Развлечение
Шрифт:
— Рейчел? — В его голосе слышалось беспокойство. — Что ты делаешь дома в такое время дня?
Подняв голову, Рейчел встретилась с ним взглядом. Гейбриел выглядит измотанным, с грустью подумала она. Одетый во все черное, только подчеркивающее его бледность, он, казалось, находился на грани полного истощения. Нет, она не может выложить ему все, что ей стало известно вот так сразу, без подготовки.
— Я просто задумалась, осторожно ответила она. — Где ты был?
— Выходил, — бросил он и, увидев, что столь короткий ответ не удовлетворил Рейчел, добавил почти сердито: — Гулял вдоль реки, пытался собраться с мыслями. Потом пошел к Кэсси. Не обходимо было поговорить с ней, извиниться за те страдания, которые я ей причинил.
— С ней все в порядке? — В голосе Рейчел звучало искреннее беспокойство. Она сама пере жила в жизни вполне достаточно, чтобы пони мать, что творилось сейчас в душе Кэсси.
— Она справится. Мне кажется, Кэсси давно поняла, что из нашего брака ничего хорошего не выйдет, что она не будет со мной счастлива. Глубоко в душе мы оба чувствовали, что не подходим друг другу, и у нее хватило смелости разорвать наши отношения, пока дело не зашло слишком далеко.
— Она замечательный, благородный человек, — сказала Рейчел абсолютно искренне. — И заслуживает счастья. Кое в чем она походит на твою мать.
— Мою мать? — Что— то промелькнуло в его взгляде. Недоумение? Беспокойство? Она так и не смогла понять, что именно. — Когда ты видела мою мать?
— Она была здесь сегодня днем. Неожиданно решила вылететь раньше и пришла сюда в надежде найти тебя. Мы долго разговаривали.
— О чем именно?
— В основном о тебе. И немного о ее взаимоотношениях с Грегом… Она оставила тебе письмо.
Нахмуренные брови выдавали сомнения и озабоченность Гейбриела.
— Письмо? Но зачем?
Нелегко было казаться спокойной, когда единственное, чего хотелось, это вскочить с кресла и попросить скорее прочитать его. А еще лучше самой рассказать ему все.
Но нужно было действовать осторожно. Рейчел не была уверена в том, что Гейбриел выдержит очередное потрясение, какими бы хорошими ни были новости.
— Лучше возьми письмо и прочти.
Медленно поднявшись на ноги, она протянула ему белый конверт.
Лили считала, что это будет наилучшим способом открыть правду. Значительную часть своей жизни Гейбриел прожил в полном неведении о своем происхождении, и ему будет нелегко неожиданно узнать истинное положение дел. Письмо позволяло сделать это постепенно, кроме того, является реальным, осязаемым вещественным доказательством.
Тогда Рейчел согласилась с этим решением. Но теперь разрывалась между желанием следовать совету Лили и стремлением как можно скорее выложить Гейбриелу всю правду. Если он будет и дальше смотреть на это письмо так, будто не понимает, что от него требуется, она просто не выдержит и закричит.
— Ну, возьми же его! ~ сказала она напряженным тоном и сунула конверт в его руку. — Возьми и прочти! Тогда ты поймешь, о чем я говорю.
Вновь устало посмотрев на нее, он сделал так, как ему велели. Вскрыв конверт, вынул от туда лист бумаги и быстро просмотрел написанное.
Сердце Рейчел сжалось от чувства симпатии к Лили, с таким трудом подбиравшей слова, пытавшейся найти единственно верные, а теперь их чтение заняло у него так мало времени.
Она точно уловила момент, когда Гейбриел дошел до кульминационного места в истории матери. По его реакции стало ясно, что новость подействовала на него не менее сильно, чем на нее. Склоненная темноволосая голова резко откинулась, потом глаза его вновь впились в поразившие его строчки.
Не отрывая взгляда от письма, Гейбриел нащупал ближайшее к себе кресло и опустился в него, явно в который уже раз перечитывая одну и ту же страницу. Затаив дыхание и стиснув кулаки так, что ногти впились в мякоть ладоней, Рейчел наблюдала за ним.
Внезапно Гейбриел опять поднял голову и испытуюше взглянул ей в глаза.
— Что все это значит?
— Именно то, о чем там написано.
— Но… — Глаза Гейбриела затуманились, он недоверчиво покачал головой. — Рейчел, в письме сказано, что моя мать знает, что ты…
— Что я дочь ее мужа, — утвердительно кивнула Рейчел. — Я сказала ей это. Но там также говорится и о том, что ты не сын своего отца.
Ноги, и так дрожавшие, теперь грозили окончательно подвести ее, и Рейчел, присев на подлокотник кресла рядом с ним, указала пальцем на нужные строчки.
Лили призналась, что еще в самом начале супружеской жизни узнала о неверности Грега и была так оскорблена, что почти решила, что если уж не в силах ничего с этим поделать, то в состоянии хотя бы сыграть в ту же игру. Но тут она встретила мужчину совершенно другого сорта.
Итальянец, ненадолго приехавший в Англию, был гораздо старше ее и обращался с ней так трогательно и нежно, что Лили влюбилась в него до безумия. Чувство оказалось взаимным, и они уже планировали пожениться. Для этого Лили надо было развестись и уехать жить в Италию.
Но, пока она собиралась с духом, чтобы сообщить о своем решении мужу, вмешалась судьба и ее любовник внезапно умер от инфаркта, а через неделю Лили обнаружила, что беременна Гейбриелом.
Рейчел вновь заглянула в письмо.
«Я всегда знала, что ты сын Анджело, поэтому— то и назвала тебя Гейбриелом, на большее у меня не хватило решимости. Но для полной уверенности сделала анализ на ДНК — ты был тогда еще совсем маленьким. Результат неопровержимо доказал, что ты не ребенок Грега Тернана…»
Но к этому времени Лили с Грегом помирились. Веря в свое отцовство, он поклялся в том, что станет другим человеком и что теперь все пойдет совсем по— иному. Зная, что ей никогда уже не найти такого счастья, как с Анджело. мать Гейбриела осталась замужем за Грегом, храня секрет про себя, и ни разу не открылась никому, даже самому Гейбриелу… до сегодняшнего дня.
— Так, значит, когда мой отец… когда Грег провел те анализы… — Гейбриел все еще никак не мог поверить тому, что только что узнал.