Регент
Шрифт:
Тем не менее он быстро набирал очки. Светозару он заявил, что одной из важнейших целей государства станет продвижение в Галактику православия. После увлекавшегося сайентологией Владислава он не мог не обрести в лице патриарха своего горячего сторонника.
Послам он объявил, что основой международной политики новых росских властей станет принцип территориальной целостности всех без исключения галактических держав и мирное сосуществование с ними.
К такому лозунгу послы, естественно, придраться не могли.
Даже дипломатический представитель Великого Мерканского Ордена не позволил себе никаких демаршей, связанных с законностью восшествия Остромира Первого на росский престол.
Хотя это миролюбие, разумеется, не обманывало Осетра. Было ясно, что Владислав Второй скрылся у сайентологов и рано или поздно, заручившись поддержкой Вершителя, попытается отвоевать утерянный трон.
Другого варианта для него просто не существовало.
После встречи с представителями Генерального Штаба и Адмиралтейства у Осетра стало много больше горячих сторонников среди военных. Ибо экспансионистская политика, которую собиралась впредь проводить Росская империя, дабы вернуть утраченный международный авторитет, могла оцениваться ими только и исключительно положительно.
После встречи с наиболее авторитетными в империи финансовыми и промышленными воротилами у регента появилось доверие и в деловом мире. Ведь не секрет, что как раз финансисты и промышленники испытывали наибольшее сомнение в организаторских качествах нового правителя.
Впрочем, Осетр начинал догадываться, что причина не только и не столько в его политике обещаний. Деловые люди не слишком верят обещаниям, они предпочитают проверить человека именно в делах.
Нет, причина тут крылась в личном обаянии регента, в его умении заразить собеседников верой в открывающие перспективы.
И он, в который уже раз, подумал о том, что судьба выбрала его для неведомой роли, о которой пока можно было лишь догадываться.
А впрочем, какие там догадки! Пока что он должен вернуть международный престиж родной державе, а там видно станет.
Он долго думал, стоит ли менять собственную фамилию.
Душа к такому поступку не лежала.
Старший лейтенант войск планетной обороны Воимир Приданников был героем, а полковник лейб-гвардии гусарского полка Владислав Романов – известно кем.
И в обычной жизни Остромир никогда бы не поменял имя липового отца на имя отца биологического. Но то – в обычной жизни! А для наследника престола правильнее носить династическую фамилию.
Тем не менее он не стал принимать это решение самостоятельно. Спросил совета у Засекина-Сонцева.
А для того и проблемы не существовало.
Конечно, впредь ты должен называться Романовым, сынок! С политической точки зрения, это всесторонне лучше. Ибо галактическим державам гораздо сподручнее иметь дело с Романовым, а не с Приданниковым… Обстоятельства забудутся, а фамилия останется.
Но окончательное решение, сынок, принимать тебе самому!
Видимо, Дед хотел устроить регенту еще одну проверку на вшивость.
Через пару дней после этого разговора личный юрист регента (появился у него и такой) подал заявление в петергофский суд с просьбой сменить своему клиенту фамилию и отчество.
В качестве доказательства прикладывались результаты генетического анализа императора Владислава Второго и истца Остромира Приданникова.
Конечно, судья мог прибегнуть к тактике проволочек – ввиду невозможности вызвать на судебное заседание Владислава Романова – но, видимо, он тоже понимал необходимость смены политического курса Империи.
И уже через неделю после подачи заявления Остромир Воимирович Приданников стал Остромиром Владиславовичем Романовым.
Глава пятьдесят пятая
В круговерти каждодневных дел он не позабыл встретиться и с президентом Росской академии наук.
Однако прежде побеседовал с новым министром имперской безопасности графом Охлябининым.
Темой беседы стала ситуация с фундаментальными научными работами в области структуры пространства. Столь важные для поддержания обороноспособности Империи исследования не могли не оставаться в центре внимания министерства безопасности.
В результате Осетру стало известно о разногласиях, существующих между нынешним президентом Академии наук Алексеем Петровичем Соболевским и молодым профессором кафедры структуры пространства Сахаровского университета Константином Комаровым.
После чего последовал немедленный вызов Комарова на аудиенцию к регенту.
Он оказался довольно молодым человеком лет тридцати пяти – из тех росских талантов-самородков, что страна рождала во все времена. И как всякому самородку ему пришлось пробиваться сквозь плотные ряды профессионалов, занимавших свое место уже только потому, что родились в семьях ученых и изначально обладали связями, какими упомянутым самородкам приходилось обзаводиться годами, а то и десятилетиями упорного труда.
Ученый сразу понравился Осетру.
Присутствовала в нем некая основательность, более свойственная пожилым академикам, и явная вера в свои силы.
И поддавшись голосу интуиции, Осетр рассказал ему историю бегства бывшего императора (не вдаваясь, естественно, в имена и подробности происшедшего).
– Ваше высочество, – воскликнул Комаров, – это говорит об одном: моя теория структуры пространства верна! Согласно доминирующим в настоящее время научным взглядам, апологетом которых является господин Соболевский, римановы туннели образуются случайным образом, следуя основным постулатам теории хаоса. Я же считаю, что туннели можно проложить из конкретно заданной пространственной точки в другую заданную точку. Увы, для нашего академического сообщества главным является то, что мои постулаты совершенно противоречат теории хаоса… Вы не подумайте, ваше высочество, что я жалуюсь на соперника, но ошибка научного руководства может стать ошибкой руководства политического, а значит, и всей страны. Судя по вашему рассказу, кто-то уже освоил перемещение по Галактике с помощью рукотворно создаваемых римановых туннелей. А если учесть, что у нас не существует средств обнаружения этих пространственных образований…
– Подождите, профессор, – прервал его Осетр. – Что значит «не существует»? Мы же пользуемся этими вашими туннелями! Они отмечены на всех картах, присутствуют во всех лоциях…
Комаров позволил себе легкую усмешку.
Впрочем, надо полагать, ученый и не отвлекался на соображения, что он может позволить себе, а что не может.
У него тоже имелась интуиция. И она говорила, что судьба свела его с человеком, который может изменить всю жизнь Комарова.
– Ваше высочество! Мы пользуемся римановыми туннелями, образованными самой природой. Мы открывали их местоположение в течение полутора веков методом многочисленных наблюдений гравитационной обстановки в конкретных участках пространства. Если мы не представляем себе само существование рукотворных туннелей, как мы можем говорить о средствах наблюдения за ними?