Чтение онлайн

— Ты же колдун, — губы бывшего генерала кривятся, — Не можешь их загипнотизировать?

— А я ведь предлагал его усыпить до тех пор, пока не потребуется, — с укором смотрю на Ивао. Тот делает вид, что смущен. Приходится популярно объяснить генералу, что даже то воздействие, что наблюдает он, выходит для меня за рамки желаемого, а повышать риски, подвергая свою семью еще большей опасности, я не собираюсь. Без очень веских причин.

— Иначе бы вы, Соцуюки-сан, уже полгода как бы просыпались и ложились спать со страстной мыслью о том, как сделать мою жизнь полегче.

Всерьез воспринимать эти выплески эмоций я уже не могу. Профессиональная деформация у нашего комиссара-генерала попросту заставляет его работать на холостом ходу. Бездетный, не имеющий жены, он никогда не жил обычной жизнью, дома он лишь спал и ел. Работа была для него всем, а работать вне коллектива Соцуюки Шин попросту не может. Он командир.

Месяц назад я спас их обоих, вытянув чуть ли не с того света. С проваленного задания, на котором их смахнули с игровой доски одним движением, я вернулся с трофеем, отсеченной головой Сарабашири Маэды, которая, к своему великому огорчению, оказалась в Осаке не в тот момент и не в том месте, а затем там же оказался я, решивший… слегка выйти за собственные ограничения из-за такой оказии, поэтому голову я привез не простую, а вполне готовую (и очень искренне желающую) говорить.

Мы полагали, что Сарабашири Маэда, крайне компетентный ученый, курирующий очень амбициозную правительственную программу клонирования, — ключевой персонаж в текущем бардаке. Оказалось, что нет. Мягко говоря. Япония была лишь одним из участников огромной мультинациональной программы, организованной странами, желающими усовершенствовать свой генофонд и получить альтернативу институту семьи… как и улучшить демографию. Последнее было самым важным, но нас это тогда (да и сейчас) не интересовало.

Сарабашири была исполнителем, чрезвычайно влиятельным и информированным, но сугубо в своей области специализации. Кто и каким образом «обнулил» всю программу Соцуюки она не имела ни малейшего понятия. Просто один относительно важный проект стал угрожать критически важному, находящемуся в стадии активной развертки, поэтому этот относительный прикрыли. Мелочи.

Соцуюки тогда чуть не лопнул от злости. Да и потом тоже.

Весь мир стоял перед кризисом, который легко было отследить, но невероятно сложно принять. Мужчина и женщина, два человека, вступая в брак, должны породить минимум трех детей, чтобы население стабильно увеличивалось. Воспитание и обеспечение трех детей согласно потребностям современного общества — крайне серьезный и долгий труд с точки зрения современного человека. Это — не получить помощника, прокормив ребенка лет до шести, как было у крестьян еще двести лет назад, а вкладываться в нового человека, пока он не получит высшее образование. Причем, такую ношу требуется возложить не на определенную группу людей, а на каждую семейную пару страны.

Что попросту нереально. Следовательно, население всех цивилизованных стран стабильно и быстро уменьшается, а варварских, отстающих, наоборот растет благодаря постоянной гуманитарной помощи цивилизованных. Человечество само себя загоняло в ловушку, процесс невозможно было остановить.

Также, как и запущенный «встречным палом» процесс клонирования и обучения населения «с нуля до специалиста». Это, попросту, являлось новой директивой, новым Эльдорадо, у всех наиболее продвинутых стран мира… за исключением России и Китая. Эти страны, наравне с Индией, как призналась Сарабашири, из этого «клуба» исключили, опасаясь, что они с их территориями, ресурсами и индустриальными мощностями они могут попросту «переклонировать» все оставшиеся, заявив о себе чересчур сильно.

Точно также мы упустили возможность разрушить китайскую сеть распространителей наркотиков, поэтому должны были ожидать, что приблизительно через три месяца плюс-минус пару недель Японию захлестнет волна синтетического Снадобья.

— А вы тут дома покупаете, — кисло проговорил бывший генерал.

— Правильно делают, — спокойно кивнул «заправившийся» детектив, вставая с место, — Отличное алиби. Только Акира, хороших новостей я тебе не сообщу тоже. Наша Большая Тройка прекрасно знает о планах конкурентов, просто ничего не собирается предпринимать. Пока.

— А когда соберутся? — уточнил я, видя во взгляде Спящего Лиса намек на продолжение.

— Ты правильно уловил, — кивнул он, — После эксперимента с Японией. Он интересен всем без исключения. Помощи нам ждать неоткуда.

— Но есть и другие новости, — бывший комиссар криво ухмыльнулся, — Ивао нашёл Баранова.

— И какой нам от него прок? — поднял я бровь, глядя на Хаттори.

— Только не говори мне, что не подсадил ничего в его онлайн-хранилища, — улыбнулся мне детектив, — Просто проверь, чем он занимается. Кризис не кризис, а голод на квалифицированные кадры у нас стоит острый. Возможно, за эту ниточку стоит потянуть. Кстати, знаешь, что еще странно?

— М?

— Ты сказал, что Старые рода совместно отзывают свою молодежь, — указал Лис, — А мне точно известно, что в последнее время у них очень напряженные отношения. Совершены удачные покушения на несколько глав родов, «надевшие черное» в агрессивной панике. Тем не менее, какой-то весьма высокий уровень кооперации у них оказался сохранен. Это странно.

— И что?

— Попробуй прислушаться к тому, о чем будут общаться твои ученики, когда будут думать, что их никто не слышит, — посмотрел на меня Ивао, — Для этого тебе магия не нужна.

Ценный совет.

— Это все дерьмо никак не решает ситуации, по которой Япония через год становится огромным Колизеем! — рявкнул вновь выведенный из себя Соцуюки, — Гении, колдуны, вы что, не понимаете, что мы…

— План есть, — нехотя выдавил из себя Ивао, — Точнее, наброски. И они тебе, Шин, не понравятся…

Они ему не понравились. Пришлось усыпить. В общем-то, мы сразу об этом с Хаттори и договаривались, мечущийся из стороны в сторону генерал откровенно мешал детективу, а сегодня его чаша оказалась переполнена. Ну что же, теперь у нас есть свой король Артур, который восстанет из вечного сна тогда, когда в нем будет необходимость. Раз Соцуюки у нас герой, то пусть соответствует.

— И почему я не попросил тебя месяц назад? — горестно вздохнет детектив, глядя на сопящее тело, уложенное мной на койку.

— Был уверен, что твоего интеллекта хватит для того, чтобы придумать, чем занять солдата с депрессией? — хмыкнул я, — Теперь кормите его раз… в неделю, думаю. В остальное время будет тишина.

— Я думал о нем как о последней линии обороны… — признается детектив, когда мы уже будем уходить.

— У вас она в виде Пангао. Он справится лучше, чем дивизия таких как наш генерал без армии.