Разбивающая оковы
Шрифт:
– Плавать?! – ахнула девочка из леса. Они вышли наружу.
– Да. А потом будем тренироваться с оружием.
– Конечно, хочу! А что я должна сделать?
– Завтра утром, как взойдёт солнце, приходи на берег – вон туда, – Лиля указала вниз, где у крутого берега плескалась река Днепр, на вид неотличимая от моря. – Я буду ждать тебя!
– Манюня, ты где была? – строго спросила Катерина, когда девочка вошла в хату.
– Ой, мама, я познакомилась с девочкой из Варшавы! Она такая хорошая! Ей шестнадцать лет! Она всё умеет! Дерётся на саблях, метает ножи, плавает! – затараторила дочка, стараясь поскорее выложить свои впечатления о Лиле. Затем добавила:
– Она живёт в том доме, который на берегу!
– Она панночка?
– Да!
Неожиданно для Мани, Катерина недовольно поджала губы – в точности как мать Лили.
– Нехорошая это компания для тебя, – заявила мать. – Негоже тебе ходить к панам!
Маня чуть не ответила, что мать Лили заявила примерно то же, но вовремя прикусила язык. Вместо этого сказала:
– Мама, Лиля хорошая! Она обещает научить меня всему, что знает сама!
– Вот как? И грамоте научит тебя?
Маня смутилась: о грамоте Лиля ничего не говорила. Надо будет её завтра спросить. Катерина добавила:
– Её зовут Лиля? Странное имя.
– На самом деле, её имя – Лилиан, в честь бабушки-француженки, но все зовут её Лиля, – пояснила Маня. Мать пожала плечами:
– Тогда конечно. А я думала – в честь цветка. Не по-христиански было бы.
– Ну что – простилась с этой девчонкой? – спросила пани Яровецкая, когда дочь с недовольным видом заняла место у трапезного стола.
– Ты же приказала, – уклончиво, отводя взгляд, ответила Лиля. Она собиралась продемонстрировать за столом отсутствие аппетита, чтобы матери стало совестно. Пани Яровецкая действительно смутилась:
– Доченька, это для твоего блага! Не годится тебе якшаться с низкородными!
– Матушка, ты же меня всегда учила: главное – чтобы человек был хороший! Маня очень хорошая, помогла мне! А многие паны плохие люди! Ты хочешь, чтобы я была с ними, а не с теми людьми, которых называют низкородными, даже если они добры и готовы помочь?
Мать задумалась над ответом. На её счастье, подоспел обед. Вопреки своему намерению, Лиля вдруг ощутила не то что аппетит, а даже голод, и воздала должное кулинарным способностям Миленки.
Назавтра Маня пришла к назначенному месту, когда только начало светать. Разумеется, Лили ещё не было. Маня легла на песок, готовясь ждать… однако умиротворяющий шум прибоя и лёгкий ветерок сморили её… и она заснула.
– Привет! Так и простудиться можно!
Маня вздрогнула и проснулась: перед ней стояла улыбающаяся Лиля, державшая какой-то свёрток. Судя по солнцу, девочка из леса спала всего несколько минут.
– Ой! Ты права! Вовремя ты меня разбудила.
– Ну как – готова стать пловчихой?
– Да, конечно! Но у меня к тебе просьба: ты не могла бы меня ещё научить грамоте?
Лиля смутилась:
– Попробую. Но сначала – плавать!
Девочки скинули одежду и нагишом вошли в воду.
– Маня, иди осторожно на глубину, только смотри – вдруг яма!
Маня кивнула и сделала несколько шагов вперёд.
– Стой! Хватит!
Маня обернулась: к ней подошла Лиля.
– Смотри, как нужно!
Лиля легла на воду и проплыла вокруг Мани.
– Видела? Теперь дай руки!
Маня безропотно подчинилась. Лиля встала на дно, крепко держа подругу за кисти рук.
– Теперь оттолкнись от дна! Быстро-быстро перебирай ногами в воде, как я только что делала!
Не сразу, но у Мани стало что-то получаться. Лиля отпустила её запястья:
– Теперь руками разводи перед собой! Делай как я!
Неожиданно для себя Маня поняла, что плывёт.
– Маня, вон туда! К берегу!
В какой-то момент Маня ткнулась ступнёй в песчаное дно.
– Отлично! Теперь туда – вдоль берега!
Несколько минут спустя Лиля помогла уставшей с непривычки подруге выбраться на берег. Голова у Мани кружилась, и Лиля внимательно следила за подругой, готовая в любой момент подхватить её. Однако это не понадобилось, и успокоенная Лиля развернула принесённый свёрток. Маня увидела два полотенца.
– Вытирайся, да побыстрее! Как я!
Затем девочки оделись. Маня всё ещё тяжело дышала.
– Ну, как тебе?
– Здорово! Я уже умею плавать?
– Пока нет! – рассмеялась Лиля. – Надо тренироваться каждый день, пока тепло!
– В Варшаве есть море?
– Нет, я училась плавать на реке Висле. Учил меня тот человек с востока, о котором я тебе рассказывала.
– Лиля, а когда мы займёмся грамотой?
– А оружием – тебе больше не интересно?
– Интересно, но…
– Ладно, сейчас займёмся…
Катерина готовила завтрак, когда услышала звук отворяющейся двери. Однако вместе с дочкой вошла незнакомая девочка – явно панночка.
– Мама, это Лиля, о которой я тебе говорила! Она очень хорошая и добрая!
Катерина машинально поклонилась гостье. Лиля вспыхнула, хотела было ответить, что это излишне, но вдруг решила сделать иначе. Она тоже поклонилась Катерине. У той глаза полезли на лоб:
– Господи, панночка! Зачем вы мне кланяетесь?
– А вы – мне?
– Вы панночка, а я мужичка.
– Вы хозяйка этого дома. А ещё – Маня лучшая моя подруга. Если не хотите, чтобы я кланялась, сами тоже не кланяйтесь мне. И, если желаете сделать мне приятно, не называйте себя мужичкой.
– Да, панночка… обещаю.