Чтение онлайн

Все начинают передавать друг другу тарелки с едой. Я, естественно, пропускаю тарелку с яйцами, но их запах затмевает запахи других блюд. Едва я откусываю кусочек блина, отец начинает задавать вопросы.

— Чем занималась после выпускного?

Я сглатываю.

— Работала, спала и так по кругу.

— Чем ты занимаешься? — спрашивает Сара. Она формулирует вопрос как богачи. Не «где ты работаешь», а «чем ты занимаешься», будто речь идет о каком-то особом навыке.

— Я кассир в Макдональдсе.

Заметно, что она ошарашена.

— О, — отвечает она. — Прикольно.

— Замечательно, что ты предпочла работать, пока еще учишься в школе, — говорит Алана.

— Это не предпочтение. Мне нужно было на что-то есть.

Алана прокашливается, и я понимаю, что ей неловко от моего честного ответа. Если даже такая информация причиняет ей беспокойство, то как она воспримет новость о том, что моя мать умерла от передоза?

Отец пытается замять момент и спрашивает:

— Ты, судя по всему, передумала насчет летних курсов? Начнешь учебу осенью?

Меня озадачивает его вопрос.

— Я не записывалась на летние курсы.

— О. Твоя мать сказала, что тебе нужно оплатить летнее обучение, когда я отправлял ей деньги на осень.

Моя мать попросила у него деньги на учебу?

Я получила полную стипендию в Пенсильванский университет. Мне не нужно платить за обучение.

Сколько же денег, о которых я даже не подозревала, он присылал матери? Судя по всему, в какой-то момент он отправил мне мобильный телефон, который я так и не получила. А теперь оказывается, что она просила у него денег мне на обучение, о котором даже ни разу не удосужилась у меня спросить.

— Ага, — говорю я, пытаясь придумать оправдание, почему сижу сейчас в Техасе, а не на летних курсах, которые он оплатил. — Записалась слишком поздно. Мест уже не было.

У меня вдруг напрочь пропадает аппетит. С трудом откусываю еще кусочек от того же блина.

Мать ни разу не спрашивала меня о колледже. Но при этом попросила у отца деньги на обучение, которые в итоге наверняка оказались в игровом автомате в казино или побежали по венам ее руки. И он заплатил без каких-либо возражений. Если бы он спросил меня, я бы сказала ему, что могу отправиться в муниципальный колледж бесплатно. Но я не хотела оставаться в том городе. Мне нужно было как можно дальше уехать от матери.

Похоже, мое желание исполнилось.

Я кладу вилку на стол. Кажется, меня сейчас стошнит.

Сара тоже откладывает вилку и наблюдает за мной, отпивая чая.

— Ты уже выбрала специализацию? — спрашивает Алана.

Я мотаю головой и снова беру вилку в руки, чтобы сделать вид, будто увлечена едой. Я замечаю, что Сара берет прибор вслед за мной.

— Пока не решила, — отвечаю я.

Я тычу вилкой в блинчик, но ни крошки не кладу в рот. Сара делает то же самое.

Я кладу вилку. Сара тоже.

За столом продолжают идти разговоры, но я игнорирую их при любой возможности. Не могу не обращать внимания на то, как Сара повторяет каждое мое движение, пытаясь делать это незаметно.

Придется все лето помнить об этом. Наверное, стоит сказать девушке, что она должна есть, когда ей хочется, а не выстраивать свой режим питания, отталкиваясь от того, сколько ем я.

Я специально съедаю еще немного, хотя меня подташнивает от нервов, и каждый кусок дается с трудом.

К счастью, ужин проходит быстро. Не дольше двадцати минут. Самсон все время ел молча. Судя по реакции остальных, в этом нет ничего необычного. Надеюсь, он всегда так молчалив. Будет легче обращать на него меньше внимания.

— Бейе нужно купить кое-что в «Волмарте», — говорит Сара. — Мы можем поехать сегодня?

Я не хочу ехать сегодня. Я хочу спать.

Отец достает из кошелька несколько стодолларовых купюр и протягивает мне.

Я передумала. Я хочу поехать в «Волмарт».

— Подожди до завтра и свози ее в Хьюстон в место получше, — предлагает Алана.

— «Волмарт» меня устроит, — возражаю я. — Мне нужно совсем немного.

— Купи себе телефон с предоплатой на время каникул, — предлагает отец и дает мне еще больше денег.

У меня округляются глаза. Никогда в жизни не держала в руках так много денег. У меня в руке сейчас, наверное, шесть сотен долларов.

— Ты за рулем? — спрашивает Сара у Маркоса.

— Конечно.

Внезапно мне опять не хочется ехать, если Маркос и Самсон едут с нами.

— Я не поеду, — говорит Самсон и относит тарелку в раковину. — Я устал.

Что ж. Я хочу поехать, раз Самсон не едет.

— Не будь таким грубым, — говорит Сара. — Ты едешь с нами.

— Да, едешь, — вторит Маркос.

Я вижу, как Самсон косится на меня краем глаза. Во всяком случае, кажется, я ему неинтересна точно так же, как и он мне. Сара направляется к выходу.

— Сейчас, только переобуюсь, — бормочу я и иду наверх.

***

По всей видимости, на полуострове Боливар нет «Волмарта», а значит, нужно сесть на паром до острова Галвестон. Какая-то бессмыслица. Чтобы отправиться за покупками, нужно плыть на пароме с материка на остров. Здесь все сбивает с толку.

Переправа на пароме занимает около двадцати минут. Как только Маркос паркует машину, все выходят. Сара заметила, что я не открыла дверь, и открыла ее сама.

— Давай, пойдем на палубу, — позвала она.

Ее слова прозвучали больше как приказ, чем приглашение.

Мы простояли здесь не больше пяти минут, когда Сара с Маркосом улизнули, оставив нас с Самсоном одних. Близится вечер, наверное, уже половина десятого, и паром почти пуст. Мы оба смотрим на воду и делаем вид, будто не испытываем неловкости. Но мне неловко, потому что я не знаю, что сказать. У меня нет ничего общего с этим парнем. А у него нет ничего общего со мной. Со времени моего приезда пару часов назад, мы уже дважды не бог весть как пообщались. Я бы предпочла, чтобы и тех двух раз не было.