Реальность
Шрифт:
– Мистер Холл, доброе утро – Джон вошёл в булочную.
– Привет, Мэт. Что-то ты поздно сегодня, да и вчера не заходил?! Всё хорошо у тебя?!
– Всё в порядке, только память вот подводит в последнее время…
– Да у меня это постоянно Мэт, говорят мозг пытается таким образом почистится от лишней информации – засмеялся пекарь.
– Да, или даёт сигналы, что он умирает…
– Что говоришь Мэт?!
– Налей ка мне кофе мистер Холл…
– А булочку к кофе, вот эти возьми – показал Холл на круглые, небольшие булки в корзине на прилавке – Только вот с печи.
– Хорошо давайте, попробую, я как раз не завтракал…
– Выбирай пока булочки, а я кофе сварю…
Джон наклонился над корзиной с булочками, чтобы выбрать и услышал голос Холла.
– Просыпайся Джон, или мы будем вынуждены тебя отключить! Джон удивлённо поднял голову и посмотрел на мистера Холла.
– Что ты сказал сейчас Холл?!
– Я говорю, тебе кофе со сливками или просто чёрный?!
– Ты только это сказал?!
– Да, ты что Мэт?!
– Всё нормально. Кофе готов Холл?
– Вот возьми, пожалуйста. Сливки?
– Да… И булочку выбери мне, на свой вкус…
Джон вышел из булочной, в руке у него был бумажный стакан с кофе и пакет с выпечкой, он осмотрел улицу и сделал глоток горячего напитка. Джон решил сесть у берега на лавку, это было недалеко от того места, где он обычно сидел, только сейчас было прохладно, чтобы сидеть на земле у камня.
Джон допил кофе и поставил стакан на рядом с собой на деревянную лавку, на секунду закрыл глаза, он чувствовал запах солёного океана, как ветер обдувал его лицо, кофе тоже было вкусное и горячее, что обжигал его язык.
Почему же Джону казалось, что он будто бы во сне. Такое ощущение у Джона, появилось после того, когда он, не мог вспомнить, как пришёл в город. Мелькали короткие вспышки воспоминаний в голове, опять и опять перед глазами было лицо Николь, он совсем стал забывать о её гибели…
Джон открыл глаза, он видел перед собой лес, тот самый лес, перед своим домом и Николь в чёрном, летнем платье. Она шла из глубины леса, между деревьев, Джон пошёл к ней на встречу.
От чего-то стало очень тепло, Джон не чувствовал ветра, только тёплые лучи солнца. Николь шла к Джону тихо, не торопясь, он пытался побежать, но ничего не получалось, ноги были ватными и тяжёлыми. Вдруг Николь остановилась, но Джон продолжал идти, но от чего-то, Ники отдалялась от него, с каждым шагом все дальше. Джон хотел позвать Ники, но голоса не было, а он всё отдалялась от него, с каждой минутой она становилась, исчезала, вскоре Николь совсем исчезла.
Джон встал среди леса, лучи солнца, пробивавшиеся сквозь ветки деревьев, уже не грели, стало ужасно холодно, в воздухе не чувствовалась жизнь, Джон больше не помнил себя и не осознавал, наступила темнота.
Дом на французской улице
Николь Хамел, переехала год назад, вместе с мужем в штат Луизиана город Новый Орлеан на юге востоке штата, город находится на реке Миссисипи вблизи мексиканского залива. В одном из построенным в испанском стиле, в самом из старинных домов поселились Николь и Джон.
Николь познакомилась с Джоном ещё в университете, они учились на психиатров, только области у них были разные, Николь психолог, Джон психиатр, там они поняли что не могут уже друг без друга, после окончания университета они поженились, сначала работали и жили в Нью-Йорке, потом решили переехать в Луизиану, им всегда нравился Новый Орлеан, постоянно приезжали на карнавальный вторник «Морди Гра».
Николь с Джоном считали, что это лучший карнавал на земле, особенностью этого фестиваля были бусы, которые кидали все с балконов и террас домов, бусы, по поверьям защищали дом от злых духов. Николь было невысокого роста, светлые волосы средней длины и голубые глаза, кукольной внешностью она не обладала, но всё же была красива, весёлой и готовой к приключениям, эти сочетание в Николь привлекало Джона.
Джон, совсем нескромная натура, он высокий кареглазый брюнет с подтянутой фигурой, вместе с Николь, после работы посещали тренажёрный зал в добавок по выходным бегали по утрам «в здоровом теле здоровый дух», был их девизом. Николь с Джоном готовились к завтрашнему фестивалю, наконец то теперь они будут, со своего балкона наблюдать за праздником.
– Джон, ты закончил?
Николь зашла в кабинет мужа, Джон сидел у себя за письменным столом и что-то печатал по работе.
– Почти дорогая! Запаслась бусами? Закидаем завтра весь квартал с нашего балкона.
– Нас после фестиваля пригласили Томсоны к себе, сходим?
– Почему нет, сходим.
Супруги уже год жили в старинном доме на французской улице, они переезжали в Новый Орлеан после карнавала.
– Заодно отметим годовщину как мы сюда приехали Джон!
Николь подошла к мужу и села ему на колени.
– Уже год прошел сумма сойти?! – сказал Джон, обнимая жену – Я сейчас закончу и пойдем ужинать Николь!
– Отлично, жду тебя.
Николь встала, поцеловала мужа и вышла из кабинета. Следующим утром Джон на кухне готовил завтрак жене и себе, яичница с беконом – это его лучшее блюдо, которое он мог приготовить.
– Как вкусно пахнет.
Николь спустилась с комнаты со второго этажа, на кухню и села за стол. Джон поставил тарелки с едой и сам сел на высокий стул, напротив Николь.
– Старался как мог – улыбнулся Джон.
На улицах за окном уже слышались звуки джаза, собирался народ к фестивалю, Джон и Николь ближе к вечеру нарядились в характерные карнавальные костюмы и вышли на террасу дома.
Улица города были все перекрытые никто уже не работал люди играли в карты, наряжались в бусы, не нарушая традиции карнавала.
Разливались разные напитки, всё уже было готово к празднованию. Тысячу счастливых глаз и улыбок, у всех на шее висели бусы целыми гроздями.
– Джон, посмотри в низ – Николь показала Джону как парень под террасой задрал кофту, оголив свой неспортивный торс.
– О, парень, так уж и быть – прокричал Джон парню и бросил ему бусы – Лови!
Веселье набирало обороты, огромное количество людей веселились, заряжав при этом друг друга счастьем, в этом году Николь с мужем решили праздновать не в толпе, а смотреть на все сверху из дома. В разгар веселья Джон заметил, что внизу среди толпы стоит мужчина индеец, Джон решил что это карнавальный костюм, индеец пристально смотрел на Джона не отводя глаза, немного присмотревшись Джон заметил что на нём рваная старая одежда.