Чтение онлайн

Очередь движется, и я вместе с ней. Музыка прекращается. Еще несколько минут — и я у окошка кассы. Достаю деньги, но тут охранник говорит, что с гитарой на башню нельзя. Нужно ее оставить, если я собираюсь подниматься. Я спрашиваю, где камера хранения. Он отвечает, что это не аэропорт и камер здесь нет. И машет рукой, чтобы я отошла от кассы. Люди начинают ворчать. Мимо меня проталкивается какая-то парочка.

И тут раздается голос:

— Анди! Ну надо же!

Я оборачиваюсь. Ко мне подбегает Виржиль. Он запыхался. Неподалеку стоят Жюль, еще двое парней и девушка, смотрят на нас.

— Привет! — говорит Виржиль.

— Привет, — отзываюсь я.

— Ты вроде вчера должна была улететь? Как тебя вообще сюда занесло? Решила заделаться туристкой?

Я выдавливаю из себя улыбку и не отвечаю на первые два вопроса.

— Да, сегодня я туристка. А ты что здесь делаешь? У тебя же смена.

— He-а, понедельник — выходной.

— Мадемуазель, прошу, не задерживайте очередь, — говорит охранник.

Я отхожу. Меня трясет. Мне неуютно.

— А мы тут только что играли, — продолжает Виржиль.

— Так это были вы? — удивляюсь я. — Здорово. Особенно валторна крутая.

— Спасибо. Жаль, что туристы другого мнения, какие-то они сегодня вялые. Мы страшно замерзли, как раз собираемся сваливать.

У нас сейчас концерт будет — играем на одной тусе, за деньги. Поехали с нами? Выручку делим на всех. Хотя какая там выручка, когда нас всего три калеки… Вот если ты согласишься — другое дело, тогда мы столько бабок понасшибаем…

— Виржиль, идем уже! — кричит кто-то из его друзей.

— Сейчас! — отзывается он и вопросительно смотрит на меня.

Не хочу никуда ехать, не хочу даже разговаривать. Хочу подняться на башню. Немедленно.

— Возьми, ладно? — Я протягиваю ему гитару. — Наверх с ней нельзя, а тут оставить негде.

— Слушай, не могу, мне надо бежать.

— Ничего, я же не прошу меня дожидаться. Возьмешь с собой.

— А как тебе ее потом вернуть?

— Не знаю. Как-нибудь, какая разница.

Я стараюсь смотреть вдаль, мимо него, но он встает прямо передо мной. Он больше не улыбается.

— Ты что, спятила?

Ему снова кричат:

— Чувак, ну хорош тормозить! Опоздаем!

Виржиль хочет сказать мне что-то еще, но тут его друзья обступают нас, и ему приходится всех знакомить. Константин — тощий, в мятой футболке и с ослепительно белыми зубами. Харон, парень с валторной. Хадижа, красавица, которую я видела у Реми. И Жюль, которого я уже знаю. Я машинально бормочу приветствия. Тоска сжирает меня заживо.

— Ну, идем или как? — спрашивает Харон.

— Подожди ты, — говорит Виржиль и опять смотрит на меня.

— На сегодня все! — объявляет охранник. — Мы закрываемся.

Я резко разворачиваюсь, но охранник уже перекрыл проход к лифту.

— Нет! Стойте! — Всучив гитару Виржилю, я бегу к кассе, просовываю деньги в окошко и умоляю: — Пожалуйста!

— Мы закрываемся, — повторяет кассир.

Я смотрю на часы.

— Но сейчас только одиннадцать! У вас на табличке написано — до одиннадцати сорока пяти.

— Совершенно верно, но лифт закрывается в одиннадцать.

— Пожалуйста, пустите меня, — прошу я, снова протягивая деньги.

— Извините, — говорит он, и окошко захлопывается.

С деньгами в кулаке я бегу к лифту и умоляю охранника меня пропустить. Он поднимает руку, как дорожный полицейский, и закрывает передо мной дверь.

— Но мне очень, очень нужно туда попасть! — беспомощно твержу я и сую ему деньги. Люди в лифте смотрят на меня удивленно. Охранник отстраняет мои дрожащие руки с мятыми купюрами. Я начинаю реветь.

— Ну, будет вам, — теряется охранник. — Башня никуда не денется. Приходите завтра.

Но я не могу ждать до завтра. Тоска невыносима. И она делается все сильнее. Охранник нажимает на кнопку, и лифт уезжает. Меня трясет от рыданий. Я опускаюсь на колени и начинаю биться головой о железную перегородку.

— Прекратите сейчас же, или я вызову полицию, — предупреждает охранник.

Кто-то берет меня за плечи. Это Виржиль. Он заставляет меня встать и уводит от лифта. Его друзья озадаченно переглядываются.

Константин берет брошюрку со стойки у кассы и, неуверенно улыбаясь, протягивает мне.

— В Лувре тоже интересно, — говорит он. — Там куча картин.

Харон подхватывает:

— Сакре-Кёр еще стоит посмотреть!

Жюль говорит:

— Можно съездить на площадь Вогезов.

Хадижа добавляет:

— А если любишь шопинг, сходи в «Бон Марше», там клевая ювелирка.

Я смеюсь, но смех получается невеселым и слегка безумным.

— Спасибо за советы, — говорю я. — Обязательно все посмотрю. Приятно было познакомиться. Извините, что устроила тут цирк. Я пойду.

Виржиль хватает меня за локоть.

— Ни фига. Ты идешь с нами.

Беспокойство в его глазах растет. Пытаюсь отделаться улыбкой, но она получается жалкой.

— Да все в порядке. Нет, правда. Мне уже лучше. Я просто, знаешь, ну… кофе перепила.

Я снова порываюсь уйти, но он не отпускает мою руку.

— Слушай, концерт нельзя отменить, потому что всем жутко нужны деньги, — он кивает на друзей. — То есть остаться я с тобой не могу. Так что или ты с нами, или никак.

— Я никак.