Чтение онлайн

Цепь охранников приблизилась ближе к забору. Теперь все сосредоточились. В ночи повисло напряжение. Кажется, еще чуть-чуть, и сам воздух станет осязаемым. Резко, точно слепящие вспышки света в кромешном мраке, раздаются приказы Хомта - уже не того, кто был в "Трактире" сегодня утром. Сейчас это подтянутый пожилой человек, знающий свое дело, чьи движения чхать хотели на возраст, а тело живет иной жизнью: жизнью бойца, военного. Походка главы безопасности упруга, голос тверд, лицо каменно.

Мне знакома схожая атмосфера. Я тысячи раз сталкивался с ней в Академии - ожидание боя. Подобное напряжение имеет особое свойство: оно накрывает своим куполом всех вовлеченных, делая посторонние звуки приглушенными. Когда они начинают звучать как фоновая музыка в ресторанах. Казалось, кто-то схватил стопку звуков точно надоедливого пса и запер в конуре - до того все стало тише.

Гости слишком вовлечены в атмосферу праздника. Они радуются, они веселятся. Им не хочется думать о мергах, им не хочется думать о смерти, ранах, крови, атаке... Им хочется веселиться и отдыхать. Без последствий. Они уверены в своей безопасности. Но все их праздничные намерения - искусственны.

– Трэго, будьте готовы. В драку влезать не нужно. Бойцы Хомта справятся, в этом нет сомнений.
– Фидл вводил в курс дела, точно объяснял правила на уроке.

– Эгей, старина! Ты чаво ж, в моих архаровцах сомневаться удумал? Да они хоть с ухватами выйдут - все равно победят!

– Охотно верю, старый друг, - улыбнулся староста и снова повернулся ко мне, - я хочу, чтобы вы попытались понять, в чем причина нападения. Быть может, вам удастся найти ответ, почему они никак не оставят нас в покое? Вот увидите, с минуты на минуту они появятся - мерги, как я и говорил, приходят во время десерта. Как по расписанию.

– Ладно, разберемся, почтенные белы. Я ничего не хочу обещать, ведь...

– Знаю-знаю, Трэго, но чем Лебеста не шутит. Для нас любая зацепка, любая возможность, это шанс.

Кто-то из солдат окрикнул Хомта. Тот, обменявшись жестами с ним и еще с парой солдат, повернулся к нам:

– Извольте встречать, господа хорошие! Пожаловали твари-то болотные!
– лицо его тревожно, но во взгляде виднеется веселое нетерпение.
– Фидл, ступай, а? Ты хоть предупреди своих трапезников!

Фидл удалился и поспешил к гостям, размахивая руками и тыча пальцем в сторону леса.

– Ну что, чародей, пойдем, глядеть будешь!

– А ты чего челюсть-то вставил? Чтобы приказы лучше отдавать?

Хомт шмыгнул носом и со всей серьезностью произнес:

– Если вдруг меня обезоружат, я этих тварей кусать буду.

Я предупредил его о своем грядущем месторасположении и побежал к небольшому отвесному обрыву, что находится на возвышении левее от ворот: таким образом, чтобы мергам добраться до меня, нужно сначала пройти вперед, затем повернуться и вступить на эту площадку. Непосредственно к себе гостей я не ждал - этим здоровенным медлительным тушам достичь меня будет крайне затруднительно. Не уверен, что они вообще дойдут досюда живыми.

Хомт бойко "раскачивает" и солдат, и мангустов подбадривающими фразочками. Шутит, бранится, наставляет... Но видно, что ребятам не требуется ничего объяснять. Конечно, здешние солдаты выглядят заметно хуже бывалых вояк, но мангусты - воины чести, они ни за что на свете не оставят в беде менее опытного и вообще любого, требующего помощи и поддержки. Вот и сейчас один из них что-то сосредоточенно шепчет на ухо деревенскому мужику, а тот послушно кивает.

Стихли лютни и волынки, замолкли песни. Гости удалились выше - к дому. Фидл носится как ошпаренный и в спешке загоняет всех под крышу. Отсюда видно, что и первый, и второй этажи заполнены до отказа. В каждом окне горит свет и мелькают тени. Кто-то давно спрятался в самой дальней комнате, а некоторые так и не решились зайти - то зеваки до мозга костей никак не утолят интереса. Любопытные, они притихли, кучкуясь у дверей дома; им совсем не до веселья, сколь бы неприкосновенными они себя ни чувствовали. За столами лишь собаки, деловито забравшиеся на самый верх и снующие между блюдами.

Идут.

Со стороны дороги. Пятнадцать мергов. Явились из небольшого, но густого лесочка, что между мельницей и столбом с указателем. Они измяли всю траву, а выйдя на дорогу, перепачкали ее зеленоватой слизью, что стекает со скользких тел медленными потоками не до конца застывшего желе. Шагают болотники еще медленнее обычного, тупой взгляд словно бы остекленел, подернулся пеленой. Перепончатые лапы свисают плетьми, с них капает все та же слизь.

Никакой угрозы мерги для нас не представляют - стражников втрое больше, победу можно заранее отдать людям. Но будет нелегко. Шарообразные монстры серого цвета, ростом чуть выше посоха; ходят на коротких задних лапах, передние же непропорциональны и заметно длиннее. Перепончатые лапы... По ним не видно, что они обладают небывалой величины мускулами - кажется, будто болотники сплошь заплыли жиром, но впечатление обманчиво. Один удар лапой может поломать среднюю березу. Мощнейшие челюсти с двумя рядами острых зубов совсем не должны принадлежать тем, кто питается сгнившими деревьями, змеями и мелким лесным зверем. Есть подозрения, что Боги или же эволюция наделила их такой пастью с целью снабдить еще одним преимуществом. Потому что назвать это средством защиты язык не повернется. К ним и так-то никто не приблизится за сквозь.

Я поспешил крикнуть начальнику стражи, снующему между бойцами:

– Бел вояка! Приготовили бы арбалеты, а?

– Ты меня еще поучи, щегол!
– ощерился Хомт, - дай подпустить поближе!

– А поближе поздно будет!
– возразил я.

Хомт испепелил меня взглядом и нехотя, но отдал команду:

– Оружие дальнего боя! Готовь! Арбалетчики в упор, лучники дугой!

В переднем ряду все как один вскинули арбалеты. Задние ряды приготовили луки и нацелили их в небо. Все вокруг заскрипело - это застонали натянутые тетивы.

– А чего по дуге? Вроде как расстояние небольшое, а дуга-то она для обстрелов с больших расстояний...

– Сударь мой маг, да будет твоей образованной головушке известно, что лапищи у этих негодяев словно каменные. Прикроются ими вмиг - все бестолку будет. Шкура-то их огрубевшая враз сводит наши выстрелы на нет! И если болты хоть что-то делают, пускай и отвлекают, то сверху наши стрелы р-р-раз в макушку! И все! Дело с концами. И роблы спарены, и лес нетронут.

Мерги еще ближе. Хомт ждет момента, чтобы отдать команду. Напряжение растет. Никто не издает ни звука, и только шорох травы под лапами болотников нарушает тишину. Зловещую тишину.

Однако все обещает закончиться относительно быстро, учитывая, что ступают чудища еле-еле, а удар по ним придется очень плотным. Все замерли в ожидании. Вот-вот должна прозвучать команда "стрелять!", но...

У юного паренька, самого молодого солдата Малых Пахарей, видимо, сдали нервы. Его дрожащие пальцы отпустили тетиву; стрела попала точно в глаз ближайшему мергу. Отряд застыл, болотники остановились. Все замерло. Воздух, казалось, завибрировал. Где-то в тишине послышалось грязное ругательство Хомта.