Чтение онлайн

И это было лишь оглавление. Объем самого досье Амелии Сакс достигал почти пятисот страниц.

Райм перелистал весь список, открыв несколько глав. Все они были заполнены убористым шрифтом.

– Это что же, – прошептал он, не веря своим глазам, – «ССД» знает столько о каждом американце?

– Нет, – ответил Уитком. – Досье детей до пяти лет очень короткие, разумеется. Да и у взрослых часто встречаются большие пропуски. Но «ССД» не останавливается на достигнутом и совершенствуется с каждым днем.

«Совершенствуется?» – мысленно повторил Райм с невольным трепетом.

Пуласки кивнул на рекламную брошюру, скачанную Мелом Купером:

– И такие досье заведены на четыреста миллионов человек?

– Совершенно верно. И это число непрерывно растет.

– И каждое досье обновляется ежечасно? – спросил Райм.

– Некоторые данные в текущем времени.

– Так, значит, Уитком, эта ваша правительственная организация, исполнительно-правовой отдел… не охраняет информацию, а использует ее, так? Для обнаружения террористов?

Уитком помедлил, прежде чем ответить. Но поскольку он уже переслал секретное досье людям, не имеющим доступа категории А-18, что бы это ни означало, то – какого черта! – секретом больше, секретом меньше, хуже все равно уже не будет.

– Все правильно. И не только террористов, но и других преступников. «ССД» использует прогнозирующие программы, чтобы вычислить, кто, когда и как совершит противоправный поступок. Многие наводки на потенциальных преступников поступают в полицию и спецслужбы анонимно от бдительных граждан. На самом деле это лишь прикрытие, фикция. За ними стоят «Сторожевая башня» и innerCircle. Иногда в целях конспирации даже практикуется выдача вознаграждения за полезную информацию, а потом деньги возвращают правительству – так что их можно использовать повторно.

Настала очередь Мела Купера задать свой вопрос:

– Но раз вы правительственная организация, зачем поручать государственное дело частной компании? Почему вы сами этим не занимаетесь?

– Мы были вынуждены прибегнуть к помощи частной компании. Министерство обороны пыталось осуществить нечто подобное после одиннадцатого сентября, инициировав программу под названием «Тотальная информационная готовность». Ее реализацией руководили Джон Пойндекстер, бывший тогда советником президента США по национальной безопасности, и Брайен Хикс, возглавлявший частную компанию «Международная корпорация прикладных наук». Но программу закрыли из-за нарушений Закона о невмешательстве в личную жизнь – общественное мнение решило, что правительство начинает вести себя как «Большой Брат». Зато «ССД», имея статус частной компании, может обойти законодательные рогатки Оруэлла. – Уитком цинично рассмеялся: – И потом, при всем уважении к моим работодателям, вашингтонские чиновники не обладают нужными деловыми качествами. У руководителей «ССД» такие качества есть. Слова «информация» и «эффективность» – главные в лексиконе Эндрю Стерлинга, и никто лучше его не сочетает их в практической деятельности.

– А эта деятельность законна? – поинтересовался Мел Купер.

– В ней есть теневые зоны, – признал Уитком.

– Ну хорошо, а мы-то сейчас можем извлечь для себя какую-то пользу? – спросил Райм.

– Попробуем.

– Как?

Уитком объяснил:

– Мы воспользуемся программой сегодняшнего географического позиционирования детектива Сакс. Мне проще сделать это самому. – Его пальцы забегали по клавиатуре компьютера. – Вы все увидите на своем мониторе в рамке в нижней части экрана.

– Сколько времени это займет?

Очередной смешок – будто простуженный из-за сломанного носа.

– Недолго. Вообще-то программа работает очень быстро.

Не успел он договорить, как на экране возник текст:

– Понятно, она в машине Пам. Почему? Куда девался ее «камаро»?

– Вы знаете регистрационный номер? – спросил Уитком. – Впрочем, не надо, быстрее найдем по ее личному коду. Посмотрим…

На экране появилась рамка, извещающая, что «камаро» Сакс был конфискован и отбуксирован с места парковки возле ее дома – но куда, об этом информации не было.

– Это дело рук «5-22», – прошептал Райм. – Не иначе. Это он подстроил так же, как с твоей женой, Пуласки, с отключением электричества в моем доме. Гадит нам, как может.

Уитком ввел какую-то команду, и на экране появилась схема города с отметками географического позиционирования. Стало видно, что Сакс из Бруклина направлялась в Мидтаун. Однако на полдороги ее маршрут прервался.

– А что означает эта последняя радиочастотная идентификация? – спросил Райм.

Уитком пояснил:

– Транспондер в магазине считал арфид на ее кредитной карте. Но контакт был кратковременный. Вряд ли она заходила в магазин или даже шла мимо. Вероятнее всего, проезжала в машине.

– Интересно, она и дальше поехала на север? – задумался Райм.

– Пока что это вся информация. Но она скоро обновится.

Мел Купер предположил:

– Детектив Сакс могла доехать по Тридцать четвертой улице до Вест-Сайдской автострады, а по ней дальше на север, за город.

– Там есть платный проезд через мост, – заметил Уитком. – Владелица «сивика», Памела Уиллоуби, не пользуется проездной картой «И-ЗиПасс» – иначе innerCircle сказал бы нам о ее наличии, – но если машина пересечет мост, у нас будет отметка сканирования номерного знака.

По указанию Райма Мел Купер – среди присутствующих старший по званию действующий офицер полиции – позвонил дежурному по городу, сообщил ему номер и модель машины Пам и объявил ее в экстренный розыск.

Райм связался по телефону с окружным полицейским участком в Бруклине и там подтвердили, что «камаро» Сакс действительно отбуксировали, но больше ничего существенного добавить не смогли. Амелия и Пам ненадолго зашли в дежурную часть и уехали, не сказав куда. Райм позвонил девочке на мобильный. Она была дома у подруги. От нее криминалист узнал только, что Сакс после инцидента в ее бруклинском таунхаусе действительно напала на новый след, но ни словом не обмолвилась, какой и куда он ведет.