Чтение онлайн

– А пиво? – спрашиваю.

– Тебе ещё и пиво? – удивился Сомов. – Ну, вообще наглые…

А ещё он мне замок на сапоге отремонтировал, пудреницу старинную мамину заклеил, самурайке один раз колесо подкачал – принёс насос из своего витары и подкачал; на смарт клёвую читалку установил, а то я мучилась; Сергею Игоревичу новый телевизор настроил и на антенну и на вайфай, и потом к Вере зачем-то два раза приходил и второй раз с клавиатурой – видать, на её ноуте без кириллицы фигoво ему работалось. Клавиатура после этого так и осталась лежать на подоконнике на всякий случай.

Вот когда я его попросила телек профессору настроить, тогда мы пива и напились. Разливного светлого с корюшкой. Пока Сомов с антенной возился, съездила я за пивом и рыбой в "Пивную заставу", где впервые в жизни и закупила эти продукты, руководствуясь Сомовскими инструкциями. Для мужиков, наверное, ничего приятней на свете нет, чем когда девушки для них за пивом бегают.

И вот, зная, что и как Сомов с компами для всех в универе, и для универа тоже, делает, и, зная его безотказность, универсальность и ответственность, я и решила: предложу-ка Сомову поработать с нами в качестве админа. Уже не за пиво, конечно, а за зарплату, пусть и не великую, но вполне достойную.

Так ему и сказала:

– Сомов, я тут фирму зарегистрировала и собираюсь деньжищи лопатой грести и мне в эту фирму нужен человек, по фамилии Сомов, за зарплату, о которой сейчас договоримся. Будешь на меня эксплуатироваться?

– А что делать?

– Всё! – сказала я. – Корпоративная сеть, телефония, связь, интернет, серверы, видеонаблюдение, охранка, компьютеры у всех на рабочих местах, дома и в командировках, сайт, программное обеспечение, офисное оборудование и всё должно работать, как часы. Фирма юридическая, так что станков с ЧПУ не будет.

– А выделенная серверная будет, где я пиво тайком от начальства пить смогу?

– Будет.

– Согласен.

– А зарплата? – спросила я.

– А с зарплатой и подавно.

Вторым в списке был бухгалтер. Как только фирма регистрируется, отчётность по ней нужно сдавать.

– Когда я стажировалась в Шлюмберже, то познакомилась с одним бухгалтером... – начала Вера.

– А как ты там проходила стажировку? – спросила я. – Ты разве и в самом деле училась в колледже?

– Нет, конечно, – Вера потёрла пальцем нос. – Это у нас с Дмитрием легенда такая была разработана. Колледж, стажировка. Когда я работу на фрилансе стала искать, то нужно же было хоть какое-то резюме предоставить. А Дима в то время для Шлюмберже на Зелёной Горке проект ландшафтного дизайна их территории делал – благоустройство, проезды, ограждения, пруд, зона отдыха, гостевой коттедж, освещение, зелёные насаждения и тому подобное. Потом это всё воплощалось с привлечением различных подрядчиков, а меня Дима попросил заняться учётно-финансовой стороной, и я часто и много общалась и онлайн и очно с бухгалтером из Шлюмберже – Авдониной Ларисой Геннадьевной. Она тогда беременная была и как-то в разговоре обмолвилась, что в декрет-то она уйдёт, но обратно её уже вряд ли возьмут, не знаю уж почему, а ей после декрета, мол, надо расти и карьеру делать. Она была вполне компетентна и очень продвинута в бухгалтерских программах. Свободно в них ориентировалась. Мне по своей фрилансерской работе поначалу много пришлось с бухгалтерами дело иметь – большинству из них я бы должности бухгалтера в своей фирме не предложила. А Ларисе можно. И время последекретное вроде уже подходит. Может ей предложить? На начальном этапе ничего особо сложного быть не должно, и с нуля всегда проще, чем старое разгребать. Я могу найти её контакты.

– Найди, конечно. Сама и поговори – предложи бухгалтером в новую фирму в одном лице, но с перспективой расширения и занять в дальнейшем должность главбуха.

Третьим пунктом стоял секретарь-делопроизводитель.

На эту должность ни у меня, ни у Веры кандидатур не было.

– Давай, просто определимся, кто нам нужен и потом объявим вакансию, – предложила Вера. – начнём с пола.

– Однозначно, женский.

– Ты не феминистка?

– В каком смысле?

– Это я пошутить попробовала.

– Тогда феминистка, – заявила я.

– Возраст?

– Не знаю. А ты как думаешь?

– От двадцати пяти до тридцати пяти.

– Ого! Хотя, наверное, да. Кстати, а Ларисе твоей сколько сейчас?

– Двадцать восемь.

– Так… Значит, двадцать пять, симпатичненькая, улыбчивая...

– С хорошими зубами, – сказала Вера. – И без очков.

– А может она в линзах будет?

– Грамотный русский, уверенный английский, – продолжила Вера.

– И ангельский голос, – хихикнула я.

– Замужем или нет?

– Не знаю. Может, разведена? – я махнула рукой. – Ага, а ещё умная, с чувством юмора, без вредных привычек, без пирсинга в носу и блондинка, которая разбирается в живописи, любит читать Сартра, слушать Рахманинова и коллекционирует открытки с Дон Кихотом… И где мы её, такую, найдём? Таких не бывает.

– А какие у неё будут обязанности? – поинтересовалась на всякий случай Вера.

– Встреча посетителей, ответы на звонки и обращения, корреспонденция, организация работы офиса, обеспечение переговоров, ну, и всякая текучка – наличие в туалете бумаги, в кулере воды, у водителя бензина, у босса чернил, у сотрудников кофе и у всех хорошего настроения. Даже у уборщицы и охранника.

– Не многовато?

– Первые полгода, а то и больше, в нашем международном офисе кроме меня, Сомова и грязных отделочников и грузчиков, никого не будет. Только Сартра и читать.

О юристах мы пока даже и не заикнулись. Нечего в юридической фирме делать юристам, пока фирма не готова к работе.

Если в Тампе произошло то, что произошло, хотя не факт, что в этом именно Тамп виноват, а не что-то ещё во Вселенной, то почему произошедшее повлияло только на Ритку? Никаких подтверждений этому не было. Воздействию могла подвергнуться не одна Ритка и подверглась, скорее всего, не одна. И поэтому мы обсуждали практически бесконечное множество вариантов, начиная от количества попавших под воздействие и заканчивая местом и временем их рассеяния. Легко было предположить, что сейчас по Новосибирску, а то и по всей планете, разгуливают множество людей, сигомов и киборгов. Они же где-то рядом с нами!

Конечно же, я периодически делилась своими соображениями с Верой.

– Я об этом задумалась где-то спустя час после того, как сюда попала, – сказала Вера. – Если инцидент был массовый или, лучше сказать, множественный, то это никак не могло остаться незамеченным. Но время идёт, а никаких ни прямых, ни косвенных подтверждений этому нет. Вот уже больше четырёх лет нет. Значит, какой делаем вывод?

– Если инцидент множественный, то все попали в разное время и в разные места. И куда бы ни попали, им должно было повезти так же, как и тебе.