Чтение онлайн

Прежде, чем начать погружение, я долго исследовала Кривую скалу. Мне нужно было привязать лодку и надежно закрепить веревку. Лишняя подстраховка не помешает. Я даже разработала специальный артефакт, который в экстренном случае поможет быстро подняться на поверхность.

Спускалась я осторожно, медленно, осматриваясь по сторонам. Лапы Жабоеда (очень похожие на лягушачьи, но около метра длинной), прекрасно заменяли ласты, да и дышалось нормально. Прежде, чем начать погружение, я закрепила на скале веревку, и спускалась по ней, стараясь не отдаляться от стены. У меня на поясе висел магический фонарик, но я пока не рисковала его активировать. Лучше не привлекать к себе лишнего внимания. Разумеется, я не поленилась запастись амулетами, которые максимально меня скрывали, но береженого, как говориться, бог бережет.

Водилось ли в этом море что-нибудь смертельно опасное, типа наших акул? Наверняка водилось. Я только надеялась, что разработанные мною амулеты действуют не только на животных, но и на рыб. Ну а поскольку некоторые из зубастых водоплавающих реагируют на движение, я старалась быть аккуратной и двигаться предельно осторожно. Нет, у меня с собой и стандартные боевые зелья были, конечно, но подводной охотой я никогда не занималась, так что лучше было просто не привлекать к себе внимания.

Впрочем, скоро окружающая тьма стала настолько плотной, что подсветку пришлось включить. И обогревающий амулет тоже, кстати, поскольку изрядно похолодало. Время тянулось, как резиновое, и я уже решила, что пора подниматься наверх, чтобы потом продолжить погружение в другом месте, когда фонарь, наконец, высветил корабельный борт. На удивление целый, кстати. После удара о скалу я вполне могла бы обнаружить на дне одни только щепки. Хотя… не стоит забывать, что в данном мире есть магия. И что корабль, наверняка, был соответствующим образом укреплен.

Пострадавшее судно больше всего напоминало баркентину. Я проплыла вокруг и осмотрела судно со всех сторон. Да уж… никакая магия не способна защитить от куска скалы, пробившего борт ниже ватерлинии. Странно, что корабль вообще напополам не разломился и опустился на дно довольно аккуратно — слегка накренившись на пострадавший бок.

Дьорл Лильирс, приятель главы гильдии городской безопасности и тоже орк, написал мне целый список вещей, которые хотел бы поднять со своего корабля. Ну… начнем, пожалуй, с капитанской каюты. Устроим капитальный шмон с конфискацией всего подвернувшегося под руку ценного имущества.

Поскольку сундук под воду я с собой взять не рискнула, пришлось сшить обычную сумку и завязать ее на подпространство. Поскольку никаких дополнительных усовершенствований я к ней не применяла, артефакт получился недолговечный. На пару дней должно хватить, а там я что-нибудь поинтереснее придумаю.

В свою безразмерную сумку я запихивала все подряд, начиная с вполне приличной капитанской одежды. Ничего, постираю, высушу и продам. Опыты по созданию магического аналога акваланга мне слишком дорого обошлись, деньги как-то отбивать нужно. Разумеется, в первую очередь я прихватила корабельную кассу. Ну, я так думаю, что это была именно она. Вообще-то воображение рисовало огромный сундук, набитый золотом, а оказавшийся у меня в руках ящик был размером, максимум, с коробку из-под микроволновки. Однако он оказался единственным предметом, на который среагировал купленный у конкурентов артефакт, нагревающийся вблизи от золота.

Коробка влезла в сумку с трудом, а следом за ней последовали и другие вещи: все попавшиеся под руку навигационные приборы, (между прочим, довольно дорогое удовольствие) и даже столовое серебро. Корабль перевозил эльфийские ткани, зерно и бочки с гномьим пивом. Моей задачей было определить, можно ли поднять на поверхность хоть что-нибудь из вышеперечисленного. Хм… ну ладно, бочки с пивом. А что будет с зерном и тканями после недели пребывания в морской воде?

Я тщательно обследовала корабль, с содроганием обнаружив несколько тел под грудой ящиков. Интересно. Про ящики мне дьорл Лильирс точно ничего не говорил. А, так тут контрабанда — местный аналог кофе. Понятно, при главе гильдии городской безопасности, даже если он твой приятель, такие вещи озвучивать нельзя. Ага, а вот и бочки. Ну, штук десять целых есть, гномы делают их на совесть. А это еще что? Ух ты! Так корабль перевозил эльфийскую ткань, предварительно защитив ее артефактами! Ну, в принципе, понятно — товар очень дорогой. Попробую прихватить один рулон на поверхность. В сумку он не влезет по габаритам, так что придется на себе тащить. И все, пожалуй, пора подниматься, для первого раза хватит. А спущусь ли я туда второй и последующий разы — зависит от того, насколько щедро оценит мой труд дьорл Лильирс.

Корабельную кассу, разумеется, я даже не подумала возвращать. На деньгах магические метки не держатся, так что все равно нельзя определить, кто их хозяин. Распотрошив заветный ящичек (пришлось постараться, кстати, запирающий артефакт был сделан на совесть), я стала богаче на пять золотых квадратов, семь серебряных треугольников, два десятка бронзовых брусочков и пару горстей медных чешуек. Не густо. Я рассчитывала на большее. А это у нас что? Тьфу! Похоже, основную часть суммы капитану выдали местным аналогом банковских карточек. Ну, теперь понятно, почему кассу хранили не в огромном сундуке, а в относительно небольшой коробке.

Магические пластины из янтаря обычно завязывались на конкретного человека. И после его смерти получить по ним деньги мог только тот, кто прописан в контракте в качестве наследника. В данном случае это, скорее всего, будет хозяин корабля.

Ладно, хорошего помаленьку. Будем радоваться тому, что есть. Корабельная касса просто не оправдала моих ожиданий, но полученная сумма — это тоже неплохо. Часть можно внести в качестве оплаты контракта, еще часть употребить на то, чтобы раздать долги, а оставшуюся сумму потратить на самое необходимое — оплатить изготовление печки и закупить кое-что на зиму, включая одежду. Ну и на черный день заныкать, не без этого. Вдруг я заболею, и не смогу какое-то время отрабатывать контракт? Лучше подстраховаться.

Переговоры с дьорлом Лильирсом прошли на редкость удачно. Хозяин корабля был очень заинтересован в том, чтобы поднять как можно больше ценного, и готов был за это заплатить вполне приличные деньги. Дело хорошее, конечно, но теперь мне нужно было придумать, как поднять тяжелые крупногабаритные вещи. Сшить специальный мешок? Бред. Это каких же размеров его нужно делать? Да и не уверена я, что смогу упихать в подпространство такое количество вещей. И артефакт уменьшения веса не всегда можно использовать. Эльфийские ткани и гномье пиво, например, в результате подобного вмешательства могут потерять часть своих свойств.

Решение очевидно — придется обзаводиться помощниками и, соответственно, делиться. То есть мне нужен достаточно отважный человек, желательно, остро нуждающийся в деньгах. Стоп! Нартар! Он буквально на днях вернулся из своего очередного путешествия, и, судя по тому, что основную часть ингредиентов потащил не ко мне, а в лечебницу, был на мели.

Если городские Охотники получали вполне приличную зарплату, то у свободных доход зависел от случая. Удастся выловить что-нибудь приличное — хорошо. Не удастся — крутись, как знаешь. С голоду не умрут, конечно — количество различной нечисти в данном мире достаточно велико, но денег мало не бывает. Некоторые свободные Охотники, кстати, вполне владели элементарной алхимией и артефакторикой, и смогли сами изготовить несложный амулет или простейшее боевое зелье. Экономия, однако. С некромантией у них, обычно, тоже все было не так плохо, но Охотники больше «заточены» на то, чтобы уничтожать, а не на то, чтобы поднимать и допрашивать трупы.

Нартар, насколько я знала, был довольно удачливым и опытным. И сиюминутное отсутствие денег абсолютно ничего не значило — у каждого в жизни бывает черная полоса. В моих интересах было воспользоваться подобным положением дел, и пригласить его составить мне компанию.

Нашла я Нартара в любимом всеми Охотниками трактире. Он с отвращением ковырялся в тарелке с салатом, и его настроение было далеко не радужным. Я поздоровалась и подсела к нему за столик.

— Хочешь заказать какие-нибудь ингредиенты? — поинтересовался он.