Рэй
Шрифт:
— Хорошо, если так... — кивнул Молчун, но нервничать меньше не стал.
Его взгляд привлек белоснежна комета, что быстро двигалась по вечереющему небу. Сумерки уже вступили в свои права, но небо еще оставалось светлым. И белоснежная комета, на небе от этого выглядела несуразно и чуждо.
— Странно, — произнес Молчун. — Такие вещи обычно ночью происходят.
Зак поднял голову и взглянул на небо.
— Мне мать расказывала, что это слехы богов. Белые слезы — это слезы счастья. Это к удаче.
Рыжий здоровяк пожал плечами, почесал голову и не отрывая взгляда от кометы произнес:
— Мне почему-то кажется, что она матерится.
— Кто?
— Слеза твоя, — задумчиво ответил Зак и продолжил натирать свой клинок тряпкой со специальной пастой. — Вроде не слышу. Но как смотрю... точно матерится.