Революция
Шрифт:
А знал он дату революции.
Вова был человек простой формации и конституции. В общем. В общем обычный. Единственное, что его отличало от других – знание даты революции. Он узнал ее, однажды и совершенно случайно проходя мимо сточной трубы одного некрасивого дома на Гороховой.
На металлическом ободе белым перманентным маркером были написаны цифры. Вова не был глуп, и он опознал в этих цифрах дату. Оставалось понять, дату чего.
Так он и стоял, остановившись у сточной трубы и нежно, и с интересом всматриваясь в эти, к вашему сведению, далеко не свершившееся цифры. Ну, то есть, ждать нужно было 3 года 4 месяца 23 дня – именно столько. Вова не был математически подкован, поэтому ему пришлось доставать из узкого кармана высоких приталенных джинсов телефон и смотреть по календарю – когда это.
Если честно, то Вова примерно осознал, что событие, указываемое датой, произойдет через 3 года и 4 месяца – но посчитать остатки дней было во многом тяжелее.
Пока Вова тщетно елозил по экрану пальцем в попытке найти это ебучее приложение «Календарь», кто-то очень массивный подошел со спины и легонечко, словно встретил не незнакомца, а своего любовника, движением руки провел ладонью от плеча до талии Вовы.
– Здравствуй, – спокойно сказал мужчина испуганно обернувшемуся Вове.
– Здрасьте, – все также испуганно произнес Вова своими чуть онемевшими губами.
Этот мужчина представился замглавой Комитета национальных интересов – новомодной экстремистской организации, чья программа в общем была забавно адаптированным под современность планом первых народников. «Говори с народом!» – громким шепотом мужчина облизывал уши Вовы, отчего последнему было довольно странно. Ну, в общем не дай бог каждому оказаться в подобной ситуации: ты стоишь на одной из оживленнейших улиц города, и тут же ублажает твой мозг электората словами странный высокий мужчина лет 40, состоящий в запрещенной политической структуре.
Конец ознакомительного фрагмента.