Чтение онлайн

— Недостающее звено, — сказала Марго. — Неужели программа ещё и рисует изображение животного?

— Нет, — рассмеялся Кавакита. — Если бы я смог этого добиться, то получил бы Нобелевскую премию. Зато она даёт список морфологических и поведенческих особенностей, которыми предполагаемое животное или растение могло бы обладать. Не определённых, но вероятных. Список, разумеется, не полный. Когда закончим опыт, увидишь.

Кавакита отпечатал серию инструкций, и по экрану компьютера поплыли данные: быстрый волнообразный поток единиц и нулей.

— Можно отключить монитор, — сказал Кавакита. — Но мне нравится смотреть, как поступают данные от секвенатора генов. Красиво, будто смотришь на реку, в которой водится форель.

Минут через пять поступление данных прекратилось, цифры исчезли с голубого экрана. Затем на нём появилось лицо Моу из «Трёх простофиль», оно говорило через динамик компьютера: «Думаю, думаю, но ничего не получается!»

— Это означает, что программа работает, — сказал Кавакита, посмеиваясь собственной шутке. — Работа может продолжаться до часа, продолжительность процесса зависит от того, насколько далеко друг от друга отстоят виды.

На экране вспыхнула надпись:

ПРИБЛИЗИТЕЛЬНЫЙ СРОК ЗАВЕРШЕНИЯ:

3.03.40.

— Шимпанзе и человек очень близки — у них девяносто восемь процентов одинаковых генов, — поэтому результат должен появиться быстро.

Над головой Моу внезапно вспыхнула лампочка.

— Готово, — объявил Кавакита. — Поглядим на результаты.

Он нажал клавишу. На экране появился текст:

ПЕРВЫЙ ОБРАЗЕЦ:

Вид: Pan troglodytes Род: Pan

Семейство: Pondigae Отряд: Primata Класс: Mammalia Тип: Chordata Царство: Animalia

ВТОРОЙ ОБРАЗЕЦ:

Вид: Homo sapiens Род: Homo

Семейство: Hominidae Отряд: Primata Класс: Mammalia Тип: Chordata Царство: Animatia ПОЛНОЕ СОВПАДЕНИЕ ГЕНОВ: 98, 4%

— Хоть верь, хоть не верь, — сказал Кавакита, — идентификация этих двух видов произведена исключительно по генам. Я не сообщал компьютеру, что представляют собой организмы. Это хороший способ убедить скептиков, что экстраполятор не просто хитроумное приспособление. В общем, сейчас мы получим описание, как ты выразилась, недостающего звена.

Морфологические характеристики промежуточного вида:

Объём мозга: 750 куб. см.

Двуногий, прямостоящий

Большой палец руки противопоставляется остальным

Большой палец ноги не противопоставляется

Половой диморфизм ниже среднего. Вес взрослой мужской особи: 55 кг. Вес взрослой женской особи: 45 кг Срок беременности: восемь месяцев. Агрессивность: от низкой до умеренной. Эстральный цикл у женской особи: подавленный

Перечисление продолжалось, становясь всё более и более невразумительным. После «остеологии» Марго почти ничего не могла понять.

Атавистический париетальный вырост

Сильно редуцированный подвздошный выступ

10 — 12 торакальных позвонков

Способный частично вращаться большой вертлуг

Выступающая кромка глазницы

Атавистический лобный вырост с выступающими скуловыми выростами

Это должно выглядеть угрюмо, подумала Марго.

Дневной

Пристрастно или серийно моногамен

Живёт кооперативными сообществами

— Брось ты. Как может твоя программа определить что-то наподобие этого? — спросила Марго, указывая на «моногамен».

— По гормонам, — ответил Кавакита. — Существует ген, кодирующий гормон, который наблюдается только у моногамных млекопитающих. У людей этот гормон имеет отношение к парной связи. Его нет у шимпанзе, отличающихся беспорядочными совокуплениями. К тому же в данном случае эстральный цикл у женских особей подавлен — это тоже наблюдается только у сравнительно моногамных видов. Программа использует целый арсенал средств — алгоритмы искусственного интеллекта, неформальную логику, — чтобы интерпретировать воздействие всего набора генов на поведение и внешний облик предполагаемого организма.

— Алгоритмы искусственного интеллекта? Ничего не понимаю, — призналась Марго.

— Ну и ладно. Не обязательно знать все тонкости. Сводится всё к тому, чтобы заставить машину мыслить более личностно. Компьютер выдаёт научно обоснованные догадки, пользуется интуицией. Например, слово «кооперативный» экстраполировано по результату наличия или отсутствия примерно восьмидесяти различных генов.

— И это всё? — шутливо спросила Марго.

— Нет, — ответил Кавакита. — С помощью этой программы можно определить размеры, внешний вид и поведение одного организма, введя ДНК одного существа, а не двух, и блокировав логику экстраполяции. Если финансирование не прекратится, я собираюсь добавить к этой программе два модуля. С помощью первого можно будет экстраполировать один вид в прошлое, второго — в будущее. Другими словами, мы сможем больше узнать об исчезнувших существах и приблизительно представить себе существа будущего. — Усмехнулся. — Неплохо, а?

— Потрясающе, — ответила Марго. Ей казалось, что её научная работа по сравнению с этой выглядит совершенно незначительной. — Как ты до этого додумался?

Кавакита заколебался, глядя на неё с лёгким подозрением.

— Когда я только начал работать с Фроком, он пожаловался на пробелы в списке ископаемых. Сказал, что хотел бы их заполнить, узнать, что представляли собой промежуточные виды. Тогда я написал эту программу. Большинство таблиц дал мне он. Мы пытались испытывать её на различных видах. На генах шимпанзе и человека, а также на бактериях, о которых имеется много генетических данных. Затем произошло невероятное. Фрок, старый дьявол, ожидал этого. Я — нет. Мы сравнили домашнюю собаку с гиеной и получили не плавные промежуточные виды, а причудливые биологические формы, совершенно отличающиеся как от гиены, так и от собаки. То же самое произошло и с некоторыми другими парами видов. Знаешь, что сказал на это Фрок?

Марго покачала головой.

— Просто улыбнулся и произнёс: «Вы теперь видите подлинную ценность этой программы». — Кавакита пожал плечами. — Понимаешь, моя программа подтвердила его теорию «эффекта Каллисто», показав, что мельчайшие изменения в ДНК иногда могут вызвать чрезвычайные изменения в организме. Я слегка обиделся, но таковы уж методы Фрока.

— Понятно, почему он так хотел, чтобы я воспользовалась этой программой, — сказала Марго. — Это революция в изучении эволюции.

— Да, только на это всем наплевать, — с горечью ответил Кавакита. — Сейчас всё, связанное с Фроком, напоминает поцелуй смерти. Очень обидно вложить во что-то душу, а потом не удостаиваться внимания научного мира. Знаешь. Марго, между нами говоря, я подумываю уйти от Фрока и присоединиться к группе Катберта. Полагаю, что смогу забрать большую часть своих исследований. Советую и тебе подумать о таком варианте.