Шрифт:
Луис Ламур
РАЗВЕДЧИК (ХОНДО)
Вестерн
Перевод с английского Г. Любавин
Глава 1
Он с наслаждением затянулся душистым дымком сигареты и зажмурился; от ослепительных лучей солнца болели глаза. На нем была старая, поношенная куртка из оленьей кожи; джинсы, ровесники куртки, давно потеряли свой первоначальный вид, - дождь, солнце и пот перекрасили их в серый с голубоватыми разводами цвет.
Это был мужчина высокого роста, широкоплечий, с тонкими резкими чертами лица, - его внешность говорила о решительности, даже, в какой-то степени, необузданности характера. И только внимательному наблюдателю и знатоку жизни человеческой могли открыться истинные глубины его души.
Прошло около часа, пыль улеглась. Он подполз к самому гребню холма и посмотрел вниз.
День был безветренный и жаркий. Тонкими струйками по щекам стекал пот и щекотал под рубашкой.
Облако пыли было поднято всадниками. "Кто они? Если белые, то куда они подевались? Если же краснокожие, то они, наверняка, попытаются окружить меня", - подумал он.
Он до боли в глазах всматривался в каждый куст можжевельника, в каждое пятно на равнине - никого, мертвая тишина.
Он не двигался. Сейчас самое главное - застыть и ждать. Любое неосторожное движение, даже малейший жест могли стоить жизни.
Хондо Лэйн вынул из кармана вторую сигарету. Спичку зажег, прикрыв ладонью пламя, закурил и вновь обратил взгляд на расстилавшуюся впереди равнину.
Огромный пес, что увязался за ним, лежал под кустом можжевельника и сопел, высунув язык; тяжело вздымались его бока, заросшие грязно-серой шерстью.
Жарко. По раскаленному, как медь, небу проплывали редкие облака, не бросая на землю тени.
Безмолвие. Застывшие просторы, где не на чем было остановить взор; одиночество тяжелым грузом давило на плечи и вселяло беспокойство. Лишь вдалеке на горизонте перемещался какой-то черный контур - наверное, птица.
Он пристально всматривался в рельеф местности. Справа пролегало неглубокое ущелье; именно здесь они могли проехать незамеченными.
Внизу он увидел заросли можжевельника, склоны холма были усеяны большими камнями, среди них выделялись три-четыре валуна. В голове мелькнула мысль: спрятаться в тех кустах. Если бежать быстро, то, быть может, никто и не заметит его.
Хондо Лэйн одним прыжком перемахнул через гребень и стрелой пролетел открытое пространство. Уже в зарослях, переводя дыхание, он осмотрелся. Никого не было видно, но внутренний голос подсказывал ему, что опасность где-то близко. Рядом стояла привязанная к кусту его лошадь.
Лэйн швырнул окурок на землю и, взяв лошадь под уздцы, двинулся дальше вниз по склону. Он вынул из чехла винчестер и положил его, придерживая одной рукой, на седло. Лэйн знал, что Витторо со своими воинами покинул пределы резервации, но, возможно, это был и не он. Ходили слухи, что в этих местах появились также племена мескалеро и мимбрены. За время путешествия Лэйн четыре раза видел следы апачей: это были воины, они ехали без женщин и детей.
И Хондо Лэйн понимал, что опасность грозит не только ему.
Впереди была река, после великих дождей она широко разлилась и затопила низменности. Лэйну совсем не хотелось плыть, но другого пути, кроме этого, он не знал.
Он осторожно спускался к реке, каждый камень и любая ложбинка служили ему прикрытием, он часто менял направление среди изломов склона. Уже ступив на песчаный берег, Лэйн повернул назад и поехал вдоль воды мимо зарослей можжевельника и одиноко стоящих ив. Стараясь не шуметь, он направил лошадь к броду.
Рядом, фыркая, поплыл пес. Выбравшись на другой берег, Хондо вдруг услышал резкий звук натянутой тетивы, и в тот же момент лошадь под ним вздрогнула и начала заваливаться па задние ноги.
Хондо Лэйн больно ударился о землю, покатился и упал за принесенное течением бревно. Выхватив из седельной кобуры винтовку, он зарядил ее и огляделся. Впереди мелькнуло коричневое пятно, Лэйн нажал на спусковой крючок, винтовка в руках вздрогнула и замерла. Пятно дернулось и исчезло за пригорком.
После выстрела Хондо быстро отполз в сторону в густую траву и стал ждать.
Ладони вспотели от напряжения, и он вытер их о рубашку, потом провел рукой по лбу, покрытому испариной. Солнце пекло затылок, снизу исходил жар от раскаленного песка. Лэйн чувствовал запах пота, табака и оленьей кожи, в которую он был одет. Он ждал. Было тихо.
На руку уселась черненькая мушка, рядом по камням журчала вода. Упавшее дерево, за которым он спрятался, широко разбросало засохшие ветви и скрюченные сучья.
Маленькая птичка опустилась на куст можжевельника; затрепетав крылышками, словно испугавшись чего-то, она вспорхнула и улетела прочь. Хондо решил рискнуть: вскинув винтовку, он несколько раз подряд выстрелил по кусту. Послышался сдавленный крик, он еще раз нажал на спусковой крючок, целя в то же самое место. Потом осторожно выглянул и увидел ногу, обутую в мокасин, она билась в агонии о песок и, наконец, замерла.
Сколько было индейцев, - двое или больше? Хондо лежал не двигаясь, напряженно вслушиваясь в тишину. На бревно выползла изумрудная ящерица и, обнажив розовый язычок, часто дышала; было видно, как комочек быстро задвигался вверх-вниз под тонкой кожицей высоко поднятой головы. Хондо нащупал камень и швырнул в кусты. Он услышал, как тот зашуршал сквозь густые ветви и с глухим стуком упал на землю. В ответ - мертвая тишина.
Наверное, их только двое. Во рту пересохло, хотелось пить. Но он продолжал ждать, прекрасно зная, как терпеливы и выдержаны сами апачи.
Прошло около получаса, когда Хондо, наконец, ползком выбрался из укрытия. Индеец лежал, распластавшись на земле, рядом расплывалась лужа крови, рубиновым пламенем сверкавшая под лучами солнца.
Хондо Лэйн поднялся на ноги и подошел ближе. Пуля навылет пробила индейцу грудь.
Опершись на винтовку, Хондо вынул платок и отер лицо. Он перевел взгляд на другой труп, запутавшийся в зарослях можжевельника. Два мертвеца. Пора уходить.
К нему подбежал пес и развалился на земле. Хондо снял с мертвой лошади седло и сумки. Перекинув их через плечо, он медленно побрел прочь от места, где только что разыгралась смертельная схватка. Пес быстро вскочил и побежал рядом. У поворота реки Хондо спустился к берегу и ступил в воду. Когда вода дошла до колен, Лэйн повернул и пошел вдоль отмели мимо валунов и зарослей ивняка. Наконец, он выбрался на берег и двинулся вперед, выбирая каменистые места, чтобы после него не оставалось следов.