Чтение онлайн

– А если прихватят? Потащат в милицию, станут вопросы задавать и что тогда?

– А тогда я полезу в карман и достану эту синенькую бумажку, типа простите, товарищ милиционер, больше не буду - Алексей опять гаденько оскалился и помял пальцами пятирублёвую купюру.

Соболев тоже хихикнул, а про себя подумал, что в прежней жизни, случись ему нарваться на подобного уличного барыгу, с удовольствием сдал бы в милицию.

– А если ещё раз застукает и не уличный постовой, а сотрудник ОБХСС?

– Тогда несколько таких бумажек, - не растерялся Печа, - не в первой.

Около одиннадцати утра, Соболев занял свой пост. Леша предупредил, что на продажу единицы товара в среднем уходит полчаса, потому напарник обязан находиться неподалёку и держать наготове очередной зонтик. В сумке, в довесок к основному импорту, лежало несколько пачек сигарет, коробка духов, несколько пар колготок, да блок жевательной резинки. Для начала прогулялся по этажам ГУМа. По выходу перехватил требовательный взгляд подельника и ускорил шаг до назначенного места встречи.

– Процесс пошёл. Давай пару зонтов и "Мальборо", - Печугин подмигнул и энергично зашагал назад к лакомому пятачку у входа в универмаг.

К четырём часам в сумке осталось невостребованная пара пачек сигарет и духи. Радостные возвращались домой.

– А я что говорил? Вот держи, честно заработал, - спекулянт протянул Соболеву сторублёвку с портретом Ленина и двадцать рублей мелкими купюрами.

Соболев подумал, что зарабатывал в лаборатории немного больше, но в месяц. Звание и выслуга не в счёт, но ещё один такой "коммерческий выезд" и совокупное месячное жалование будет перекрыто. Как оперативник, Соболев отдавал отчёт, что рано или поздно Печугин нарвётся на принципиального оперуполномоченного, наведут справки, пробьют по базам и к бывшему осуждённому появятся вопросы. В глубине души, надеясь, что подобное случится не скоро, настраивался на ежедневные вахты с утомительными челночными рейсами. Подошли к дому, деда в кругу доминошников не обнаружили.

– Должно быть пошёл перекусить и жахнуть стопарик, - вслух прокомментировал внук.

Невзрачный мужичок с пожизненным клеймом бухарика оторвался от игры и бросил:

– Нет, не хавать - к Мятому два фраера заявились, видать по делу.
– заметив, как Лёша нахмурился, игрок добавил, - Твой дедок сам их в гости пригласил, под руки не тащили.

Соболев занервничал.

– И часто к деду гости приходят?

– Ну, соседи, перехватить трёшку до получки, участковый пару раз наведывался, ну и кое-кто из сидельцев, редко. Сейчас спрошу, - и обращаюсь игроку поинтересовался, - не мусора?

– Молодые оба, морды не казённые, не похожи на ментов.

Соболев завертел головой - проверился. Любая новая ситуация, незначительное изменение жизни, автоматически настораживала. Наверно у любого беглеца, обостряется чувство опасности, изгой чувствует себя неуверенно, а страх держит в постоянном напряжении.

– Ты сходи домой один, я подожду четверть часа, если не выйдешь, значит засада и я сваливаю. Ты меня не видел, я тебя не знаю. Иди Лёша, твоих денег мне пока хватит. В городе загляну на твоё место у ЦУМа. На всякий случай, пока, спасибо за помощь.

Печугин кивнул и неуверенно двинулся к парадной. Соболев ещё разок осмотрелся и спрятался в кустах. Сквозь ветки ему была видна вся площадка и двери парадной. Посмотрел на часы, Печугин вышел через десять минут и не увидев приятеля растеряно осматривал площадку. Виктор раздвинул зелень кустов и

окликнул.

– Ну что?

– Тут вот какое дело, Витя. Это не менты, сказали, что специально приехали из Питера и хотят тебе помочь. Что давно знакомы с тобой. Один обозвался странной кликухой Попаданец, второй - Лаборант. Я им толкую, мол ты пошёл в магазин. Они - ничего подождём. И всё мой старый козёл раззвонил: "где Витьку потерял, ведь уходили вдвоём". Ну, как, зайдёшь? У деда нюх на мусорских особый, иначе не пригласил.

Соболев внутренне усмехнулся, что бы Печа сказал, если узнал про службу в КГБ? "Ваш нюх братцы уголовнички притупился. А сам-то кто? Без пяти минут зек, диверсант и предатель". Стало быть Петрушевский с Чистяковым пожаловали, сперва заложили теперь типа парламентёры или оной мотив? Как узнали? Молнией мелькнуло: значит где-то рядом Серебряков. Ладно, была не была, что будет, тому не миновать. Сухо бросил:

– Пошли, коли не менты, потолкуем.

На кухне оживлённо разговаривали, раздался взрыв хохота. Соболев растерялся, ждал напряжённой тишины, а тут смеются, толь что песни не поют. Жестом показал Печугину, подожди в коридоре и резко распахнул дверь. Смех оборвался. Мятый как бы в оправдание кивнул на Чистякова.

– Весёлый у тебя Витя знакомый - анекдоты травит похлеще иного.

Соболев мрачно глядел на нежданных гостей, вид у него далеко не благодушный и это дед сразу понял.

– Да, анекдоты травить Витя умеет и не только...

Он сунул руку в карман. Петрушевский приподнялся и побледнел.

– Не волнуйся Дима, ствол вернулся по назначению, я не бандит, а учёный, если ты не забыл. Раз дёрнулся значит в курсе. Хозяин, я подсяду если не возражаешь? Лёха заходи, поговорим.

Соболев почувствовал некоторое облегчение, это пока не группа захвата во главе с очень злым Ерохиным, впрочем, того отстранили. А Соболеву какая разница, пришлют другого мордоворота. Печугин старший предложил выпить. Молча опрокинул в себя стакан, закусил, за ним Печа и дед, гости вторично отказались, объяснив причину. Ага, отложилось в мозгу, стало быть оба за рулём, это обнадёживало, но начинать важный только для троих разговор не торопился. Первым подтолкнул события Петрушевский:

– Витя, я бы на твоём месте не засиживался. Тебя плотно ищут, предлагаю покинуть гостеприимных хозяев и продолжить разговор у меня в машине.

– Дай перекусить на дорожку, товарищ Петрушевский. Сам знаешь с харчами в местах не столь отдалённых напряжённо.

Петрушевский среагировал на подколку и зло резанул:

– Лучше с голодным брюхом на свободе, чем с баландой за решёткой.

– Да ладно вам собачится, мужики. Вроде как помочь приехали, - попытался сгладить обстановку Мятый.