Разлом
Шрифт:
«Шаух, миленький, ты можешь мысленно дотянуться до Марка и хотя бы узнать, жив ли он еще или уже нет?»
«Я попробую, но не жди многого». Паук застыл, пристально глядя в землю.
– Если его убили протеи… Хороший у них был город. – У Йори по спине побежали мурашки – Вларт произнес эти слова абсолютно спокойно. Таким тоном осенью говорят, что на улице опять дождь.
«Марк жив. Его захватили какие-то люди, похожие на жаб. Он не может сказать, где их стоянка: пока несли, он находился без сознания. Так что даже направление едва ли может определить».
«Ты можешь хотя бы примерно сказать, в какой он находится стороне?»
«В зарослях сталагмитов, возле мелкого подземного озера. Надо идти вправо».
«Ты сможешь нас довести? Сможешь найти дорогу?»
«Конечно. По мыслям Марка».
«Это как?»
«Когда человек, или любое другое существо идет по дороге, на ней остаются не только следы его ног, но и следы его мыслей. Ты же сам иногда это чувствуешь. Когда, например, ты шел во главе отряда, а Йори уходила далеко вперед, ты иногда чувствовал как будто ее незримое присутствие. Причем только тогда, когда ступал именно на ее следы. Ты просто не обращал на это внимания.
Вы, люди, в этом плане гораздо менее чувствительны, чем мы, пауки. Наверное, потому, что еще только учитесь чувствовать невидимое обычным взглядом, а мы используем это уже сотни лет.
Так вот, когда человек на что-то смотрит или касается каких-то предметов – как живых, так и неживых, – он оставляет на них отпечаток своей личности, своего разума. Это как след ноги – он у всех разный. Я могу почувствовать эти отпечатки и по ним найти владельца ».
«Отлично, тогда веди нас».
«Вам не мешало бы отдохнуть – если вы с усталости допустите ошибку или просто упадете без сил в самый ответственный момент, мы все погибнем».
Переглянувшись, люди не спешили с ответом. «Все равно Марк пока в безопасности. Его накормили и напоили. Да и зла пока особого не причиняют. Впрочем – вам решать».
Вларту очень хотелось немедленно броситься на поиски Марка, да и Йори тоже. Но когда капитан глянул на бледную до синевы, усталую девушку, он решил остаться. Только отойти подальше от этого места.
Собрав немногие оставшиеся целыми вещи Марка, путешественники свернули в ближайший проход между сталагмитовыми деревьями и устроились на отдых. Они так устали, что Вларт, вызвавшийся было сторожить первым, уснул.
Капитан проснулся спустя несколько часов и тут же вскочил на ноги – Йори не было. Кляня себя за то, что уснул вместо того, чтобы сторожить временный лагерь, он едва не кинулся искать девушку.
«Йори здесь и скоро вернется. Не суетись. Я дал вам выспаться и посторожил вместо тебя».
Отдохнувшие, но страшно голодные люди быстрым шагом двинулись следом за командующим с вершин сталагмитов Шаухом.
Паук вел их кратчайшим путем, но все равно дорога заняла несколько нелегких часов. Кое-где людям приходилось карабкаться по гладким и скользким известковым стволам, перелезая через завалы.
Однажды они подошли почти вплотную к широкому и очень глубокому разлому. Вларт похолодел, когда представил, что ему и Йори придется эту бездонную пропасть пересекать. Однако повезло – мысленный след, по которому их вел паук, уводил прочь от страшного провала.
Сильно петлявшая первое время дорога немного выпрямилась.
На одном из поворотов сверху спустился Шаух.
«Дальше дорога подходит вплотную к оборонительному валу из сваленных в высокую кучу известковых наростов. Надо свернуть в сторону и найти место для наблюдения».
Послушавшись совета паука, Йори и Вларт свернули прочь от ведущей дальше тропы. Они обошли город неведомых жителей вокруг и выбрали себе место рядом с разломом, доходившим до стен гигантской пещеры, где одновременно существовали две различные разумные расы.
Защитный вал доходил даже сюда. Люди мечами выбили себе ступеньки, чтобы подняться на сталагмиты и рассмотреть город сверху.
Устроившись на плоской и широкой известковой вершине, люди с интересом рассматривали раскинувшееся перед ними поселение.
Высокая стена пещеры была изрезана темными норами. К каждой была выбита в скалах каменная лестница. Хозяева города были точной копией пленника протеев. У каждого широкий, неизвестно из чего сплетенный ремень поддерживал зеленовато-белую юбочку из такого же материала. На ремне висела большая сумка. Длинное тонкое оружие с острым иглообразным наконечником напоминало жало насекомого – все «древко» того копья покрывали короткие щетинки, срезанные только внизу, где существа держали оружие своими лапами.
По территории города бегали два маленьких, покрытых густыми щетинками насекомых. У одного полосатая спина изгибалась горбом, а из светлого брюшка торчало острое жало. Длинные, опущенные вниз усы постоянно ощупывали дорогу впереди двигающихся ног.
Голова полосатого напоминала муравьиную, но ни мощных челюстей, ни других выступающих деталей на ней не было. Второе насекомое походило на большую, покрытую длинной шерстью пчелу, если не считать толстых, таких же «шерстяных» усов и более круглой головы с тремя черными круглыми отметинами.
Понаблюдав за насекомыми подольше, путешественники выяснили, что те питаются растущим на стенах мхом, желтоватыми и красными лишайниками и тонкими нитями грибов.
У подножия изрытой пещерками-домами стены стояли восемь клеток, сплетенных из каких-то зеленых стволов. Люди с удивлением заметили в этих клетках уже знакомых им протеев. Четыре хвостатых лежали на полу самой большой клетки. В еще двух висели, прикрепившись к потолку, две летучие мыши. Они плотно обхватили свои тела кожистыми