от жадности на себя половину флакона вылил, а нам этим дерьмом десять часов дышать. На конференции его ждут, ты слышала?
– Ему повезло, что с таким характером его хоть где то ждут. Согласилась Надежда.
Люди проходили по салону самолета и разобравшись с ручной кладью занимали свои места. До вылета оставалось еще пять минут и стюардессы стояли у входа, поглядывая на часы, в ожидании опоздавших пассажиров.
Через пару минут подбежали парень с девушкой, одетые в странные балахоны. Парень был наголо выбрит, у девушки же волосы были убраны в аккуратный хвост, на обоих были какие то бусы.
Парень показал билеты и его ноги, обутые в открытые сандалии засеменили в поисках своего места, увлекая за собой подругу «по вере» – надо полагать.
Пока пассажиры занимали свои места, через другую дверь, машина с продовольствием, подняв свой кузов до уровня фюзеляжа самолета, загружала железные ящики с едой и питьем.
Одним из последних на борт влетел бортмеханик.
– А где ваш билет? С абсолютно серьезными лицами в один голос спросили у него стюардессы.
– Тё-ё-ётеньки, пустите пожалуйста, я мешать не бу-у-уду, я там с краю посижу. Сняв форменную фуражку, жалобно пропел механик и указал взглядом на кабину пилотов, где пустовало его место.
– Ладно, уж. Только тихо мне! – Грозно шикнула на него Надежда и подмигнула подруге. – Командир уже за тебя спрашивал. – Добавила Вера.
– Прошу прощения. Сказал механик, сходу заняв свое место. – Начальство задержало.
– И что ему понадобилось от бортмеханика за десять минут до полета?
– Дело личного характера, но оставить его без внимания я не мог, вы же сами понимаете, Владимир Васильевич.
– В следующий раз –«Я», не оставлю это без внимания! Предупредил Стратежник.
– Все пассажиры на борту, Владимир Васильевич. Прервав их диалог сообщила Вера и очаровательно улыбнулась.
– Хорошо. Сказал командир. – Приступили к выполнению «карты»!
– Земля, запуск ВСУ!
– Створки открыты, Земля к запуску готова.
– ВСУ запущено. Электропитание запущено от ВСУ.
– Земля, можно отключить наземное питание!
– Кабина, наземное питание отключено.
– Магнитофон?
– Включен.
– Заглушки, ключи, штанга?
– На борту.
– Двери, люки?
– Закрыты, табло не горят.
– Топливные насосы?
– Насосы подкачки, перекачки включены.
– Давление гидросистем, тормоза, гидроаккумулятор?
– 160, 210, 120.
– Земля, контроль перед запуском!
– Двери, люки – закрыты. Заглушки сняты, колодки убраны. Зона запуска свободна. Земля к запуску готова!
– Запуск второго!
– Понял, запуск второго.
– Запуск первого!
– Понял, запуск первого.
– Двигатели запущены?