Реквием
Шрифт:
— Что ты от меня хочешь? — я обессиленно посмотрела на неё.
Отражение указало на мой карман и снова заулыбалось, так глупо и не к месту. Она становилась мне противна, но лучше находиться с ней, чем с тем исчадьем ада.
— Ну что ты улыбаешься?! — Я поднялась и заковыляла к ней. — Что ты хорошего видишь?
Отражение достало из нагрудного кармана фотографию, одну из немногих, где мы с Семёном были вдвоём, без остальных.
— Он ушёл, — у меня накатились слёзы. — Он не вернётся! Мы его больше не найдём! Слышишь?!
Моё альтер-эго удивилось и снова тыкнуло мне в карман, а затем приложило руку к уху, делая вид, что разговаривает по телефону.
— Что там?! — Я нервно заёрзала рукой в кармане и нащупала безделушку Семёна. — И что? Что мне с ним делать.
Мой образ пожал плечами и испарился, словно растворился в воздухе, оставив меня одну. В руках я держала пластмассовый прямоугольник с кажется, стеклянным экраном. Я вновь опустилась на лавку и начала водить по нему рукой.
— Да какой же это телефон, — хмыкнула я. — Как по нему вообще разговаривать?
На боковой стороне предмета обнаружились три кнопки, две маленькие и одна побольше. Я потыкала на маленькие, а затем нажала и на большую. Странный предмет засветился, а на экране появилась надпись: «Внимание! Низкий уровень заряда батареи — осталось 5%».
Я тыкнула пальцем на экран, и табличка исчезла, моему взору предстала картинка с изображением жёлтой рожицы на чёрном фоне и надпись внизу на английском: «Nirvana». Вокруг рожицы было много всяких значков, так много, что у меня разбежались глаза.
— Га-ле-ре-я, — прочитала я по слогам непривычно-маленький текст. — Интересно.
Я снова тыкнула пальцем на значок и экран преобразился — на нём появилось множество разных квадратиков с маленькими фотокарточками. Я нажала на первую и она увеличилась. На ней, Семён сидел в какой-то грязной комнате и пытался закрыть лицо руками, отворачиваясь от камеры.
Следующая фотокарточка была с странным треугольником в белом кружочке, я нажала и на него.
— Хватит меня снимать! — Из вещицы раздался голос Семёна. — Не смешно!
— Сём! — Я тряханула этот телефон. — Сём ты слышишь?!
— Артём, я тебя сейчас убью! — изображение на экране затряслось. — Хватит!
Звук прекратился, и я расстроенная, листала галерею дальше. Правда, дальше шли какие-то странные рисунки, не менее странных девушек, иногда одетых очень вызывающе. В конце концов мне надоело, и я начала искать выход из этой галереи, чтобы вернуться к значкам.
Нажав на какую-то стрелочку, я вернулась к началу и пробежалась глазами по экрану, меня заинтересовала иконка в виде блокнота.
— Заметки, — прочла я. — Ну-ка.
Заметок у Семёна оказалось немного, всего три и одна, явно не представляла из себя ничего интересного, а вот следующая меня зацепила, называлась она: «Бежать!»
«Чертовщина! Какие пионеры, какой лагерь?! Это что розыгрыш какой-то?! Почему никто не говорит мне, что это за место? Славя, Алиса, Ульяна, Мику, Ольга Дмитриевна — кто все эти люди?! А эта молчаливая Лена, вообще меня напрягает, смотрит постоянно, словно хочет убить…»
— Нет! — Возмутилась я. — Как ты мог такое подумать?!
«Нужно выбираться, искать выход! Это же имеет какое-то объяснение. Или нет? Я жутко запутался, как же не хватает гугла, может узнал бы чего…»
— Кто такой гугл? — Я расслабилась, читая его записки. — Имя какое странное, иностранец, наверное.
«Ладно, завтра разберусь, сегодня я уже ничего не воспринимаю нормально, нужно отдохнуть. Надеюсь меня никто ночью не придушит».
— И что тебе это дало? — Я засмеялась. — Что ты нашла?
— Нет, я не хочу…
— Не от тебя зависит, — ответила я сама себе. — Эта молчаливая идиотка никак тебе не поможет.
— Уходи! — Закричала я. — Отстань от меня.
— Я — это ты, — снова раздался смех. — Я не могу уйти.
— Ты уйдёшь, — я снова достала из кармана таблетки. — Я заставлю тебя.
— Ты и вправду такая безмозглая? — Я спросила саму себя.
— Ты уйдёшь…
***
Задёрнутые шторы не пропускают последние лучи вечернего солнца, никогда не любила много света, он меня всегда раздражал, с самого детства. Я сижу на мягком ковре, а рядом сидят две куклы, я их очень любила.
Мне шесть лет и это был мой типичный день — бабушка спала в зале, как всегда громко храпела. Скоро, вот-вот должен прийти папа, которого я жду на протяжении двух месяцев. В руках у меня книга, какая-то глупая сказка с счастливым концом.
Мне так нравилось читать вслух, нравилось, что меня кто-то слушает, даже если это были всего лишь куклы. Я представляла, что они любят меня, что, если я не прочитаю им сказку, они сильно расстроятся и не смогут заснуть.
Раздался звонок в дверь, и я на всех порах вылетела из комнаты, затаила дыхание в преддверии встречи с отцом. У двери уже стояла бабушка и недовольно ворчала, она несла книжку, за которую папа её сильно ругал.
На пороге стоял усталый отец, он облокотился на косяк и стянул с себя фуражку. Я тянула к нему свои короткие руки, но он лишь потрепал меня по волосам, надел свою фуражку на меня и всучил пакет с конфетами.
— Жрать будешь? — Грубо спросила бабушка.
— Спасибо, нет, — он снял шинель, сапоги и прошёл в зал.
— Ну что, сколько народу пострелял сегодня, душегуб? — Иронично усмехнулась женщина.
— Мама, — он всегда делал ударение на последний слог. — Прекращай уже.
— Не нравится? — Она села напротив него. — Правда глаза колит?