Рейдер
Шрифт:
Сидор, немного освоившись и разобравшись кто есть кто на кораблях, начал потихоньку наглеть, задирая то одного, то другого моряка, и по делу, и без, пытаясь затеять драку. Требовалось показать бывшему сотнику, что он тут не самая крутая шишка, а среди экипажа есть бойцы и покруче чем он. Первым на место его поставил Алан, вызвавший Сидора на учебный поединок и играючи разделавший его под орех. Португалец даже не запыхался, а Сидор хоть и признал поражение, но списал это на три года рабства и отсутствие тренировок. Сейчас Алан среди будущих абордажников в большом авторитете. После этого я имел серьёзный разговор с сотником. Казацкая вольница мне на кораблях не нужна, тут может быть только один босс! И этот босс я! При этом мне не хотелось принимать радикальные меры. Казаки мне были нужны. Вот я и решился, не иначе как с дуру, тоже потягаться силами с Черным. Понятно обставив это всё как учебный бой, на случай своего поражения. Я видел его схватку с Аланом, и сразу подметил, что, делая резкий выпад, он всегда выставляет свою левую ногу глубоко вперед, на несколько мгновений оставляя её без защиты. Об этом мне и Алан потом сказал. Мне надо было продержаться до тех пор, пока казак не решится покончить со мной одним ударом. И я продержался! Получив несколько раз тупой саблей по телу и кулаком в лоб, я не упустил момент. Удар по колену железякой, а потом от души в грудь ногой, и вот сотник повержен у всех на глазах!
Перед боем я поставил Сидору условие. Если побеждает он, то тут же переходит в офицеры, и я иногда буду слушать его советы, а если нет, то он больше свою варежку не разевает, никого не задирает, и выполняет все приказания моих офицеров и унтеров беспрекословно! Сидор легко согласился, мысленно примерив на себя уже новый чин, ну и вот последствия. Второй раз за день, он валяется на палубе, и в этот раз позорно проиграл он сопливому юнцу! Со стороны наблюдавших за зрелищем моряков раздаются весёлые смешки и подколки, казаки стоят и угрюмо смотрят на своего командира, а Сидор нехотя опускает учебный инвентарь.
— Твоя правда боярин. Уговор есть уговор — хмуро соглашается Черный, и гордо добавляет — я завсегда своё слово держу! Приказывая, чего делать!
— Вот этих бездельников сабельному бою подучи! — скривившись от боли в рёбрах я надеваю рубаху и указываю на казаков, свободных от вахты моряков и бывших гребцов — каждую свободную минуту их натаскивай! Со мной и Аланом тоже будешь заниматься. Каждый день! А ещё будем учится ружейному бою и стрельбе из пушек и пистолетов! Ну это уже Дайон нас всех вместе гонять будет, в этом он дока.
Я пошел в надстройку на корме, требовалось осмотреть повреждения организма. Кажется, у меня ребро сломано! Сверху, на меня весело смотрел Гришка, опираясь на фальшборт.
— А лихо ты саблей научился махать Витька! — хохотнул мой неунывающий друг — только если между нами, Сидор бы тебя уделал на раз-два! Походу решил пожалеть рибетёнка казак, на свою голову! Кто же знал, что ты такой коварный тип?!
— Не нае… не проживёшь! — буркнул я — ты это… Спускайся, надо бы глянуть, кажись эта падла мне ребро сломала!
— Ох и дурень ты Витька! — Гриша кряхтя оторвался от фальшборта — пойдём, пелёнки тебе поменяю, небось обгадился от страха!
Гришка туго замотал мне грудь шарфом. Тут нет рентгена, и мы оба не в курсе, целы ли мои кости или нет, так что лучше перебдеть. Оказывая мне первую помощь, Гришка делился своими впечатлениями. Впервые он смотрел как двигается галеас и шлюп не через вёсельный порт. Настроение и общий настрой у него были радужные, он был полон оптимизма. Бывший хулиган, который даже провёл в своё время несколько лет в колонии за драку, разбирался в психологии тесных мужских компаний, вынужденно запертых в замкнутом пространстве. По его мнению, мой авторитет на корабле непререкаем. Во время нашего учебного боя с Сидором, по его словам, несколько групп моряков готовы были немедленно вмешаться, если что-то пойдёт не так, и порвать казаков, а Алан даже тайком зарядил пистолет. Болели все только за меня и даже не сомневались в победе! Это говорить только об одном, весь экипаж готов за меня в огонь и в воду! Я же был настроен скептически. Только наша грандиозная победа и богатая добыча были причиной моей популярности у экипажа. Капитан удачлив, с ним не пропадём! А случись беда? Сколько из них останутся мне верными до конца? Вопрос, на который я не знал ответа…
— Господа! — Ален прервал наш разговор — на перерез «Шторму» идёт какая-то тартана!
— Одна? — удивился я, быстро снаряжаясь по-боевому.
— В том то и дело, что одна! — сказал Алан — и совсем не большая. Одна мачта всего. Он же не может ни видеть, что кораблей у нас больше!
— Ну пойдём глянем… — я, не оглядываясь быстро пошёл на палубу. Гришка доковыляет сам, его ждать некогда.
Я смотрел на странные манёвры маленького корабля и никак не мог взять в толк, что же происходит. Действительно, маленькое судно под латинским парусом на длинной мачте и кливером большого размера, резало курс шлюпу, не обращая внимание на галеас! Казалось нас вообще не существовало для него!
— Ты чего ни будь понимаешь? — я опустил подзорную трубу и повернулся к Гришке — это точно берберы, только они же не дураки! Нападать на наш шлюп на наших же глазах и думать, что мы не вмешаемся?! Это же глупо!
— Господин Виктор — это какая-то ловушка! — Алан тоже обеспокоенно смотрел на странные действия тартаны.
— Похоже, да вот только я больше никого не вижу. Один он! Чего интересно задумал ирод? — я задумчиво оглядывал горизонт — может он нас за своих принял?
— А ведь точно! Такое вполне может быть! — Гришка расхохотался — такие мелкие скорлупки часто к кораблю Али приставал, даже в открытом море!
— Вон оно чего… — протянул я задумчиво. Это всё объясняло! Действительно, шлюп шёл впереди, а галеас как будто гнался за ним! Наш флаг не видно, но силуэт у галеаса вполне узнаваем. Капитан тартаны решил помочь коллеге по опасному бизнесу! Потому-то он и не обращает на нас внимание…
— Да «Шторм» его легко обойдёт! — вздохнул с облегчением Алан — не понятно, на что он рассчитывает, наш шлюп быстрее.
— На нас он рассчитывает — понял я замысел мавров — если шлюп свернёт с курс, чтобы обойти тартану, то мы его догоним, и по идее он вполне может попасть под залп батареи на баке. Всё понятно. Готовится к бою! Зарядить пушки. Просигнальте «Шторму», что бы он в дрейф ложился.
— Зачем, мы ведь можем уйти? Как только пират поймите, что галеас Али захвачен, он сам отвернёт! — тупит португалец.
— Во! Правильное замечание! Спустить флаг, поднимем ка мы тряпку, что нам от Али осталась! — похвалил я Алана.
— А ты Витька голова! — усмехнулся Гришка — не зря большие звёзды носил! Сработает, бля буду!
— Куда оно нахрен денется… — довольно рассмеялся я, и пояснил ничего не понимающему Алану — «Шторм» сделает вид что сдаётся, мы же подойдём вплотную к маврам и прицельно дадим залп! Раз уж они нас за своих приняли, грех не воспользоваться случаем! Как думаешь, что будет, если по этой скорлупе в упор всадить?
— Гора трупов! — наконец-то до Алана дошло — предлагаю бить картечью, возможно удастся сохранить корабль!
— Ну давай так. Только кто его поведёт в порт? А, ладно! Разберёмся по ходу дела! Сигнальте на «Шторм»! — приказал я.
Систему сигналов, как семафорных, так и флажковых, мы с Гришей вдалбливали в двух выбранных сигнальщиков и нашим офицерам всё то время, что Гришка был в сознании. Именно он предложил использовать проверенный десятилетиями способ общения кораблей, не имеющих радиосвязи. Два смышлёных матроса, оба голландцы, науку усвоили крепко, а минимальный набор флажков нам пошил парусный мастер и сейчас настало время проверить как всё это работает на практике.