Чтение онлайн

Разлив по лицу фальшивую улыбку, я промолчала, в третий раз обернувшись. Они шли рядом. Донун и Джесоб. Я ещё с первого взгляда когда-то заметила, что на Йесона мальчик не похож. Совсем. Но сходство с Донуном мне открылось только сейчас. Они действительно были очень похожи. Да нет, это всё ерунда. Такого не может быть! Эта незнакомая регистраторша ляпнула, а я себе уже готова надумать. Чтобы у Йесона был сын не от него и он это проглотил? Ради Бога, только мне это не рассказывайте, я знаю этого собственника и ревнивца. Ему невозможно изменить так нагло. И Йесон достаточно умен, чтобы проверить на тесте ДНК, допустим. О чем я вообще стою и думаю? Забыли. Джесоб не сын Донуна. Пусть даже Донун и был влюблен в жену Йесона, их хитросплетения забытое прошлое, я не знаю и не хочу знать, что конкретно там было. В том-то и дело, что не знаю. Я как-то пыталась задуматься над датами событий жизни Йесона (в ту пору, когда была в него влюблена) и там многое не состыковывалось. Например, Джесоб был старше, чем брак четы Ким… старше, чем брак четы Ким… Я посмотрела на подошедшего Донуна, чмокнувшего меня щеку.

– Ну что, всё, поехали?

– Здравствуйте. – галантно поздоровался со мной Джесоб и в его глазах я въявь увидела глаза Донуна.

– Привет… да, сейчас, сейчас поедем… - я отвернулась, чтобы избавиться от наваждения. Нет-нет, это галлюцинация. Я слишком много думала о детях, в целом и в частности от Донуна, вот и началось. Не настолько же он сам дурак, чтобы не знать, не видеть, что у него есть сын? Что это его сын? Или он знает, но скрывает от меня? Не дай Бог, я же никогда не прощу такой лжи! – Подожди минуточку здесь!

Быстрым шагом я ушла за угол и остановилась, потрогав загоревшиеся щеки. Ещё не забеременела, а уже какие-то припадки и паранойи! Мог ли Донун спать с женой Йесона до него? Ведь Йесон изнасиловал свою супругу… а если он это сделал, когда она встречалась с Донуном? Встречались ли они? Я начала строить безумные предположения. Потом включила свой прагматизм. Он никогда меня не подводил. Я находилась в дорогой престижной клинике, которой пользовались все люди Сеула, у которых было много денег. Семья Йесона, я знала, тоже пользовалась услугами именно этой больницы. А за те годы, что я бываю здесь, я успела сдружиться с заведующей, которая была лишь слегка меня старше. Не в силах удержать себя, я направилась в её кабинет и, постучав, дождалась разрешения и вошла.

– Привет, получила результаты анализов? – она знала, какую подготовку я веду на этих территориях, иногда мы даже созванивались, чтобы мне узнавать всё по телефону, а не по электронке или приезжая сюда. К тому же, иногда она сразу объясняла мне с компетентностью, что к чему.

– Да, там всё хорошо, но я не об этом. – присев на стул на углу её рабочего стола, я положила на него ладони. – Как можно узнать, кто отец ребенка?

– Ну… - смутилась и замешкалась она, но поняла, что я говорю не о себе. – ДНК-тест, как же ещё?

– А как его сделать? Как скоро будет результат?

– Он делается около недели. Нужно сдать соответствующие…

– Подожди-подожди, а просто по крови там, по данным медицинским, этого никак не понять?

– Нет, конечно. – развеселила её моя непросвещенность.

– А если я хочу узнать это анонимно?

– То есть как? Не поняла.

– Ребенок и его родители не должны знать, что их ребенка проверяют.

– Нет, так нельзя, нужно согласие родителей. – серьёзнее заверила она. – Что за мошенническую аферу ты придумала?

– Да это не мошенничество… это очень личное.

– Каким бы личным не было, а без осведомления людей, у которых берутся анализы, такого не провернешь.

– А можно ли узнать, делался уже такой тест на ребенка или нет? – настаивала я.

– Если знать, в какую клинику и лабораторию обращались, то почему бы и нет?

– Мне нужно знать, был ли запрос в вашу клинику. Ты можешь посмотреть по базе? – она удивилась моей настойчивости и одержимости. Я и сама ими была поражена. Прошла целая вечность, когда меня что-то так интриговало.

– Это врачебная этика, медицинская тайна. Мы не можем так вот взять и сказать о чьём-то ребенке…

– Да пойми ты! – я стиснула кулаки, сжала губы. Воспроизвела перед взором Донуна и стоявшего с ним Джесоба. Разомкнула пальцы и взяла её за руку. – У меня есть подозрения, что у моего мужа есть ребенок. Что бы ты сделала на моём месте? Я заплачу любые деньги, только проверь.

Она посмотрела на мои руки, держащие её. На моё лицо. У неё была дочка, она сама была замужем. Каково бы было ей подозревать, что у мужа на стороне дети? Хотя если Джесоб как-то связан всё же с Донуном, то это и стороной-то не назовешь… ведь до меня было. Задолго до меня. Ему было двадцать лет, когда Джесоб родился!

– Ладно, я посмотрю, был ли в нашей клинике тест на нужного тебе ребенка, но результат разгласить я не могу, не проси! Это незаконно.

– Мне достаточно будет, если родители сами сомневались. Пожалуйста. Ким Джесоб, родители Ким Йесон и…

– Сын Ким Йесона? – она откатилась на стуле назад. – Ты мне смерти желаешь? Если он узнает, что я лезла в его личную жизнь и трепалась о ней, он меня в реку Хан с перерезанным горлом бросит. Когда он жену привозил рожать, мы громко разговаривать боялись, все по струнке ходили. Нет, ты шутишь!

– Не такой уж он и грозный, брось! Никто ничего не узнает, я прошу тебя! – мы бы долго ещё спорили, наверное, если бы меня не прервал звонком Донун, спросивший, как долго я ещё буду отсутствовать. Пообещав, что уже иду, я положила трубку. – Юби, пойми, от этого зависит мой брак и наше будущее. Если окажется… я сама уже говорю тебе то, что не хотела бы, чтобы знал кто-либо во всем мире, так вот, если окажется, что их сын… что это сын Донуна, то я не смогу родить от него, я не буду! Я не хочу, чтобы у моего мужчины были с кем-то ещё общие дети! Я не смирюсь с этим. Никогда не смирюсь. Мне это очень важно знать.

Молча, но всё ещё неохотно, она вернулась к компьютеру и стала там что-то набирать. Я затаилась, ожидая результата. Секунды шли, как минуты. Мои ладони вспотели и голова едва не пошла кругом. Что же будет, что же будет? Я хотела знать правду, но я молилась, чтобы сходство с Донуном у Джесоба было насмешкой природы. Юби остановилась и, сняв с носа очки, посмотрела на меня.

– Несколько лет назад такой тест на Ким Джесоба был.

На мои глаза стали наползать слезы, губы затряслись. Я замотала головой и, хотя Юби обещала не выдать мне дальнейшее, я не выдержала и выдавила жалобное: