Чтение онлайн

«Двинулись», – показал я жестом.

Первым шел я, за мной Сашок с дробовиком, затем остальная группа, замыкающий – Коля Викинг. Впереди показался изгиб траншеи. Я пригнулся, быстро выглянул из-за поворота с автоматом наготове и увидел летящий в меня сгусток света. Не раздумывая, упал на землю, надо мной что-то с шипением хлопнуло, волосы на голове слиплись, по маскхалату покатились голубые искры. Не видя цели, выстрелил наугад. Надо мной трижды грохнул дробовик, и совсем тихо на его фоне несколько раз хлопнула Беретта Гаврика. Я приподнялся, осмотрелся и уже прицельно выстрелил в дёргающееся тело, окутанное тусклым свечением.

– Мёртв, – сказал Гаврик.

– Двинули, – в полный голос приказал я, прятаться больше не имело смысла.

Проходя мимо убитого, я заметил у него на груди амулет, примерно такой же, как у Гаврика.

«Наблюдатель, – мелькнуло в голове, – надо спешить!»

Группа почти бегом двигалась по траншее.

– Слева четверо, – сообщила по рации Инга.

Слева от меня показался ход сообщения, ведущий в тыл, по нему бежали люди.

– Стрелять? – спросила снайперша.

– Нет, – тихо ответил я и знаками показал остальным, откуда грозит враг, а что делать дальше, все знали.

Решив не рисковать на этот раз, я закинул автомат за плечи, вытащил пистолет. Подойдя к ответвлению, выставив вперед только руку с пистолетом, я, не глядя, дал несколько очередей из Стечкина. Заторный сразу же пальнул из «Защитника» поверх траншеи, кто-то из сапёров бросил гранату. А Коля сразу после взрыва выскочил из траншеи наверх, в три прыжка преодолел расстояние до окопа и спрыгнул вниз. Дважды свистнул меч, раздался чавкающий звук, с которым острое железо перерубает плоть, а потом голос Викинга:

– Чисто, командир.

Мы снова бежим по траншее, согнувшись почти вровень с верхним краем укрытия, чтобы не получить пулю от своих и не быть замеченными в темноте.

Впереди показался дот, в котором в этот момент открывалась железная дверь. Тёмный прямоугольник с зияющими отверстиями закрывал меня от выходящего. Я рванулся вперёд и изо всех сил ударил ногой по металлической двери, та со звоном закрылась. Один из сапёров-подрывников кинул гранату далеко вперёд. Заторный у меня за спиной «держал» ход сообщения в тыл, Коля осмотрел окопы вокруг укрепления.

– Чисто, – сказали они в один голос.

– Людей не чувствую, – подтвердил Гаврик.

Пока сапёры «пеленали» оглушённого пленного, я заглянул внутрь дота. Небольшое круглое бетонное укрепление, на полу – покорёженный снарядами «Шилки» пулемёт, железная дверь в рваных пробоинах. Тоже работа «Шилки», надо полагать. Бункер выглядел обжитым, на стенах даже обои наклеены, пахнет едой, а ещё стоит кислый запах пороха и раскалённого металла.

В таком укреплении посреди ровного поля два-три бойца с пулемётом могут легко держать оборону от сотни нападающих, пока хватит патронов. И без тяжёлого вооружения их оттуда очень трудно будет выковырять.

Внутри бункера я ничего трогать не стал, мало ли, вдруг заминировано.

– Это что же, – спросил один из сапёров, – нам ничего взрывать не надо?

– А что, хочешь толкнуть взрывчатку на рынке? – пошутил я.

Но мою шутку сапёр, похоже, принял всерьёз. По лицу видно. Забыл, бедняга, что я в темноте вижу. Ладно, с этим потом.

Вдруг заговорил противник, мины засвистели над нашими головами. Наша пехота, видимо, пошла вперёд, а маг-наблюдатель, которого мы убрали, был тут не единственным. В ответ опять заработала наша артиллерия. Ничего, наёмники должны прорваться, подумал я и, видать, сглазил: в дот ударила, выбивая бетонную крошку, пулемётная очередь.

– Твою мать! – крикнул Коля Викинг, которому в лицо попали осколки.

Я набрал в грудь побольше воздуха и три раза провыл волком, один раз длинно, два коротко. Стрельба усилилась.

– Дуб и ясень! – надрывая глотку, прокричал я пароль на крайний случай и замахал автоматом с зелёным лоскутом на стволе, – дуб и ясень, недоумки!

Огонь прекратился.

– Так ты свой? – крикнул кто-то впереди.

– Свой, мудак! – ответил я. – Гаврик!

– Я здесь, командир, – маг стоял рядом.

– Кинь им маяк.

Маленький светящийся шарик вылетел из окопа, причём с моей стороны его не было видно.

Наёмники стали занимать траншею, кое-где вспыхивала перестрелка. А на переднем крае нашей линии обороны загорелись фары и зарычали моторы.

Пехота продолжала наступление, моя штурмовая группа двигалась по одной из траншей, затерявшись среди наступающих и никуда особо не торопясь. Я даже «Силуэт» выключил, когда начались проблемы.

Снова ударили миномёты, несколько раз фыркнули гранатомёты, впереди разгорелась перестрелка, заработало несколько тяжёлых пулемётов. Ну что ж, нас всех можно поздравить. Мы добрались до второй линии обороны противника. Что дальше?

Миномётный обстрел прекратился, наши пушки тоже замолчали, я вылез из траншеи и спокойно рассматривал вражеских солдат, палящих вслепую. Палящих – это громко сказано, скорее, изредка постреливающих трассирующими очередями. Мы с Колей насчитали около двадцати огневых точек, по ним мы и пытались работать, но толку от нашей стрельбы было не много. Плохо не это, одних наёмников минимум в три раза больше, чем ведущих огонь факторцев, но прямо перед нами вдруг образовался целый дзот с двумя амбразурами, из которого стреляли, судя по всему, ДШК. Да вдобавок на фланге заработало что-то крупнокалиберное. Похоже на стационарную «зушку», ну это довольно далеко, так что не мои проблемы.

– Командир, – подполз ко мне сапёр-подрывник, тот самый, который взрывчатку хотел присвоить, – давай мы в темноте дзот обойдём и взорвём на хрен.

– Погоди, – ответил я.

Дзот аж светился от навешанных чар (очевидных, конечно, только для меня, видящего в темноте), Игла уже несколько раз безуспешно стреляла по амбразурам, подобраться к нему, наверняка, тоже непросто.

– Послушай, фонари запасные с тобой? – спросил я сапера.

– У Жени остался, – ответил он.

– Тогда быстро за ними.