Чтение онлайн

Словом, на меня никто не обращал внимания. Но погрузившись в тонкости позиции и расчет вариантов, я и сам не обратил внимания, как сбоку к моему столику подошел незнакомец:

– Стейниц бы обязательно выкрутился. Надо было играть слоном на А6…

На что я ему тут же возразил:

– Ни в коем случае. Конь дает шах, а потом забирает слона.

– Да, но никакой «бессмертной партии» после этого не получилось бы.

Пришлось согласиться. Аргумент был неотразим.

Есть одно незыблемое правило, и оно касается всех, с кем я соприкасаюсь. Если ко мне подходит незнакомец, независимо от обстоятельств, я предполагаю, что это или провокация, или угроза, и потому держу таких на дистанции. Но если инициатором знакомства, легкого флирта или чего-то другого являюсь я, случайно заговорив с кем-то, кто мне нравится, – тогда все в порядке.

– Вы совершенно правы. Но вы ведь здесь не случайно, верно?

– Верно. Если вы заговорили со мной, вы мне доверяете, будь я хоть красоткой из ЦРУ. Насколько я понимаю, приключений вам удалось избежать. Знаете, всякое случается на таможне.

– Нет, вроде все было тихо и пристойно. По сумкам не шарили. И меня не задержали с порцией кокаина за щекой.

– Чудесно. Сейчас мы с вами направимся к запасному выходу и поедем на конспиративную квартиру. У меня здесь много друзей, которые будут рады вам помочь. Мы наняли для вас репетитора испанского языка: дама за тридцать, умна, сексуальна. Кроме того, вам запрещено выходить из дому. Еду будут доставлять посыльные. Будете хорошо себя вести – сводим в ресторан. По поступлении приказа вас посадят на самолет. Возражения?

Возражений у меня не было. Я давно уже не строю планы на завтра, полагая, что Господь на небесах делает это лучше меня. Я давно привык довольствоваться малым: есть, что придется, спать, где приходится. Позиция на доске для черных к тому времени стала безнадежной. А основательная подготовка к спецоперации – половина успеха. На унавоженной почве и сорняк вырастет. К тому же вдохновляла перспектива посидеть час-другой в знаменитом Ribeira do Mi~no Seafood Restaurant, – что неподалеку, всего в трех кварталах, на Santa Brigida, – познакомиться поближе с его дешевой, исключительно галисийской кухней. Белоснежные скатерти, овальной формы блюда, – что я особенно люблю. Боже, какие креветки, просто гора креветок, на вершине которой возвышается вареный краб в обнимку с рыбой-пилой!.. Нет, пожалуй, закажу жареного осьминога. Или стейк. Или все сразу. Так, еще салат с морковью и консервированным тунцом. Домашний, выпеченный при тебе хлеб, конечно. Не забуду и фирменный миндальный торт с мороженным. И заключительный аккорд – горячий кеймада, напиток наподобие пунша, крепкий ароматный, и, как говорят, с привкусом мистики… Вкусно покушать? – оно того стоит, чтобы потерпеть и накопить аппетит. Все же зарубежные командировки обладают своей совершенно особой аурой и привлекательностью. Y te gusta Madrid? – Si, muy. Тебе нравится Мадрид? – да, очень. Плоская равнина, пыльная атмосфера, промышленные предприятия, офисные здания, бесконечная цепь мебельных магазинов, многоквартирные дома, придорожные мотели и бордели с мигающей подсветкой, автомобили, несущиеся со скоростью полутора сотен км/час… Дикий Запад. Все, как всюду. И здесь же – на память – надпись в музее Прадо: «Бережно относитесь к тому, чего вы не понимаете. Это может оказаться произведением искусства». Такое не забывается.

Квартирка была так себе. Казенная мебель. Окна во двор. Но в ванной комнате – вернее, в душевой – хорошо пахнущее мыло, чистое махровое полотенце, литровая емкость Listerine. В холодильнике бутилированная вода. На журнальном столике путеводитель по Мадриду, рекламные буклеты, американские комиксы, которые я никогда не любил. Одиночная камера на пару дней? – сойдет… Ни телефона, ни телевизора. Я не был особенно этим огорчен, поскольку испанское ТВ далеко не шедевр.

Она явилась уже на следующее утро. С большой бежевого цвета сумкой на руке, как модно, хотя я в них не разбираюсь. Возможно, Michael Kors, какие я видел у многих женщин в Лондоне, с толстой цепью и замочком под золото. Красная блузка с треугольным вырезом, недостаточно глубоким, чтобы видеть то, что расположено ниже. Обнаженные руки. Дорогие замшевые темно-коричневые туфли от Prada на высоких каблуках. Огромные дымчатые солнцезащитные очки. Крепкие, не слишком широкие соблазнительные бедра. Быстрые уверенные движения. Убогая обстановка ее не смутила. Дамочка привлекательная, ничего плохого не скажу. Не Пенелопа Крус, но настоящая испанка. И не тени кокетства. Огонь, а не женщина, привыкшая повелевать мужчинами. И ей было безразлично, что я бесцеремонно разглядываю ее, как картинку в журнале Vogue.

– Эй, – сказала она. – Я научу тебя (в Испании не церемонятся с обращениями к незнакомым людям) нашим ругательствам. Остальное ты найдешь в любом разговорнике. Если ты не понимаешь, что тебе говорят, или промолчи, или выругайся.

– А ведь она права, – подумал я. – Глаза можно прикрыть, чтобы не видеть, а уши не заткнешь, чтобы ограничить доступ словам. Уши тебя не защитят, – предадут.

Она попросила разрешения закурить и не дождавшись его, закурила. Мне это не понравилось, – сам не курю и другим не советую, – однако, не в том я положении, чтобы диктовать условия.

– Ладно, только дыми не в мою сторону. И открой, пожалуйста, окно.

Она так и сделала, глубоко затянулась пару раз удлиненной и тонкой, специально для женщин, сигареткой и стала задумчиво выпускать колечки дыма в потолок, позволяя мне любоваться ее красивой белой шеей, странно незагорелой, если учесть, что Испания все-таки солнечная страна.

– Мне нечем тебя угостить, к сожалению, только вода. Не желаешь?

– Пусть это тебя не беспокоит. Я ненадолго.

Она говорила на правильном кастильском, каким и говорят по обыкновению в Мадриде, хорошо поставленным, как у преподавателя, голосом. Меня немного раздражал ее тон: властный, даже вызывающий. Таким обычно разговаривают либо с подчиненными, либо с близким человеком, терпеливо сносящим дерзости ради мира в семье, а я не был ни тем, ни другим.

– Имей в виду: второе предпочтительнее, так ты сойдешь за своего, – продолжила она, – И не умничай, иначе тебя в один миг раскусят.

Меня? Раскусят? Не на того напали…

С ругательствами на испанском мой отдел головного мозга, ответственный за ругательства, еще не был знаком, поэтому дались они мне довольно легко. «Caramba!» – черт возьми – я знал с детства, но после занятий мой лексикон стал гораздо обширнее, так что я мог бы теперь заткнуть за пояс почти любого испанского люмпена, столкнись с ним в пивном баре. В конце концов я не собирался становиться переводчиком, для меня было достаточно нескольких ругательств.

– Спасибо тебе, Исабель!

Она сказала «на здоровье», изогнув свой гибкий стан, приблизила ко мне свои зеленые как у всякой порядочной кошки глаза, чмокнула в небритую щеку, одарила белозубой улыбкой, – ну, что за прелесть эти испанки, – и упорхнула, словно бабочка-махаон. К новым клиентам, наверное. Спрос на ругательства в мире в последнее время рос, как на дрожжах. Меня же на следующий день молчаливые вежливые люди в камуфляже подвезли на коляске чуть ли не к трапу Iberia Airlines как какую-то куклу, пораженную рассеянным склерозом. Серьезные люди с серьезными связями в органах правопорядка. Никаких тебе очередей, проверок, снять обувь, вытряхнуть карманы… Хорошо еще, не надели черный пластиковый мешок на голову и без наручников. С них бы сталось, уверен, не будь у меня все под контролем. Но все ли у нас под контролем? Любой сделанный нами шаг, случайное событие могут настолько повлиять на нашу жизнь, что бесполезно терзать себя: а что, если бы я сел в другой автобус, купил билет не на тот спектакль, не позвонил, не услышал, не прочитал и прочее, и прочее? Нам этого никогда не постичь. История не имеет сослагательного наклонения. Судьба играет нами, как камешками в Go.

Самое большое заблуждение состоит в том, что у нас впереди масса времени. Как будто мы небожители, хотя и живем под небом голубым и открыты ему в любое время суток. Или, на худой конец, приближенные к нему обитатели кавказских круч вроде безоаровых козлов, лет до ста расти им без старости. Чепуха. Сегодня мне предложили роль Спасителя. Что ж, нам не привыкать спасать мир, ставя свою собственную жизнь «на паузу». Один известный психолог – не стану называть его имени, он и так широко известен – утверждает, что это результат низкой самооценки. Ничего себе! Мол, надо поскорее переключить свои способности на свои потребности. Все гениальное просто: кончай помогать другим и тогда у тебя все будет хорошо, тип-топ, как говорят в Ташкенте. Мы-то с вами прекрасно знаем, что хорошими делами прославиться нельзя. Здесь старушка Шапокляк права на все сто. Помогая кому-то, вы лишь усугубляете проблемы индивидуума, продлеваете его агонию. Пусть учится у жизни и принимает решения самостоятельно, опирается на свои силы. Иначе привыкнет полагаться на помощь и подсказки со стороны и однажды это печально для него закончится. Закон Больших джунглей: человек человеку волк. Шутка. Человек человеку друг и брат. Но с одним «но». Тот, кто владеет истиной, не должен рассыпать бисер перед свиньями, образно говоря. Поскольку Господу нашему удобно, исходя из некоторых соображений, поддерживать заблуждения глупцов.

Да, и одно важное напоминание: не общайтесь с энергетическими вампирами. Вы должны отдавать себе отчет в том, что они окружают нас всюду. Присмотритесь. Ваши инстинкты укажут на тех, кто способен вдохновить, зарядить энергией, а не опустошить вашу душу и обобрать вас до нитки. И еще посоветую не захламлять жилище вещами. Вещи, прописанные в вашем доме, делают вас эмоционально зависимыми от них, внушают фальшивую уверенность в завтрашнем дне, берут в плен – и вот вы уже их раб. Раб дивана, раб компьютера. Раб посудомоечной машины на кухне. Раб кофемолки. Помните диалог Джинна и колдуна Джафара?